Жестокие игры мажора (СИ)

Придурок наклоняется, чтобы прошептать мне на ухо:
— Надеюсь, ты умеешь веселиться? 
И прежде чем его раздражающий смех достигает меня, я чувствую толчок в спину, а затем в уши вонзается девичий визг.
— Привет, Алиса, — выкрикивает мне веселая особа на ухо. — Я Оля, а это моя подружка Катрин.
Я даже не могу толком разглядеть Олю, потому что Катрин уже виснет на мне вместе с ней.
— Прив-е-е-ет!
И мне не нужно быть гением, чтобы понять и почувствовать, что они обе пьяны. Эм… И это в шесть вечера? Что с ними будет через пару часов?
Но, пожалуй, это не мое дело.
Я улыбаюсь, осторожно выбираясь из липких объятий, но в этот момент к нам подбегает еще одна девчонка и хватает меня за руку.
— Идем танцев-а-а-а-ть!
Я мотаю головой, противясь:
— Я не…
— Давай, давай!
— Макс, ты где нашел такую скромницу?
Девушки хором смеются, но им это не мешает тащить меня в самую глубь вечеринки.
— Тебе нравится музыка? — третья девушка отпускает мое предплечье и начинает плавно двигаться передо мной. — Давай, потанцуй, — она делает сексуальное движение бедрами, которые обтянуты ультракороткими шортами. Девушка ведет руками по своей стройной фигуре, подмигивая мне и улыбаясь улыбкой, которая мне кажется искренней.
Вокруг меня начинают танцевать Оля и Катрин. Они прыгают, расплескивая алкоголь. Я же стою в ступоре, готовая провалиться сквозь землю. Особенно когда замечаю народ, развалившийся на диванах. 
Кто-то смеется, кто-то пьет, кто-то курит кальян. А кто-то смотрит на нас. А если быть точнее, на меня. 
Я узнаю парня с вечеринки, которого Багиров называл «Смайл», а еще один, восточной внешности, я не знаю, как его зовут, но видела его в компании Багирова в универе. Ну и, конечно же, придурок с пирсингом заваливается рядом с ними и кивает в мою сторону, что-то говоря парням.
На мне снова кто-то виснет, и я морщусь от дискомфорта и крика в самое ухо:
— Давай выпьем!
Я отворачиваюсь, когда Оля или Катрин, черт их разберет, пихают мне в лицо бутылку. 
А потом я оказываюсь зажата между ними и одна из них начинает лить алкоголь сверху. 
Терпкий запах, как мне кажется, текилы попадает в нос, и я морщусь. Жесть какая-то. Они совсем больные? 
Внутри все кипит от раздражения. А им весело. Они смеются. Танцуют и… слизывают с меня капли алкоголя. 
Стиснув челюсти, я силой отталкиваю от себя сначала одну навязчивую девчонку, затем вторую. Небрежно вытираю с лица и шеи влагу от их языков и алкоголя и бросаю на них раздраженный взгляд.
— Я не пью и не танцую, ясно?
Они выгибают брови и обмениваются выразительными взглядами, после чего начинают ржать как истерички.
— А ты забавная!
— Ага, — поддакивает Оле Катрин и присасывается к горлышку бутылки.
Третья девушка, которая не представилась, тоже смеется в стороне и одновременно танцует под ритм тяжелой музыки. 
Я ни разу не видела прежде ни их, ни ее. Может быть, они не из нашего универа.
Я перевожу дыхание и быстро оглядываюсь по сторонам в поисках Багирова или той же Яры. Уверена, если она здесь, то уже трется рядом с ним. От этой мысли кожа начинает зудеть. И это бесит меня.
Я подхожу к третьей девушке, так как она показалась мне более адекватной, и приближаюсь к ее уху:
— Ты не видела Багирова?
Девушка мотает головой, продолжая двигаться в танце.
— Спроси у кого-нибудь или осмотри дом, если он здесь,ты найдешь его.
Классный совет.
Я растягиваю губы в неестественной улыбке и направляюсь к парням, сидящим на диванах.
— Горячее шоу, — бросает мне Гораев и опрокидывает в себя порцию пива.
Я останавливаюсь в шаге от них и складываю на груди руки, пытаясь казаться круче.
— Где он?
Они все улыбаются как Чеширские коты. Идиоты.
А потом нерусский кивает в сторону лестницы.
— Думаю, ты найдешь его в одной из моих комнат.
Моих комнат… Значит, это его дом. Вот только мне от этого не легче.
Я уже жалею, что пошла на поводу у глупых эмоций, но отступать просто-напросто некуда.
Поэтому я, кипя от злости, топаю на второй этаж и открываю первую попавшуюся дверь. 
 
