Восход Луны (СИ)
- Чего ты копошишься? - Устало пожурила мать, усаживая энергично ерзающего ребенка. В тот момент, когда она развернула тележку, чтоб объехать меня, я осторожно вложила свой палец в детскую ладошку, маленькую и удивительно теплую. Счастливый малыш звонко рассмеялся. Ведомая мамой, тележка проехала мимо, а перегнувшийся через бортик детеныш смотрел на меня, пока толпа не скрыла его из виду.
- Он?.. - Я вопросительно взглянула на Лайри. Друг кивнул:
- Да, он видел тебя. Дети могут видеть. Но их быстро отучают с помощью неверия, насмешек, издевок и физических наказаний. В мире людей видеть чудеса и верить в магию считается ненормальным. И это нормально.
Мы снова шли мимо рядов с товарами. Подаренные ягоды оказались с крупными косточками - подумав, я не стала выплевывать их, а глотала с мякотью.
- Физические наказания? И ты сказал, это нормально? Как?
- Ремнем по заду, чтоб не порол чушь о магии, а прилежно учился наукам, описывающим грубоматериальный мир как единственно возможный существующий. Подавляемые таким образом способности видеть тонкие материи полностью атрофируются. А поскольку приказа верить в чудеса не поступало, абсолютное большинство людей привыкают не верить и не видеть чудес.
Неприязненно передернув плечами, я хотела отпустить едкое словцо, но заметила, каким тоном говорит Лайри - сухо и невыразительно, словно зачитывая свиток давно устоявшихся обычаев, и поняла, что так оно и есть.
В монотонном шуме рынка мой чуткий слух уловил отрывок звучавшей откуда-то песни:
Говорят, чудес на свете нет,
И дождями смыт оленя след.
Только знаю, он ко мне придет.
Если веришь, сказка оживет.
- А ты сам веришь в чудеса?
- Верю, - кивнул он, обернувшись, - иначе я не был бы с тобой.
- Спасибо. И куда мы все же идем?
- Ну, хотя бы сюда. - Лайри улыбнулся и свернул в длинный ряд. Шагнув за ним, я обмерла, изумленная великим разнообразием одежды. Роскошные кружевные платья, элегантные костюмы, ночные сорочки, чулки, шляпы, обувь, сумочки - все так и манило окунуться в своеобразную атмосферу великолепия.
Закрыв глаза ладонью, я тихо рассмеялась:
- Лайри, ты знаешь, как порадовать свою принцессу.
- Иди порадуйся больше. - Он ободряюще похлопал меня по спине.
Ряд качающихся на вешалках платьев казался бесконечным. Я шла, скользя ладонями по складкам шелка, бархата, вельвета, льна, хлопка, иногда зарываясь лицом в дорогую материю и блаженно вдыхая ее запах. Прогулявшись вдоль одного ряда, перешла к другому. Наугад выбрав пару вешалок с чем-то, похожим на упряжь, вернулась к отдыхающему в кресле Лайри - он тотчас оживился.
- Хочу примерить, - улыбнулась. - Что это и как надеть?
- А сама не знаешь? - Притворно удивился друг.
- Откуда? - Вопросительно развела руки. - У тебя такой одежды нет, а если б и была, я ей не интересовалась, ведь я пони, а это все для людей. Одежда пони устроена совсем иначе.
- Это трусы и бюстгальтер. - Лайри взял одну из вешалок. - Трусы защищают лоно от внешних воздействий, от попадания в тело сторонних предметов.
Интересно, именно об этом я недавно думала, сидя на траве?
- Для начала снимем то, что на тебе.
Растопырив пальцы, Лайри прижал их к моей груди и быстро свел в одной точке. Наложенная на тело энергетика схлестнулась, фокусируясь в маленькой синей сфере, грива разлетелась по плечам, а я вновь ощутила себя голой, теперь это было слегка неприятно. Тем временем Лайри прижал сферу к горлу, и мою шею охватила легкая лента. Или ошейник?
- Если захочешь вернуть прежнюю одежду, расформируем то, что уже есть. - Пояснил человек, беря трусы из моих рук. - Вступай сюда.
- Они тесные и сильно врезаются. - Пожаловалась я, оттягивая резинку.
- Сними эти и поищи пошире.
Скоро я сумела найти удобные трусы, не стесняющие движений. Все время, пока искала, разлегшийся в кресле любимый не сводил глаз, я всеми фибрами души чувствовала, как он ласкает меня взглядом, скользя по изгибам и выпуклостям тела. Да, дома я уже привыкла к этому взгляду, но во сне воспринимала его особо явственно, купаясь в исходящем от человека мощном потоке любви.
