Лавина любви
— Что ж, идет. — Джинджер пожала плечами. — Думаю, Филип согласится немного подождать. — Она с вызовом посмотрела ему в глаза.
На какую-то долю секунды их взгляды скрестились. Выражение лица Мэтта осталось непроницаемым. Потом он отвернулся и наградил нарочито долгим поцелуем прильнувшую к нему Мерседес.
— Пока! — бросил он, и парочка, тесно обнявшись, удалилась.
Джинджер еле сдержалась от того, чтобы не швырнуть в них тяжеленным атласом с образцами обоев.
Остаток дня внутри у Джинджер все клокотало от ярости. Если он хотел доказать ей, как мало она для него значит, то он преуспел. Даже если пышногрудая Мерседес и не идеал его жизни, она вполне способна скрасить ему одиночество. И, кажется, готова на все. Это явственно следовало из ее телодвижений, уж не говоря о долгом страстном поцелуе на пороге спальни. У Джинджер почти не осталось сомнений в том, что они занимались любовью этой ночью. От этого ей стало очень больно.
Наверняка Мерседес постарается на ужин надеть платье с глубоким вырезом, чтобы продемонстрировать свою роскошную грудь! Джинджер решила одеться в прямо противоположном стиле. Ничего обтягивающего, ничего прилегающего, никаких мини-юбок. Джинджер выбрала серый брючный костюм классического покроя с голубым кашемировым свитером и черные туфли на низких каблуках.
В дополнение к необычно скромному наряду она заплела волосы во французскую косичку, по бокам заколов непослушные пряди черепаховыми заколками.
Придирчиво оглядев свое отражение в зеркале, она решила: это именно то, чего ей хотелось добиться! Она выглядит успешной деловой женщиной. Женщиной, на которую не действуют чары противоположного пола, в особенности одного его представителя. Типичная работающая женщина, у которой нет времени на такие пустяки, как муки ревности.
В таком наряде она легко затмит Мерседес. А если Мэтт снова начнет изводить ее, она врежет ему большой черной кожаной сумкой, которую приготовила к костюму! При этой мысли Джинджер немного развеселилась.
Она приехала в клуб в начале восьмого, и ее провели в полутемную гостиную, уставленную низкими журнальными столиками, мягкими стульями и выцветшими персидскими коврами. Мерседес в комнате не было.
— Наверное, на данном этапе больше ничье вмешательство не потребуется, — протянул Мэтт, изучая карту вин.
— Да? А как же твои рассуждения о пользе второго женского мнения? — Джинджер положила ногу на ногу. Папки с образцами и ее строгий деловой костюм почти поддерживали иллюзию того, что отношения между ними сугубо деловые.
— Возможно, я несколько переоценил ее значение, — почти неслышно проговорил он.
— Что ж, — Джинджер деловито разложила на столе эскизы, — давай приступим!
— Я посмотрю на то, что ты выбрала, когда буду готов. — Неожиданно, словно из воздуха, материализовался официант и налил им обоим вина. — Пока я еще не готов к обсуждению.
— Разве мы не должны закончить к приходу Мерседес? Может статься, она будет недовольна твоим выбором и ей не понравится, что ее обошли.
— Она не придет.
— Да? — От ее деланного изумления брови Мэтта угрожающе сдвинулись.
— Вот именно. Да.
— Что случилось? — В душе у Джинджер все ликовало. Ей пришлось напомнить себе: одна женщина в его жизни ничего не значит. Он не чувствует себя виноватым перед ней. Пройдет день, другой — и он подцепит очередную Мерседес.
— Я пришел к выводу: меня не интересуют девушки, способные оклеить спальню жуткими красно-черными обоями.
— Но вы так отлично смотрелись вдвоем! — Джинджер отпила глоток вина и рассеянно огляделась по сторонам. — И она просто таяла в твоем присутствии! Какой облом для бедняжки!
— Она и правда была немного разочарована, — признал Мэтт, — но мне удалось расписать себя такими черными красками, что ко времени ее ухода, могу поспорить, она решила, что все к лучшему.
— Что же ты ей сказал?
— Что я серийный маньяк, к тому же сижу на игле. — Осушив свой бокал, он посмотрел на нее. Однако его голубые глаза по-прежнему были непроницаемы. Он налил себе еще вина, потом подвинул к ней бутылку и вопросительно поднял брови, однако она покачала головой. — Ладно, начинай. Ты-то чувствуешь себя как рыба в воде. — Он вытянул длинные ноги и стал наблюдать за ней.
