ОПГ «Деревня» 3 (СИ)

Маня брела в школу в преотвратном настроении — с утра нахамила отцу, не испытывая по этому поводу никаких угрызений совести. Причиной было её сегодняшнее дежурство. Нет, необходимость соблюдения санитарно-гигиенических норм среди учеников она осознавала. Не понимала умиления старшего поколения при виде пар дежурных в просторном (по меркам срубленного из дерева здании) холле школы. Ладно хоть напарник у неё сегодня Фанис, у того разговор с нарушителями короткий — рукой покажет в сторону умывальников, а если не поймут — может и в шею дотолкать приводить себя в порядок.
И с эстетической точки зрения — пристальное разглядывание ногтей, ушей и шей школьников было скучным и каким-то детским занятием. То ли дело романтика прозекторской или хотя бы больница! Там настоящее, зримое дело! Не говоря уж о лаборатории, до полноценной работы в которой Маня, по словам врачей — ещё не доросла. Не хватало знаний и опыта, поэтому она вгрызалась в гранит науки — как тот бобр в несчастную осинку, не пренебрегая практикой.
Захар Михайлович частично удовлетворил её любопытство, рассказав что раньше у них в школе такие дежурства были в порядке вещей, как и мытье полов учащимися и летняя отработка. «Я ведь, Маня», — ударился в воспоминания Председатель: «за Татьяной своей ещё в школе начал приударять. А она на меня — ноль внимания. Так я тогда, как она дежурит, то вторую обувь забуду, то шею несколько дней не мою. Добился таки!» Маня после этих откровений ко всем неряхам присматривалась особенно пристально. Подозревая их в матримониальных поползновениях.
А сегодня ещё был день приезда уезжавших на выходные детей из Верхних Тыгов и Могузлов. Маня вздохнула — дети от родителей приезжали с разболтанной дисциплиной, требовалось некоторое время, чтоб отвыкли от вольницы. Мамки с папками, соскучившись по отпрыскам — нещадно их баловали, в течении выходных. «Тоже уехать надо куда-нибудь на недельку, к дядьке хотя бы», — раздумывала Маня: «чтоб батя не рычал…»
Зайдя в учебный комплекс, встретивший её шумом и громкими голосами — Маня демонстративно поморщилась: «Детский сад!» Фанис понимающе кивнул, скорчив страдальческую мину. Себя то они давно считали взрослыми, четырнадцатый год пошел как никак. Маня не торопясь — прошествовала в раздевалку, разделась и вернулась к напарнику. Фанис помог ей нацепить на руку красную повязку с белой надписью «Дежурный» и они встали на пост.
На удивление — все проходило в рамках приличий, дети были чистыми и ухоженными, пропаганда неустанная дала плоды. Единственно, что Маня морально устала и в глазах рябило от предъявленных к осмотру розовых детских конечностей. Через полчаса вал возбужденной ребятни схлынул и можно было перевести дух, осталось самое простое — до обеда отдежурить на посту, к обеду посетить столовую и сдать смену следующей паре. Одно слово — скука смертная!
Так бы этот день и был забыт Маней, как прожитый бесцельно, если бы не встреча на перемене с ровесницей. Смутно знакомая, кажется — из Верхних Тыгов, она поразила её своей бесцеремонностью, когда подошла и отозвала её в сторонку. «Подружку нашла!» — Возмутилась она про себя, но из любопытства отойти соизволила.
— Ну, чего тебе? — Скучающим тоном оторванной от дел принцессы спросила Маня.
— Передай отцу два слова: «Гости приехали!» — Понизив голос сказала та и тут же, нормальным голосом. — Ой, какие у тебя сережки красивые! А где такие купить можно?
— Такие пока нигде, — не растерялась Маня и тоже шепотом. — срочно⁈
— Сегодня. — На грани слышимости произнесла собеседница и ушла, бросив на прощание. — А мне ата красивей купит!
Маня сразу сообразила что к чему, суетиться не стала, хотя так и подмывало бросить всё и бежать к папе немедленно. До обеда время тянулось целую вечность, аппетита не было. Поковырявшись вилкой в картофельном пюре с подливой, Маня, последние пять минут крутившаяся как на иголках — сняла повязку, вручила напарнику со словами: «Скажешь, что у меня уважительная причина!» И умчалась домой, надеясь застать отца на обеде.
