Ангел-мечтатель (СИ)

С тем, что у меня с онлайн общением ничего не вышло, я смирилась быстро — в конце концов, работая в туризме, я всегда легче прямой контакт с людьми находила.
А людей нам нужно было на свою сторону привлечь как можно больше.
Причем, людей активных, находчивых и не боящихся риска.
А значит, подошло самое время моей фирме развивать нестандартные туристические направления.
Первыми в моем списке оказались, разумеется, Татьянины французы.
Во-первых, у них там и горы с труднопроходимыми склонами, и побережье океана, еще не зализанное до лакированной цивилизованности, и пещеры с озерами имеются — найдутся маршруты на любой вкус любителей острых ощущений.
Во-вторых, зная местную специфику, они с результативной рекламой помочь смогут.
И в-третьих, их ангелы уже давно в открытом контакте со своими людьми — наверняка откликнутся на идею их защиты от своей небесной братии.
Вот с этим пунктом я ошиблась.
В последний раз я была у них уже давно, и перемены мне просто в глаза бросились.
Справедливости ради, Франсуа уже был хорошо в возрасте — он даже от дел около года назад отошел — и сильно сдал.
Анабель была все также полна сил и уверенности в них. Она все также излучала невозмутимую жизнерадостность и ровную приветливость, но уже полностью сконцентрировалась на здоровье Франсуа.
Причем, в ее постоянных расспросах о его давлении, пульсе, приступах головокружения и одышке — так же, как и в его ответах — мне почудилась не тревога, а … надежда.
— Мы в курсе, — слегка поморщившись, кивнула она мне. — И уверяю тебя, пока это не более, чем слухи.
— Да какие слухи?! — возмутилась я. — Мне Стас собственной персоной эту информацию подтвердил!
— А как она к нему попала? — вежливо вскинула она брови.
— Какая разница? — даже слегка растерялась я. — Ему по долгу службы положено всякие подлости раскапывать …
— На земле, — с нажимом уточнила она. — У нас же правонарушениями занимается иная служба.
— А если эту службу в долю взяли? — прищурилась я. — Наслышана я о них.
— Ты наслышана о них от тех, — небрежно повела она в сторону рукой, — у кого с ними дороги постоянно пересекаются — то ли по долгу службы, как ты совершенно справедливо выразилась, то ли из слабо понятного мне чувства противоречия.
Я открыла было рот, но тут же его и захлопнула — слова в защиту Анатолия прямо в горле застряли.
— Мы же узнали об этом так называемом заговоре, — тонко усмехнулась она моей безмолвной реакции, — от нашего руководства. С которым Стас уже пытался вступить в контакт. Дав несколько раз понять, что источником этих слухов являются темные.
А вот это не предвзятость?!
  
Глава 13.1
 
— Ну и что? — Ответ на выпад в сторону Макса вырвался на волю без каких-либо препятствий. — Даже если они просто уесть ваших хотели, компромат на них обнародовав — главное, что он и до нас дошел! Мы теперь уже тоже знаем, что против нас затевается — значит, нужно действовать.
— Темные всегда славились непревзойденным умением, — размеренно произнесла она самым менторским, самым хранительским тоном, словно с отпетым недоумком беседуя, — вызывать сомнения и раздоры. И отнюдь не только и не столько на земле. А в этом случае я бы не удивилась, узнав, что они метят сразу в двух зайцев: с одной стороны, внести раскол в наши ряды, а с другой — довольно серьезно пошатнуть веру в нас людей.
— Веру?! — снова поперхнулась я. — А если эти слухи все же правдой окажутся, что же нас, доверчивых, ждет? Утешение крепостью этой веры до самой последней минуты? Чтобы она нас стреножила, пока нас давить будут? Может, еще и головой повертеть — щеки, одну за другой, подставляя под подгоняющие оплеухи?
— Слово «если» мне кажется вполне уместным, — добавила она к назидательному тону выражение вселенского терпения на лице. — Но даже при таком — крайне маловероятном, с моей точки зрения — повороте событий речь может идти только о превышении полномочий отдельными представителями нашего сообщества. И только в нем их действиям может быть дана правомерная оценка и по ее результатам приняты соответствующие меры.
 
