Порочный учитель

 Где будет проходить афтерпати?
 Мне понадобится подкрепление, чтобы сорвать эту гребаную тусовку. Руины - единственное подходящее место. Я набираю номер Арчера, зная, что у меня нет времени возвращаться и вытаскивать его.
— Оак, что случилось?
— В кампусе проходит вечеринка. Я собираюсь разогнать ее, и, возможно, понадобится подмога.
 Он отвечает на другом конце провода.
— Не беспокойся. Это происходит каждый год.
— Что? - Я рычу.
— Вытащи Еву и оставь это. - Он отменяет звонок.
  Откуда он узнал про вечеринку? 
 Я мчусь к руинам, из которых, как я и подозревал, доносится громкая музыка. Сердце сильно и быстро колотится в груди, пока я сокращаю расстояние.
 Когда я добираюсь туда, у меня сводит живот.
 На поляне собрались сотни студентов, не только старшеклассников. Большинство из них слишком пьяны, чтобы заметить меня, когда я проталкиваюсь сквозь толпу в поисках Евы.
 Я вытаскиваю мобильник из кармана.
 Я в руинах. Где ты? 
 Я вижу, что она читает это, но не отвечает. Если Дмитрий мешает ей отвечать на сообщения, ему повезет, если он переживет эту ночь.
— Директор Бирн, - две пьяные девушки подходят ко мне, хлопая ресницами. Одна из них кладет руку мне на плечо. — Вы здесь, чтобы повеселиться с нами?
 Я стряхиваю ее с себя.
— Нет, с дороги.
 Проталкиваюсь мимо них и ищу в толпе кого-нибудь из друзей Евы. На этой гребаной вечеринке нет никаких признаков Натальи, Адрианны или Камиллы.
 Я чувствую, что мое терпение на исходе, пока внезапно не звонит мой телефон.
 Прости. Не было времени ответить. Я у фонтана. Приходи скорее. 
 Я проталкиваюсь сквозь толпу к фонтану, и мой желудок скручивается, когда вижу около сотни студентов, большинство из которых целуются или того хуже.
 Дмитрий Яков выманил ее сюда, чтобы воспользоваться ею. Я чувствую, как дрожит моё тело, пока ищу Еву и мальчишку Якова, раздраженный тем, что до сих пор не вижу их.
 И тут я слышу ее.
— Нет, Дмитрий. Пожалуйста, остановись, - кричит она, ее голос доносится из дальнего угла. Я бросаюсь к ней, адреналин пульсирует в моих венах.
— Я сказала прекрати, - кричит она, и они появляются в поле зрения как раз вовремя, чтобы я увидел, как он с силой задирает юбку ее красивого голубого платья до самых бедер и тянется к трусикам вопреки ее желанию.
 У меня перед глазами встает красная пелена. и прежде чем понимаю, что делаю, я наношу удар ему прямо между глаз, вырубая его до того, как он, блядь, меня увидит.
 Глаза Евы расширяются, а затем она с облегчением опускает плечи и стягивает подол юбки, оседая на камень, слезы наполняют ее глаза.
 Я стою неподвижно, глядя на своего ученика, без сознания лежащего на полу. Директор школы не должен ходить и вырубать студентов. И все же я не могу найти в себе силы хоть немного пожалеть об этом. Дмитрий напал на нее против ее воли, и я сделал то, что сделал бы любой здравомыслящий мужчина, чтобы защитить свою женщину.
 Я внутренне стону, как только эта мысль приходит мне в голову. Ева не может быть моей женщиной. Ради бога, она гребанная студентка.
  Когда все стало таким сложным? 
Глава 26
Ева
 Сердце замирает, когда я смотрю вниз на Дмитрия, которого Оак нокаутировал жестоким правым хуком.
 Все настолько пьяны и поглощены своими делами, что не заметили, как директор школы ворвался и спас меня. Его аквамариновые глаза пылают едва сдерживаемой яростью, и это пугает меня.
 Я тянусь к нему, но он делает шаг назад.
— Не здесь. - Он проводит рукой по волосам. — Уходи с вечеринки и встретимся в классе, где проходят занятия по стратегии лидерства.
 Он разворачивается и марширует прямиком к выходу, не обращая внимания на то, что студенты пьют и употребляют наркотики в его присутствии.
