Отверженный IX: Большой проигрыш (СИ)

Кесарь уже не улыбался — теперь было не до шуток. Сразу после его слов, Воронцов и Бахытжан отправились раздавать указания — глава московских орков нашему войску, брат Даны — тюркскому. Очень хотелось узнать, какая роль в предстоящей битве отведена мне, но задавать вопросы Александру Петровичу я пока не решался — понимал, что ему не до меня.
Тюрки, так как численность их армии уступала нашей, взяли на себя индусов. Нам, соответственно, достались англичане. Ну и несколько наших отрядов отправились на помощь големам. Помощь — конечно, громко сказано, но великаны могли разогнать врагов и втоптать их в песок, а вот захватить их в плен не могли. А это было необходимо сделать.
Что касается британцев, то дело было даже не в численности наших войск — уверен, в любом случае их бы атаковали именно мы. Ну не мог Романов уступить наших заклятых друзей кому-то другому.
Когда наши отряды двинулись на врага, и стало понятно, что кесарь немного освободился, я таки решился задать ему вопрос:
— А что мне делать, Александр Петрович?
— Ждать, — ответил Романов.
— Чего именно? — уточнил я, надеясь, что кесарь понимает, что мной движет не праздное любопытство стремящегося влезть в драку юноши, а желание обладателя Великого артефакта выяснить, когда можно будет применить своё мощное оружие во благо общей нашей победы.
— Ждём того момента, когда нашим ребятам понадобится твоя помощь. Ну и моя тоже. Если, конечно, понадобится.
— И как мы его узнаем — этот момент?
— Поверь, это будет несложно. Но нам стоит подъехать поближе к месту событий.
Сказав это, Романов слегка натянул поводья, приударил сапогами по бокам лошади и поехал за нашими воинами, я отправился за ним. По дороге я вытащил клинок из ножен, чтобы он, так сказать, прочувствовал общую энергетику — я был уверен, лишним это не будет.
Примерно на полпути к противнику, клинок начал светиться — несильно, но вполне заметно. Объяснение этому у меня было одно — меч почувствовал присутствие неподалёку своего, точнее, нашего старого знакомого. Я и без этого догадывался, что бабушкин друг Гарри не мог пропустить такое событие, то теперь я не сомневался — герцог Эджертон был рядом.
Чем ближе мы приближались к англичанам, тем сильнее светился меч. Рукоять уже стала горячей, как это случалось обычно во время поединка с сильным магом.
А наши отряды тем временем уже достигли противника, завязался бой. И почти сразу же я заметил, как за спинами англичан открылся портал. Такой же огромный, как вначале — видимо, они тоже приготовили для нас какой-то сюрприз, и теперь этот сюрприз должен был появиться их портальных врат.
Романов остановил коня, когда до ожесточённо сражающихся магов осталось всего ничего — если ехать дальше, то нужно было уже вливаться в бой. Я остановился рядом с кесарем. Наблюдать за массовым побоищем боевых магов оказалось не так уж и приятно, впрочем, как и за любыми боевыми действиями. Война — это всегда некрасиво, больно и страшно.
А ещё вблизи я разглядел портал и то, что никто из него на помощь врагу не выходил. Наоборот, англичане спешно эвакуировались. Первые ряды держали оборону, а основная армия покидала поле боя через портальные врата.
— Они уходят! — в удивлении воскликнул я, констатируя очевидный факт.
— Убегают, — поправил меня Романов.
— Но Эждертон ещё здесь, мой меч его чув… — я недоговорил, так как клинок резко перестал светиться.
Бабушкин друг Гарри исчез — сомнений быть не могло.
— Что Эджертон? — спросил Александр Петрович.
— Только что был здесь, но уже тоже убежал.
— Ну это логично — понял, что ловить ему здесь нечего.
Я согласно кивнул и снова принялся разглядывать портал, но внезапно боковым зрением заметил их — всадников в чёрных плащах. И они тоже уходили. Непонятно, почему я не разглядел их раньше, возможно, они находились в сдвиге, но каким-то образом, возможно, из-за своего меча, я мог их видеть. Но всё равно, почему сразу не заметил? Ответа на этот вопрос не было, как и на вопрос: что они здесь делали?