- Нравится? - Повернулась у зеркала, рассматривая полупрозрачную кружевную обновку. С выражением эмоций на лице было туговато, и все же я постаралась улыбнуться Лайри как можно обаятельнее.
- Да… - Восхищенно выдохнул он, сладко жмурясь.
- Я рада. Для чего это? - Подвесила на пальце еще одну «сбрую».
- Бюстгальтер поддерживает грудь, если она тяжелая, и не позволяет ей болтаться как попало. Для небольшой и легкой груди смысла в бюстгальтере нет. Но если ходить без него в тонкой одежде, торчащие соски могут вызывать ненужный интерес у самцов.
- Так-с, попробую. - Хмыкнула, вертя в руках замысловатую одежду и вспоминая, как носили ее люди, виденные глубокой ночью по телевизору.
- Застегиваются тут, - Лайри показал небольшие крючки и петельки. - Самки, чтоб застегнуть, обычно заламывают руки за спину.
- Ну да уж, я ломаться не собираюсь.
Рассмотрев крючки и без хлопот застегнув бюстгальтер на животе, развернула его как положено, застежками назад, подтянула выше и накинула лямки на плечи.
- Все? - Поинтересовалась, уложив грудь. Лайри расхохотался.
- Луна, ты гений! - Воскликнул он, аплодируя. - Застегивать спереди - очень разумное решение!
- В самом деле, я не понимаю, как можно застегнуть столь мелкие крючки, на спине, ощупью, не видя?! - С наигранным возмущением отмахнулась руками. - К чему извиваться там, где можно поступить проще?
- Умница. - Любимый привлек меня за плечи и поцеловал нос.
Новый предмет туалета был мне впору, но сосцы терлись о ткань и вминались в плоть, что причиняло дискомфорт, ведь я привыкла чувствовать их свободными. Поколебавшись в смущении, я рассказала Лайри о неприятных ощущениях. Немного подумав, он ушел к столику, заваленному катушками, нитками, лентами, обрезками, и вернулся с ножницами.
- Сиди спокойно. - Друг усадил меня в кресло. Ощупав сосок, оттянул материю над ним и аккуратно отрезал небольшую ее часть.
- Так удобнее? - Спросил, повторив действия с другим сосцом. Освобожденные, они торчали из неровно вырезанных дырок, и я смело могла ставить корону против ореховой скорлупы, что торчали они вызывающе и очень соблазнительно для Лайри.
- Да, спасибо, так намного лучше! - Вскочив, поцеловала моего человека в щеку, и направилась к платьям, ощущая, сколь жарко пылает лицо, а мысли смешались в противоречивой неравной борьбе с чувствами.
- Главная проблема всей этой одежды - для того, чтоб надеть ее, ее надо надевать!
Я вдохновенно разглагольствую о своих впечатлениях, натягивая на ноги чулки, кажущиеся беспредельно растяжимыми. Не удивлюсь, если натяну их до подбородка.
- Ты о чем это возмущаешься? - Лайри присел рядом.
- Об отсутствии одежной магии, о чем же еще? Мне уже страшно представить, сколько времени своей жизни люди тратят лишь на то, чтоб одеться.
- У тебя хороший вкус. - Друг провел рукой по моей ноге, касаясь узоров на чулках. - Мне нравятся вещи, которые ты выбираешь, они идут тебе. Ты очень красива со светлой тканью.
- Спасибо, мне приятно знать, что я нравлюсь тебе. - Наконец, одолела упрямые чулки и взяла новую пару. - Это, так я понимаю, чулки для рук?
- Да, но называются они перчатками.
Перчатки были с закрытыми пальцами, а мне не хотелось терять приятную возможность трогать предметы - я уже привыкла к сверхчувствительности пальцев и наслаждалась недоступными для копыт ощущениями. Так что, отложив перчатки, я пошла вдоль ряда, любуясь нарядами.
- Такой богатый выбор. Как думаешь, что мне надеть? - Спросила вполголоса, обращаясь скорее к себе, нежели другу.
- Это?
Оглянувшись, я застыла, не в силах решить: рассмеяться мне, заплакать, обозлиться, или молча смириться с положением вещей? Лайри знал, против чего я беспомощна, и поразительно точно метил в самое уязвимое место - предложенное им платье было точь-в-точь как вязаная шаль, от которой я недавно отказалась у него дома. Тот же материал, те же узоры-цветы и мерцающие серебристые нити.