 
Участковый её ожидания оправдал — сидел дома и наслаждался борщом, появление дочки встретив подозрительным взглядом. От комментариев и вопросов воздержался, помня о утренней стычке.
— А ты чего не в школе? — Удивилась мать и не дожидаясь ответа. — Есть будешь?
— Забыла кой чего, буду! — Согласно кивнула Маня, внезапно осознавшая что проголодалась. — И первое, и второе, и компот!
Серёга, выкупивший загадошный и таинственный вид Мани — терпеливо ждал. Наконец, когда отобедали — вышел покурить на крыльцо, а якобы невзначай увязавшейся за ним дочку строго сказал:
— Агент ноль-ноль-семь, доложите по форме!
— Тьфу на тебя, папа! Напугал! А как ты догадался⁈
— Работа участковым в деревне и не такому научит. — Поучительно сказал отец. — Ну так что там у вас стряслось, продуктов в порции не докладывают или опять за школой мальчишки курят?
— Папа! — Укоризненно протянула Маня. — Тебе просили передать, что приехали гости!
— Так! — Сразу подобрался Серёга. — Кто передал?
— Девчонка, я её не знаю, с Тыгов. Но могу узнать!
— Отставить! Ничего узнавать не надо, вы как разговаривали, никто не видел⁈
Маня изложила подробности, отец с одобрением покивал головой:
— Молодцы! Теперь дуй в школу, об этом никому ни гугу!
— Мог бы и не предупреждать! — Обиделась Маня и тут же, с тайной надеждой поинтересовалась. — Опять ваши шпионские игры, а я ещё маленькая?
— Опять, Маня, — задумался Серёга, — какая же ты маленькая, с меня ростом скоро будешь, через пару лет. Враги дочка, как обычно, не дремлют. Пока и сам толком не знаю подробностей, но по результату расскажу, обязательно! А ты пока действуй как обычно, ушки на макушке.
Довольная и сытая Маня резво ускакала — не в школу же на дежурство, а в медцентр на практику! А участковый, докурив трубку — не медля отправился в обход по деревне, руководствуясь лишь ему ведомым маршрутом. И первым, кого он посетил — был Председатель.
— Весточка пришла от Иргиза с Айратом, Захар! — Объявил Серёга, когда они остались наедине на кухне. — Подробностей не знаю пока, только сигнал подали. А кто приехал, купцы или чернобородый этот, пока неизвестно. Я своим сегодня инструктаж проведу, чтоб бдительность усилили, дождемся подробностей и от этого плясать будем.
— А может его того? — Предположил Председатель. — Вместе с купцами, зачем нам такие пассажиры?
— Захар Михалыч, ну ты то куда? — Осудил кровожадность Председателя участковый. — В таких делах труп, это провал. Не говоря уж про купцов, работа у них такая, а без торговли никак. А про этого Карасакала и известно многое, и в лицо его знают, можно сказать, что на виду. Будем работать.
— Местные спецслужбы совсем мышей не ловят, — пригорюнился Захар, — такие упыри разгуливают как у себя дома. Этот же чернобородый воду мутил, когда той весной башкир разорили, две девки от становища осталось?
— Он, — скрипнул зубами Серёга. — ничего, провернем оперативную комбинацию и его в ту самую воду, которую он мутил. А про нашу разведку ты зря, Михалыч, у нас всю дорогу это дело туго было поставлено и сейчас не исключение.
— А чего ты тогда так суетился, информацию собирал и доклад составлял без продыху, перед отъездом Губина? — Искренне удивился Председатель.
— А за державу обидно. Можно и нужно лучше. Ну и системы нет, людей не хватает, у нас в России две беды, всё остальное катастрофы. Вот и корпел, вспоминал что помню, и что нашел, всё отправил. — Серёга достал блокнот с огрызком карандаша и сверяясь с ним стал просвещать Захара. — У Айрата с Иргизом тоже не всё безоблачно, своих проблем хватает. Мулла ихний тот ещё жучара, поддерживает контакты с радикальными ваххабитами, если по нашему. А у него влияние среди всех слоев населения немаленькое, так что напрямую здесь действовать не с руки. И этот чернобородый явно не самодеятельность, тут или турки, или наши дорогие европейские партнеры руку приложили.