Любовь по переписке (СИ)
Не знала, что подумал парень, но чувствовала его раздражение, а еще прожигающий взгляд. Кое-как сдерживалась, чтобы не обернуться, но тут выручил отчим. Мужчина начал культурную беседу, бесконечно задавая разные вопросы, полностью отвлекая недовольного тигра.
Через полчаса мы заехали на территорию особняка. Я старалась думать, что самое страшное позади и приветствие будет легким и очень быстрым. Замечу, что могли бы дать мне возможность отдохнуть. Но нет, поздороваться с альфой – первое дело для оборотней.
* * *
Чувствовала себя роботом, следуя за всеми. Шикарное поместье удивляло размерами и невероятной роскошью, о чем бубнила мама всю дорогу и даже в доме, описывая мебель и убранство с особым восторгом и любовью. Была согласна с ней, но ничего не видела, думая о своем. Застопорилась у лестницы и тут же почувствовала захват сильных пальцев на своем запястье. Александр вцепился как клещ, искусственно улыбаясь при этом. Фальшивил и даже не прилагал усилий скрыть это. Он подмигнул и повел наверх, а когда поднялись на второй этаж, придвинулся ближе и произнес на ухо:
– Не переживай, я постараюсь увести тебя с семейного обеда.
«Интересно… Почему он так сказал? От обеда я бы не отказалась», – подумала, но ничего не ответила, вырывая руку, стоило заметить камеры слежения в каждом углу.
Оказавшись в длинном коридоре, устланным красным ковром, Вениамин первым подошел к двухстворчатой двери и постучал. Услышав ответ, он кивнул нам и первым вошел внутрь, а мы поплелись следом. И вот… будто очутилась в прошлом. Кабинет был оформлен в старинном стиле, как раньше было. Кресло, письменный стол, камин, кожаный диван с креслами. Все темное, угнетающее – что моментально заставило сжаться. Странно, оборотни богатые, но не стараются идти в ногу с технологиями. Они живут так, как считают нужным, не ровняясь на людей.
После быстрого осмотра заострила внимание на хозяевах. На диване сидела красивая женщина в строгом костюме бледно-зеленого цвета. Она с презрением посмотрела на меня, скривилась, заметив мать, благосклонно кивнула Вениамину и вежливо улыбнулась сыну. Вот так за три секунды Амурова Евгения Александровна поставила всех на свое место, демонстрируя личное превосходство.
Диагноз – самовлюбленная стерва. И я не в хорошем смысле. Она мне не понравилась. Нет, это совершенно не подходило. Мать Александра до бескрайности раздражала.
За столом в центре комнаты восседал крупный мужчина в черной рубашке с красным галстуком, удобно устроившись в огромном кресле. Он внимательно взирал на всех, сканируя, как и его жена, моментально присваивая всем ярлыки. Особенно заострил внимание на мне, так как я впервые здесь и если судить по мимике, как он нахмурил брови, я пришлась не по нраву.
«А я не косточка, чтобы оборотням нравиться…»
Стало не по себе. Не любила, когда на меня вот так пялились. Смотреть, интересоваться – здесь не подходит. Именно то, что я сказала – пялиться. Иначе назвать нельзя.
Ну и пусть. Мне они тоже не особо по душе, но тем не менее я выдавливаю улыбочки, изображая восторг, как Снегурочка на Новый год перед детишками после двадцати утренников. А что делать? Я ведь обещала Вере. И да, лучше так. Может, уже послезавтра мне вручат билет на самолет и отошлют домой. Ради этого можно улыбаться шире. Главное – чтобы кожа не треснула от усердия.
Сказано – сделано. Мое лицо еще никогда так не напрягалось от умиления и счастья.
Разрушил гнетущую тишину сын Амуровых. Александр сделал шаг к матери и уважительно поклонился, на что получил легкий кивок от женщины. Очевидно, такое поведение – норма, потому как парню этого оказалось достаточно. Он развернулся и направился к отцу, медленно поднявшему и протянувшему руку для приветствия.
Сухо и скучно. Создалось впечатление – что это встреча не сына с родителями, а дальних родственников. Закралась мысль – у меня вполне замечательная жизнь без вот такого счастья.
