Шерлок Холмс. Новые заметки доктора Ватсона

— Ему нужно больше места, — сказал нам сэр Патрик.
Пока мы рассматривали льва, я заметил, что Дороти Праути вернулась одна на лошади. Она спешилась и направилась к центральной части поместья.
— Всем этим животным нужно больше места, — произнес Холмс. — Впрочем, изредка заходя в лондонский зоопарк, я заметил, что там условия не намного лучше, чем здесь. Наш большой слон Джамбо был продан в американский цирк отчасти из-за проблем с его размещением.
Сэр Патрик кивнул.
— Незадолго до своей безвременной кончины мой издатель выразил такую же точку зрения. Он посоветовал мне выделить несколько акров земли, чтобы расширить территорию зоопарка, нанять специалистов и брать плату за посещение. Он был уверен, что моя репутация известного охотника и коллекционера привлечет людей.
— Этот лев доволен? — спросил Холмс Хаскина.
— Вряд ли, сэр. Он опасный…
Его слова прервал крик, донесшийся из дома. Сэр Патрик замер на месте, а Холмс бросился бежать, я — за ним. Когда мы добежали до задней двери дома, то поняли, что дворецкий и повар тоже услышали крик — они уже поднимались по задней лестнице. Мы увидели Дороти Праути, лежавшую без сознания на полу в коридоре второго этажа перед открытой дверью в спальню. Когда я заглянул в комнату, то увидел ужасное зрелище, из-за которого она и лишилась чувств. Агнес Бакстер, ее младшая сестра, в неестественной позе лежала на залитой кровью кровати, а из груди у нее торчал кухонный нож. В руке она держала игральную карту — пикового валета.
Я определил, что молодая женщина умерла мгновенно, Холмс в это время расстегивал костюм для верховой езды на миссис Праути и пытался привести ее в чувство. Когда появился сэр Патрик, Холмс растирал ей руки и щеки.
— Не беспокойтесь, сэр Патрик. Я пытаюсь заставить ее дышать. Боюсь, что шок, вызванный видом тела сестры, был слишком силен для этой женщины.
— Еще одно убийство! — задыхаясь, воскликнул хозяин дома и схватился за дверной косяк.
Мне на секунду показалось, что он тоже может упасть в обморок.
— И еще одна игральная карта, — заметил Шерлок Холмс. — Я предлагаю отправить слугу за местными властями.
Когда Дороти Праути наконец пришла в себя, она со слезами на глазах и дрожью в голосе рассказала нам следующее:
— Я… Она тоже собиралась ехать на прогулку и догнать нас. Н-на ней уже был костюм для верховой езды. Поскольку она к нам не присоединилась, я вернулась в дом, беспокоясь, что ей могло стать плохо. И нашла ее в таком виде. Кто мог совершить это зверство?
Когда приехал местный констебль, он задал тот же вопрос. Приехавшие позже полицейские из Скотланд-Ярда предложили обыскать все поместье. Была вероятность того, что сбежавший преступник скрывается где-то на территории. Холмс не принимал участия в поисках.
— Это пустая трата времени, Ватсон. Если этот беглец — убийца, зачем ему оставлять игральные карты в руках своих жертв? Нет, здесь мы имеем дело с чем-то более зловещим.
— В этой тихой сельской местности?
— Я уже говорил о том, что эти безобразные аллеи в Лондоне — ничто по сравнению с сельскими красотами. Но в городе машина правосудия действует быстрее. Здесь же даже дьявольская жестокость может остаться безнаказанной.
Конечно, относительно сбежавшего преступника Холмс был прав. Никаких следов его пребывания не обнаружили ни в доме, ни в парке. Было установлено, что нож принесен из кухни, но его мог взять кто угодно. И Агнес Бакстер вполне могла быть убита еще до того, как все гости уехали на прогулку. Особенно была расстроена жена сэра Патрика Элизабет, ведь прием, похоже, был испорчен. Доктор Праути и его жена уехали с телом Агнес, чтобы произвести необходимые приготовления к похоронам. Я думал, что и другие тоже уедут, но Элизабет очень просила актрису и ее агента остаться.
Ужин тем вечером прошел в мрачной атмосфере. Шестеро из нас пытались говорить на другие темы, но Мадлен Оукс все равно перевела разговор на убийства.