Джинджер не опустилась до того, чтобы отвечать на вызов, прозвучавший в его голосе.
— У меня мало времени, — вежливо напомнила она. — Так что, если не возражаешь…
Он сжал зубы.
— Конечно. Вообще-то… — он посмотрел на часы, — у меня тоже нет времени. Начнем?
Следующие полчаса они рассматривали образцы, которые она привезла с собой, однако Джинджер видела: мысли Мэтта блуждают где-то далеко. Он соглашался со всем, что она предлагала, но ей показалось, что его готовность и покладистость связаны с тем, что он куда-то спешит и старается побыстрее отделаться от нее.
— Значит, я все это закажу? — неуверенно спросила она, и он пожал плечами, даже не взглянув в ее сторону.
Он смотрел на дверь. Непроизвольно Джинджер проследила за его взглядом. Она чуть не онемела, когда увидела на пороге высокую стройную блондинку.
— Келли, — хрипло проговорил он. — Я думал, ты освободишься немного раньше… — Он растерянно улыбнулся, пожал плечами и повернулся к Джинджер. — Может, останешься ненадолго и познакомишься с Келли? Мне кажется, вы найдете общий язык. Она тоже занимается домами…
— Тоже дизайнер по интерьеру?
— Нет, нет. Она торгует недвижимостью. Кстати, тебе будет полезно завязать с ней знакомство. — Он уже встал.
Джинджер торопливо одернула на себе пиджак. Прежде чем она сумела придумать благовидный предлог и уйти, она обнаружила, что уже пожимает блондинке руку и бормочет какую-то банальность. Келли тут же сообщила ей, что их фирма всегда рада знакомству с хорошими дизайнерами.
— А вы, наверное, действительно хороший дизайнер, раз Мэтт доверил вам капитальный ремонт своего дома.
— Джинджер довольно долго не работала. Я просто протянул ей руку помощи. — Он улыбнулся с притворной скромностью.
Джинджер с трудом удалось сдержаться и не выложить все, что она о нем думает.
— Правда? А раньше вы где работали? — Проницательным взглядом блондинка оглядела ее с ног до головы. — Вы слишком молодая, чтобы сидеть с ребенком…
— Да нет, Джинджер просто…
— Я путешествовала. Извините, мне пора бежать.
Разумеется, Мэтт уговаривал ее остаться, говоря, что время еще детское, вино еще не допито и им с Келли найдется о чем поговорить. Джинджер готова была убить его на месте. Но вместо этого она наградила его фальшивой улыбкой и принялась собирать свои папки и альбомы.
— Нет, нет, у меня сегодня еще одно свидание! — Она вежливо протянула Келли руку. — Очень приятно было с вами познакомиться. Счастливо оставаться! — Не оглядываясь она дошла до двери. Этот путь показался ей необычайно длинным.
Только бы Филип оказался дома, думала она, и внутри у нее все кипело. Легкий ветерок охлаждал ей щеки. Она поймала такси. Только бы Филип был дома! Можно не притворяться паинькой и не сознаваться в том, что он ее совершенно не интересует. Раз все вокруг так плохо, пусть и она будет плохой.
Джинджер устало тряхнула головой. К чему обманываться? Мэтт занимает в ее душе слишком много места. Его не вытеснишь интрижками с другими мужчинами. Или даже одной случайной интрижкой. Она сказала шоферу, что передумала, и назвала свой адрес.
На следующее утро она проснулась с тяжелой головой, словно всю ночь не могла сомкнуть глаз.
Теперь, когда основная часть работ завершена и обои и драпри заказаны, ей уже нет нужды так часто появляться в его особняке. Мэтту тоже не нужно регулярно инспектировать ход работ. Подъехав к особняку, она ничуть не удивилась, не увидев его машины.
Джинджер как потерянная бродила по комнатам. Она никак не могла сосредоточиться на работе. Перед ее мысленным взором постоянно вставал Мэтт в объятиях другой женщины. Точнее, в объятиях разных женщин. Если он хочет избавиться от нее, следуя поговорке «клин клином вышибают», он, несомненно, взял резвый старт.