— Илай? Ты здесь?
Я слышу какой-то шорох и непонятный звук и захожу в комнату. 
А когда поворачиваюсь и вижу развалившегося в кресле незнакомого полураздетого парня, наяривающего рукой по тому самому органу… о Боже… оступаюсь назад, задевая что-то громко падающее. 
Взвизгиваю одновременно с тем, как он то ли матерится, то ли стонет и распахивает глаза. И в этот момент белые капли брызгают из зажатой в кулаке набухшей головки прямо на его напряженные кубики пресса.
— Господи… — я закрываю глаза ладонями, чувствуя, как лицо начинает заливать жаром. — Прости… я не знала, что здесь… занято.
Я пячусь назад и спотыкаюсь. На парня больше не смотрю. Новый визг застревает в горле, когда я снова спотыкаюсь, но твердая хватка останавливает меня от падения. 
Я оказываюсь прижата к крепкому телу и тут же испуганно озираюсь, понимая, что меня поймал тот же парень, что секунду назад дрочил. Я даже не знаю, успел ли он вытереть с себя эту мерзость. 
— Осторожней, — его губы растягиваются в пьяной улыбке.
Я натягиваю пластмассовую улыбку в ответ и, брезгуя его прикосновениями, высвобождаю руку.
— Спасибо, — шепчу я и отвожу взгляд, когда парень начинает убирать возбужденный орган в штаны. Стыд дерет жаром горло. — Я пойду… извини еще раз.
Пятясь за порог комнаты, я нервно поправляю волосы, затем блузку, которая чуть съехала в сторону от моего недопадения.
Но я не успеваю закрыть дверь, потому что парень выставляет руку и придерживает ее, выходя следом.
— Да ладно. Все гуд, — он застегивает джинсы, и я какого-то черта смотрю на выпуклость в его паху. Также я смотрю, как он достает какой-то колпачок и вставляет себе в нос. Делает вдох и щурится, после чего шмыгает носом и чуть наклоняется в мою сторону. — Ты сделала мой оргазм ярче, крошка.
Я вспыхиваю от корней волос до кончиков пальцев. Истеричный смешок застревает в горле, и я разворачиваюсь, чтобы убраться отсюда к чертовой матери.
А в следующее мгновение мои ноги прирастают к полу, грудь болезненно сжимается и я теряю сдавленный вздох. Потому что утыкаюсь взглядом в Багирова, смотрящего на меня сверху вниз. И то, что я вижу в его дымчатых глазах, не обещает мне ничего хорошего.
  
Глава 25
 
Выжимая стрелку спидометра, я иду на обгон.
Сука.
Немыслимо.
Я избегал ее весь день, чтобы не сорваться из-за гребаного пиздежа насчет возраста. Избегал своих беспорядочных чувств, которые и не должны были возникнуть к этой девчонке. Но все полетело к чертовой матери, когда Акмал прислал мне фото, на котором моя проклятая Ведьма танцует в его доме в компании пьяных шкур. Ее миниатюрное тело было зажато между двух сучек, и одна из них лизала ей шею, которую я собираюсь сегодня вечером свернуть. От мысли, как моя ладонь сжимает хрупкое дрожащее горло Алисы, пульс учащается.
К фото еще прилагалась ебаная подпись.
А она, оказывается, горячая штучка. Мне жаль твою тачку, чувак.
До этого момента я думал, что все контролирую. До этого момента я действительно считал, что мне похер. Но, судя по тому, что после выпитой бутылки рома я все равно сел за руль, мне ни хрена не похер. Единственный плюс этого вечера заключается в том, что находился я на даче в частном секторе.
Всего в десяти минутах езды от дома Акмала, но, кажется, доезжаю я всего за две.
Сворачиваю с асфальтированной дороги на грунтовую, и, чем ближе становлюсь к Ведьме, тем сильнее закипает моя кровь.
Едва заглушив тачку, я толкаю дверь и выхожу на улицу. 
Вставляю между губ сигарету, выкуривая ее за два шага, пока преодолеваю расстояние до крыльца.