– Как долетел? – спросил альфа, взглядом парализуя меня. Кожей чувствовала, что ко мне в этот миг у него зарождалась особая любовь. Прямо сгрыз бы… и костей не оставил. Удивительные фантазии, но ни капли в своем предположении не сомневалась. И как вот с такими быть доброй? А тем временем альфа продолжал: – Привез девушку – молодец.
Александр перевел взгляд на меня, задерживая внимание на руках, которые я от «доброго» приветствия сжала, считая, что никто не заметит, а потом кивнул и с энтузиазмом заметил:
– Отец, замечу, что мы с Никой знаем друг друга. Хорошо знакомы.
«Он дурак?! Или правдоподобно притворяется? Если нет, то пусть посмотрит на лица своих родителей. Мне еще здесь две недели жить, а он мне смертный приговор подписывает. Надо же, оказывается, мы хорошо знакомы. Лично я его НЕ ЗНАЮ. Первый раз сегодня увидела…»
Мать, Евгения Александровна, скривилась, всем своим видом показывая, какую ошибку допустил сынок. Она как змея убивала его взглядом, а на меня совсем не смотрела. Естественно, я недостойна. Поразительно, и чем я заслужила такое отношение, когда еще даже не успела рот открыть?! А если бы открыла?
Чисто риторический вопрос. Не буду даже стараться.
Вкратце, после пятиминутного общения, где я даже не открыла рот (напомню, чтобы уж отметить, какая я молодец), поняла, что эта женщина, альфа-сука (не смогла удержаться от невероятно точного уточнения), не расположена к людям. Она буквально на всех бросала презрительные взгляды, при этом постоянно поправляя свою блузку и корчила на красивом лице недовольную мину. Когда ей, наконец, надоело, она нажала на столе кнопку и лениво протянула:
– Дам сигнал прислуге накрыть стол. Вы тоже приглашены, – на мгновение Евгения задумалась, а потом с недовольством протянула: – Раз временно в нашем городе гостья, то следует обозначить этот момент, чтобы не возникло конфликта.
Не понимала, почему стою и слушаю. Не по мне это все. И куда меня судьба закинула по вине матери? В гадюшник! И неважно, что тут одни тигры.
Кстати, о маме…
Улыбка на лице Валентины застыла маской. Периодически она еще дергала головой с открытым ртом, показывая идеально белоснежные зубы. Переигрывала. Несомненно.
– Что же, как уже мы говорили, – Евгения обращалась к моему отчиму. Очевидно, улыбка моей матери тоже ее не впечатлила, – девушке разрешено жить в гостинице и по расходам… – специально сделала паузу, давая понять, что сейчас решается очень важный вопрос, – может ни в чем себе не отказывать.
Надо же… какие добрые! Ни в чем себе не отказывать – как звучит! Но! Мне было неприятно, появилось чувство, что я оборванка, просящая милостыню, в чем я не нуждалась. Если нужно – могу оплатить. Без проблем.
Вспомнила, что обещала подруге и как можно вежливее пробубнила:
– Благодарю вас за то, что позволили приехать на свадьбу матери, – максимально постаралась сделать акцент на мероприятии, а не на их безграничной доброте. Или я должна была упасть в ноги, выкрикивая оды в честь добрых господ?
Задумалась… на секунду. Нет! Какая секунда?! Не в моем характере. Как-нибудь в следующей жизни. А еще лучше через три…
На свое приветствие я не дождалась ответа. Моментально в голове промелькнула мысль о том, как свалить незаметно, но тут статный мужчина прищурился, вновь заостряя внимание на мне, а потом начал движение, шествуя мощно и тяжело. Не сказать, что я перепугалась, но внутри меня все сжалось – словно натягивалась пружина с каждым его шагом. С телом стало твориться нечто странное, будто я подготавливалась… Но вот к чему?
Амуров приблизился и заострил взгляд на моих руках, отчего пришлось расслабиться и нелепо улыбнуться.
«Черт… Я странно себя веду!»
– Рады видеть тебя, Вероника, – начал он торжественным тоном. – Не забывай, что ты находишься на территории оборотней. А это значит, что ты обязана придерживаться правил и законов, установленных в прайде. То есть ты должна вести себя должным образом, чтобы я не пожалел о своем решении, что дал тебе возможность находиться здесь и видеть мать.