Топить в вине бушующее пламя печали 2.0 (СИ)

 — Отряд «Баоюй» в окрестностях Чиюань всегда в режиме боевой готовности, — сказала Шань Линь. — После того, что случилось с Хань Го, реликтовый лес находится под нашим неустанным контролем.  Мои люди полностью экипированы, они смогут справиться с любой непредвиденной ситуацией.
 — Я свяжусь со своим информатором. На черном рынке немало разношерстных компаний. Если Ло Цуйцуй контактировал с кем-то из них, он мог оставить след, — поднявшись с места, отозвался Ван Цзэ.
 Шэн Линъюань повернулся к доктору Вану.
 — Покажите мне, что вы обнаружили за годы изучения ока «кровеносной системы земли»?
 — Ах, да, конечно. Все данные из наших архивов у меня с собой, — поспешно отозвался Доктор Ван.
 Шэн Линъюань последовал за ним на улицу и помахал Сюань Цзи:
 — Пойдем со мной.
 Сюань Цзи на мгновение опешил. Он был приятно удивлен.
 Шэн Линъюань говорил спокойно и даже ласково, будто ничего и не произошло. Сюань Цзи слишком хорошо знал этот тон. В детстве, если они из-за чего-то ссорились, Шэн Линъюань всегда его успокаивал. Но вместо того, чтобы уговаривать его, Линъюань предпочитал иной способ решения конфликта. Он обращался к духу меча с самым, что ни на есть серьезным выражением, а когда Сяо Цзи был готов поговорить, Его Высочество постепенно возвращался к проблеме.
 Сюань Цзи не ожидал, что односторонняя «клятва вечной любви» поможет ему добиться такого обращения. Он, не раздумывая, последовал за Линъюанем.
 Доктор Ван привел их к засекреченным архивам отдела реставрации древних книг.
 — В настоящее время «Баоюй» изучили пятьдесят одно око «кровеносной системы» по всей земле, включая континентальный шельф. Но данные по Цзянчжоу, Дунчуаню и другим районам неполные, — поведал доктор Ван, разворачивая на столе огромную карту. — Здесь отмечено каждое око, но обратите внимание, как различаются цвета. Это долгая работа, и некоторые из изученных объектов изменили свое местоположение из-за произошедших поблизости землетрясений. После этого на карту не раз вносились поправки.
 Места на карте казались Шэн Линъюаню незнакомыми. Во-первых, из-за отсутствия необходимых технологий карты, созданные в древние времена, не отличались особой точностью. Во-вторых, рельеф местности изменился, и лишь немногие объекты сохранили свои древние названия.
 Дань Ли сумел обнаружить и отметить лишь тридцать шесть очей «кровеносной системы земли», но теперь от меток не осталось и половины. Большинство из них и вовсе отсутствовали. Нетрудно было догадаться, как сильно изменился ландшафт.
 — Дайте угадаю, — Шэн Линъюань взял со стола маркер и обвел только те места, где старые и новые отметки совпадали. Закончив, он вновь обратился к доктору Вану, — если верить вашим словам, именно в этих точках «рождаемость людей с особыми способностями» аномально низка?
 Один из исследователей придвинул к себе ноутбук и сверился с картой. Опешив, он поспешно поправил сползающие очки.
 — Откуда вы знаете?
 Сюань Цзи посмотрел на Его Величество:
 — Хочешь сказать, что наш «старый знакомый» сжульничал с оком «кровеносной системы земли»? Но ведь его же туда не припаяли.
 «Кровеносная системы земли» похожа на реку. Пересыхая, она меняет свое русло. Шань Линь и ее коллеги подсчитали, что око «кровеносной системы земли» меняет местоположение раз в двадцать или тридцать лет. Если бы кто-то решил использовать его в своих целях, результат не оправдал бы ожиданий. С таким же успехом можно было выйти в поле и расчертить его вилкой. Было бы крайне неразумно этого не учесть1.
 1 刻舟求剑 (kè zhōu qiú jiàn) — сделать на борту лодки зарубку, чтобы потом найти оброненный в воду с этого места меч (обр. поступать неразумно; не учитывать изменение ситуации).