— Уже два за шесть дней, — сказала она. — Мистер Холмс и доктор Ватсон вне подозрений, ведь их здесь не было, когда убили Райнбека, но остальные четверо из нас под подозрением.
 
— Это абсурд! — воскликнул сэр Патрик. — Зачем мне убивать издателя своей книги? А эту бедную молодую женщину? Зачем это любому из нас, если уж на то пошло?
— Что означают эти игральные карты? — спросил Максвел Парк. — Десятка и валет пик!
События в поместье Стейси действительно были непонятными, и я видел, что Холмс очень обеспокоен.
— Боюсь, что убийства не закончились, — признался он мне, когда мы поднялись в нашу комнату. — В этом есть какая-то закономерность, которая еще проявит себя.
— Тогда нам всем грозит опасность.
— Вы брали с собой револьвер, Ватсон?
— Он в моей сумке.
— Хорошо! Он может нам понадобиться еще до окончания ночи.
Я достал его и убедился, что он заряжен, а затем положил на столик между нашими кроватями.
Никто из нас не стал переодеваться ко сну, но что касается меня, то я сразу же крепко уснул. Я думаю, что Холмс тоже спал, когда на рассвете нас разбудили чьи-то крики и громкое рычание льва.
— Быстрее, Ватсон, ваш револьвер! Я и подумать не мог о животных!
Мы поспешили вниз, некоторые из обитателей дома уже появились в дверях своих комнат, разбуженные криками. Холмс первым выскочил из дома и направился к клеткам, которые мы осматривали накануне. Когда мы добежали до клетки со львом и снова услышали гневное рычание дикого зверя, Холмс выхватил револьвер у меня из рук и просунул его между прутьями. Лев отвлекся от своего жуткого занятия, и, так как уже начало светать, мы смогли разглядеть безжизненную и окровавленную фигуру Хаскина. Холмс сделал три выстрела, тщательно целясь в голову зверя, и лев упал.
Он потянул дверь клетки, но она была заперта снаружи на висячий замок. К этому времени к нам уже присоединились сэр Патрик со своей женой, актриса, ее агент и слуги, которые стояли позади всех.
— Где ключ от этого замка? — требовательно спросил Холмс.
— В кухне есть запасной, — сказал сэр Патрик и послал за ключом слугу.
Все были в пижамах и халатах, сэр Патрик сильно хромал без своей специальной обуви.
Через минуту ключ был у нас, и Холмс первым вошел в клетку, держа револьвер наготове. Я вошел вслед за ним, подошел к телу, перевернул его и увидел, что лицо обезображено до неузнаваемости. А Холмс нашел под телом игральную карту — пиковую даму.
Местная полиция и парни из Скотланд-Ярда через несколько часов вновь прибыли на место преступления. Воскресное утро началось с третьего убийства, и даже самого хозяина дома трясло, когда он разговаривал с представителем власти. Элизабет сидела рядом с ним, сжимая его руку.
Ведущий расследование полицейский раскрыл свой блокнот.
— Я так понимаю, покойный был вашим работником. Не могли бы вы назвать его полное имя и должность?
Сэр Патрик облизнул губы, его лицо было пепельного цвета.
— Его звали Хаскин Цен. Он был немецким цыганом, который отлично ладил с дикими животными. Он сопровождал меня в поездках по Африке, а поскольку у меня больная нога, многих зверей фактически поймал он. Он был прекрасным работником. Холост, около тридцати пяти лет. Он жил здесь, в нашем доме.
— Мог это быть несчастный случай? Он ведь был в своей обычной рабочей одежде.
Тут заговорил Холмс:
— Клетка была заперта на висячий замок снаружи. Похоже, он был без сознания, когда его заперли в клетке со львом.
— Он не вошел бы в клетку до рассвета, — согласился сэр Патрик. — Это было убийство.
Холмс кивнул.
— Когда мы перевернули тело в надежде, что он еще жив, обнаружили еще одну игральную карту.
Полицейский, которого звали Веганд, кивнул.
— Десятка, валет и дама пик, мистер Холмс. О чем это нам говорит?
— О том, что будут еще убийства, если не положить этому конец.
Элизабет Уайт, казалось, была потрясена.
— Но что бы это могло значить? Почему пиковый валет был у убитой женщины, а дама пик у мужчины? Это что же, следующим будет король?