Я глянула на Франсуа — он взирал на Анабель с видом только что найденного на морозе, но уже отогретого и накормленного щенка. С бесконечной преданностью во взгляде — и с тревогой, что она окажется невостребованной.
— На самом деле, — потянувшись, успокаивающе похлопала его по руке Анабель, — мы с Франсуа обсуждали все возможные варианты развития событий. И пришли в единодушному выводу, что любые действия на земле совершенно бесперспективны — для этого достаточно вспомнить, чем закончились все демарши Анатолия.
А она, оказывается, неплохо меня изучила: одно только упоминание об этой квинтэссенции небесного самомнения — и любое возражение у меня поперек горла становится.
— Ты, по всей вероятности, со мной не согласишься, — снова насмешливо дрогнули у нее губы, — но что бы ты ни задумала, мы с Франсуа в этом участвовать не будем. На земле хаоса и так хватает, а мы оба уверены в том, что — даже в самом худшем случае — принесем намного больше пользы, когда окажемся у нас наверху.
Она одарила его полной предвкушения и нетерпеливого ожидания улыбкой — которую он отзеркалил.
— Поэтому прошу тебя, — перевела она на меня затвердевший до алмазной прочности взгляд и продолжила отнюдь не просительным тоном, — исключить нас из любых твоих планов, каковы бы они ни были. Даже из информирования нас о них. Франсуа очень вредны волнения. Они могут вызвать у него сердечный приступ, который — в сложившихся обстоятельствах — вполне может быть признан недостаточно естественной причиной его смерти. Я твердо намерена вновь соединиться с ним в нашем отделе и не допущу его повторного возвращения на землю.
— Да о чем ты говоришь? — не выдержала я. — Вам же негде соединяться будет! Стас прямо сказал, что в случае успешной реализации порабощения людей и его, и ваш отдел расформируют — не с кем вам больше работать будет!
Анабель звонко расхохоталась.
— А вот это самый главный повод сомневаться в его словах! — с торжествующим видом закивала она головой.
— Это еще почему? — нахмурилась я.
— Я еще допускаю — с натяжкой, — ответила она мне с видом величайшего одолжения, — что кто-то решил на земле порядок навести … не совсем адекватными способами, но замахнуться на нашу структуру … — Она снова рассмеялась, качая головой.
— Да ну? — не сдержавшись, хмыкнула я. — На земле вон тоже некоторые правители в своей неприкосновенности уверены были — до самого эшафота.
— Марина, земля — это всего лишь один из наших проектов, — небрежно пожала она плечами. — И даже далеко не из первых. А ведь и на ней дворцовые перевороты, о которых ты упомянула, уже давно канули в лету. Наша же структура уже прошла такое испытание временем, так им отшлифовалась, что о наверняка существующих в ней поначалу недостатках даже старожилы не помнят — спроси Стаса!
Да что мне его спрашивать — я уже сколько раз очень яркие даже для него выражения слышала по поводу вовсе не старых, а самых что ни есть новейших трениях в этой их проверенной временем черной дыре, пожирающей в конечном итоге все вокруг.
А Анабель хорошо бы к египетским пирамидам прокатиться, в Риме по Форуму прогуляться, по городам древних ацтеков пройтись. Если через джунгли к ним прорвется. Там народ тоже на века строил — в полной уверенности, что потомки будут вечно в их творениях жить, даже не вспоминая об ошибках при их создании. И что от них осталось? Место экскурсий — справа был такой-то храм, а слева две колонны от дворца остались?
Но это все лирика, а от Анабель с Франсуа я решила отстать. С этих упырей наверху действительно станется к кончине нормального человека придраться — а там или опять на землю сошлют для увеличения поголовья рабов, или вообще распылят, или памяти лишат, как Татьяну. Хватит с меня одного греха на душу.
А вот их приятелям до того света еще далеко.