 Никто не знает, что станет с картой «кровеносных систем земли» тысячи лет спустя. Даже метеорологи не могут сказать, как изменится климат за ближайшие десять или двадцать лет, что уж говорить про движение земной коры. Тот, у кого есть хоть капля здравого смысла, не стал бы этого делать.
 
 Шэн Линъюань постучал пальцами по карте, но так ничего и не ответил. Поразмыслив немного, он поднял глаза и обратился к научным сотрудникам:
 — Прошу вас, помогите мне найти исторические хроники всех этих мест, начиная с древнейших времен и до наших дней.
 В этом отделу реставрации древних книг не было равных. Когда дело касалось проверки данных, особенно, если нужно было перерыть кучу старых бумаг, эти люди превращались в упорных сурков, копающих быстро и точно. Менее чем через полчаса объявления о розыске пропавших Ло Цуйцуя и Гун Чэнгуна поступили во все подразделения Управления. К тому моменту плешивые мастера перерыли половину информации о местах, указанных Шэн Линъюанем. Со времен Великой битвы страна пережила множество этапов исторического развития. Сменился политический строй, разразилось несколько войн и целый ряд крупных катаклизмов, изменилось местное население и даже клановая принадлежность, сменилась система верований и многое, многое другое.
 Собрав предоставленную стариками информацию, Шэн Линъюань отправился в тихое место на вершине искусственного холма, возвышавшегося сразу за временной штаб-квартирой отдела реставрации древних книг. Здесь располагалась небольшая, прилегающая к коттеджу, смотровая площадка. Наверху находился маленький чайный домик, со всех сторон окруженный бамбуковым лесом. Из него открывался прекрасный вид на курорт и гору Сишань. Говорят, что это место построили для богатых VIP-клиентов.
 Шэн Линъюань едва различимой тенью опустился на вершину холма. Но стоило ему переступить порог чайного домика, как вокруг разлился непроницаемый черный туман, иссушив холм настолько, что на замерзшей земле не осталось ни травинки.
 Безжалостный пестицид с человеческим лицом шагнул внутрь. «Насытившись», черный туман последовал за ним, накрывая собой стелившуюся под ногами пыль и следы прошедшего ремонта. Добравшись до домика, Сюань Цзи обнаружил, что внутри царила такая чистота, будто здесь недавно убирались.
 Подойдя ближе, Сюань Цзи взволнованно замер в дверях.
 После прошлой ночи между ним и Шэн Линъюанем началась холодная война. Они больше не разговаривали. Чем старше они становились, тем длиннее были ссоры. Когда они были детьми, Линъюаню, чтобы успокоиться, хватало нескольких глубоких вдохов. Он был терпелив и первым предлагал помириться. Слово за словом он рассказывал духу меча о своей позиции… до тех пор, пока не подводил того к сути проблемы.
 Могло ли так случиться, что сутью проблемы стала односторонняя «клятва вечной любви»?
 Сюань Цзи не был в этом уверен. Но внезапно он вспомнил слова: «При жизни мы никогда не жаловали оковы». Те самые, что сказал Его Величество Би Чуньшэн во время первого жертвоприношения.
 — Чего ты там застыл? — не поднимая глаз от стола, бросил Шэн Линъюань. — Входи.
 Сюань Цзи потянул сведенную судорогой ногу и тихо проскользнул внутрь, тут же прислонившись к стене.
 Шэн Линъюань постучал пальцами по стопке бумаг. Сотрудники отдела реставрации древних книг опасались, что Его Величество не справится с электронной версией. Они отыскали целую дюжину принтеров, чтобы распечатать для него все эти документы.
 — Отыщи мне все записи, связанные с горными духами, водными призраками и известными в народе суевериями, после чего раздели их по регионам.
 Сюань Цзи нечего было возразить, он послушно подошел к столу и принялся исполнять роль секретаря Его Величества.
 Все народные легенды, в сущности, были одинаковыми. В них говорилось о поклонении духам, богам и Буддам. Не беря в расчет верования регионов и отдельных этнических групп, чаще всего встречались записки из храмов «Трех великих учений». Все остальные заметки повторялись. В них то и дело мелькали «Храм Бога города», «храм некой богини», «храм какого-то мастера». Но встречались и совсем странные, такие, как «храм Небесного Бедствия», построенный на горе.