 Как только Оак скрывается из виду, я бросаюсь в другом направлении к главному зданию школы, оставляя Дмитрия на земле. Тяжело сглатываю и оглядываюсь на него, но он все еще без сознания. Надеюсь, никто не заметил, как ворвался директор Бирн, словно мой рыцарь в сияющих доспехах.
 
 Сердце колотится так сильно, что меня подташнивает, когда я спешу по дорожке и через боковую дверь возвращаясь в школу. Из главного зала все еще доносятся слабые звуки музыки, но большинство студентов уже внизу, в руинах.
 Я иду к классной комнате, где мы с Оаком занимались сексом. Мои ладони вспотели, а желудок скручивает от беспокойства, когда я подхожу к двери, замечая тусклый свет, пробивающийся из-под нее.
 Оак уже там. Я подумываю постучать, но решаю не делать этого.
 Вместо этого тянусь к двери, распахиваю ее, и вижу, что он стоит в центре, спиной ко мне. Его мощные плечи поднимаются и опускаются, когда он неровно дышит.
— Оак, - произношу я его имя, и он поворачивается.
 В его глазах такая опасная смесь эмоций, что я не осмеливаюсь произнести больше ни слова. Вместо этого закрываю за собой дверь и поворачиваю замок.
 Он бросается ко мне и притягивает к себе, когда врезается в меня.
— Ты знаешь, как я был напуган, малышка? - Спрашивает он, его ноздри раздуваются. — Ты была в руках гребаного наследника Братвы, и я не мог тебя найти. Если бы он…
 Я приподнимаюсь и беру его лицо в ладони, заставляя его смотреть мне в глаза. — Не говори о "если" и "но". Он не сделал этого, и это единственное, что имеет значение, потому что ты спас меня.
— Едва ли, - бормочет он, хватая одну из моих ладоней и кладя себе на грудь. — Ты чувствуешь, как быстро бьется мое сердце?
 Я киваю в ответ, чувствуя, как галоп его сердца барабанит по моим пальцам.
— Я не знаю, что бы я делал, если бы не добрался до тебя вовремя. - В его глазах чистое страдание. — Ты для меня всё, Ева.
 У меня болит сердце, когда он говорит это.
— Оак, мне жаль.
— Тебе следовало послушать меня, когда я говорил не идти с ним. - Он крепче прижимает меня к себе, запутывая пальцы в моих волосах и откидывая мою голову назад. — Ты знаешь, как меня убивало смотреть на тебя в его объятиях? - Его челюсти сжимаются. — Я хотел подойти и выбить из него жизнь.
 Мои глаза расширяются.
— Ты бы не...
— Я бы сделал для тебя всё, что угодно, - рычит он, прежде чем поцеловать меня.
 Такое чувство, что я таю в тот момент, когда его губы оказываются на мне. Мои колени дрожат, и я цепляюсь за его мускулистые плечи, пытаясь найти опору.
 Оак поднимает меня с пола, заставляя обхватить его ногами. Переносит меня к моей парте в передней части класса и усаживает на край, встав между моих бедер. — Я собираюсь трахнуть тебя здесь, на твоем столе, как я и хотел с первого урока, на который ты пришла.
 Его глаза светятся силой и целеустремленностью.
— Ты знаешь, что я сделал в тот день, когда мы были здесь одни, а ты заканчивала свое эссе? - Спрашивает Оак, осыпая мягкими поцелуями мою шею.
 Я качаю головой. — Нет, сэр.
— Я достал свой член под столом и дрочил, наблюдая за твоей работой, - выдыхает он, заставляя мои соски затвердеть от грязной мысленной картины, которую он рисует. — Я кончил на нижнюю часть своего стола, думая о том, как трахаю тебя.
— Ты серьезно? - Я спрашиваю, мои бедра сжимаются вокруг него при одной только мысли о том, что он уже тогда так отчаянно хотел меня, что не мог себя контролировать.
— Смертельно. - Он прикусывает мочку моего уха, заставляя меня дернуться от ощущения. — По-моему, ты подошла, когда я уже кончил, и спросила, все ли со мной в порядке. Сперма покрывала днище моего стола, а ты стояла надо мной, нахмурив брови. Тогда я понял, что мне пиздец. - Он вылизывает дорожку прямо у меня на шее. — Я знал, что ты будешь моей.
 Он возится с молнией моего платья и дергает его вниз, оттягивая ткань ниже груди. — Такая идеальная, - выдыхает он, прежде чем обхватить губами набухшие соски один за другим.