 
Неужели Эджертон уговорил-таки Хосе Второго выступить против нас? Но почему тогда император Ацтлана не привёл всю свою армию? Почему ограничился лишь отрядом, который так и не вступил в бой? Или это были не мексиканцы? Но кто тогда? Какая-то личная гвардия Эджертона, которая теперь уходила вслед за патроном? Очень было похоже на то. Правда, возникал другой вопрос: а что они делали в Мадриде?
— Что-то случилось? — слова Романова вывели меня из раздумий.
— Нет, а что? — ответил я вопросом на вопрос.
— Ты как-то странно уставился на бархан, словно тебя каким-то заклятием накрыло.
— А вы видите чёрных всадников возле бархана? — спросил я.
— Всадников? Чёрных? — удивился Александр Петрович. — Неужели они даже из Кении и Нигерии боевых магов притащили?
— Нет. В чёрных плащах.
— Не вижу, — сказал кесарь. — Объясни, куда смотреть.
— Да они уже ускакали, — ответил я, не желая развивать тему.
Когда большая часть англичан убежала, а те, кто не успел, были либо убиты, либо захвачены в плен, наши отряды разделились: одна половина отправилась помогать тюркам, а вторая — тем, кто занимался китайцами. Но как оказалось, тюркам наша помощь не понадобилась — индусы благоразумно решили, что им не нужна такая война и тоже бежали. Тоже, как и у англичан, не у всех получилось уйти порталом, но большая часть их армии всё же смогла эта сделать.
А вот китайцам повезло меньше всех. Точнее, вообще не повезло. Крупно. То ли «бабочки» разогнали китайских магов, ответственных за порталы, то ли ещё что-то там у них произошло, но китайцы сбежать не смогли. Какая-то их часть ушла небольшими порталами — видимо, самые высокоуровневые одарённые, владеющие пространственной магией. Но одного большого портала для массовой эвакуации китайцы открыть не смогли. И сильно за это поплатились.
Впрочем, нельзя сказать, что противник понёс значительные невосполнимые потери в живой силе. Жертвы, конечно, были, не без этого, но, несмотря на довольно масштабное побоище — немного. Всё же бились в основном не простые воины, а маги, на которых было наложено много разной защиты, и эта защита работала.
Намного больше было раненых, а их успешно приводили в порядок лекари. Практически всех. Кто не погиб сразу в бою и смог дожить до его окончания, тот с вероятностью в девяносто девять процентов оставался жить дальше.
Сохранять жизни раненым сильно помогала заморозка. Лекари, хоть их и было немало, не успевали сразу оказать помощь всем нуждающимся. Поэтому раненых на всякий случай замораживали при помощи магии холода, а уже потом, перед тем, как им мог заняться лекарь — снимали заклятие.
Безусловно, если бы у нас стояла задача уничтожить противника, картина была бы иной. Но англичане и индусы почти все сбежали, а уничтожать китайцев задачи не было. Наоборот, имело смысл сохранить им жизни, чтобы потом в качестве жеста доброй воли, отпустить их домой. Разумеется, вытребовав что-то в ответ.
Поэтому нашей задачей было — набрать как можно больше пленных. А магия очень упрощала этот процесс — достаточно было всего лишь во время боя обездвижить вражеского воина любым из подходящих для этого заклятий. А уже потом, по окончании битвы их собирали и натурально складывали в кучу для того, чтобы чуть позже подвергнуть боле тщательной сортировке. И никто не пытался сбежать или устроить какую-нибудь провокацию. Очень удобно.
*****
Мила и Айсулу вышли из портала в имении княгини Белозерской.
— Вам нужна помощь? — сразу же спросил один из дежуривших в портальной башне охранников.
— Нет, благодарю, — ответила Мила. — С нами всё в порядке. Мы можем увидеть хозяйку замка?
— Её Светлость ожидает вас у себя в кабинете. Вас проводить?
— Если это обязательно, то проводите, но, вообще-то, я дорогу знаю, и мы можем сами дойти.
— Нет, это не обязательно, я лишь предложил помощь, — ответил охранник.