Проект «Геката» (СИ)
Исгельт испустил короткий смешок.
— Очень хорошая мысль. Главное, своевременная, — он убрал руку со стекла и выпрямился. — Тебя убрали из проекта «Прожиг». Приказ Ассархаддона.
Гедимин растерянно мигнул.
— Зачем?
— Чтобы не убился, — хмыкнул Исгельт. — Не смотри на меня так. Иди поговори с Ассархаддоном. Он считает, что для тебя это опасно. Думаю, он подберёт тебе другое занятие. Тут что-то не заладилось у Никэса…
02 мая 38 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база «Геката» — кратер Кеджори, научно-испытательная база «Койольшауки»
Скафандр Хольгера по его распоряжению отвезли в лабораторию; сармат был в лёгком спецкостюме, без шлема, и Гедимин не решился его обнять — только осторожно положил руку на плечо.
— Да хватит уже, атомщик, — отозвался Хольгер. — Всего-то небольшой ожог зрительного нерва! Всё уже прошло. Так куда тебя перегоняют?
Гедимин покосился на Стивена, тот — на передатчик и, не увидев там ничего нового, в недоумении развёл стальными «руками». Никаких сообщений не было.
— Я пойду с тобой, — решил ремонтник. — Сверим приборы. Тот взрыв прожигателя… Что-то здесь не так.
— Думаешь, его взорвало излучение портала? — тихо спросил Хольгер. — Цепная реакция на чистой сигме… Такое возможно?
Гедимин пожал плечами.
— Я не знаю, что здесь возможно.
Воспоминания о закрывшемся — и, скорее всего, уже навсегда — портале заставили его болезненно сощуриться. Он старался не думать о сарматах на Тлалоке-А. «Они знают, что портала нет? Наверное, знают. Связь не работает…» — Гедимин отогнал бесполезные мысли и пошёл за Хольгером к дрезине.
Двое сарматов почти уже свели воедино показания всех приборов, переживших взрыв прожигателя, когда дверь «чистого» отсека снова открылась. Исгельт, остановившись на пороге, удивлённо хмыкнул.
— Гедимин Кет? Почему здесь? Езжай в Авиаблок, Никэс тебя встретит.
— Зачем мне туда ехать? — спросил Гедимин, недовольно щурясь на почти готовый свод показаний: «Опять не дали доработать!»
— Там тебе дадут новый проект, — сказал Исгельт. — Охрана проводит… Хольгер, у тебя неполные данные. Были ещё основные датчики и станции связи — там тоже писали показания.
Он повернулся к Гедимину боком, показывая, что сармату в отсеке делать нечего, но тот не двинулся с места. «Никэс, Авиаблок…» — имя с самого начала показалось ему знакомым; теперь он вспомнил всё и недобро сузил глаза.
— Стой. Это «крыло»?
Исгельт нехотя перевёл взгляд на него.
— Да, твой старый проект, — неохотно признал он. — Нужны доработки. Ты долго будешь тут стоять?
Гедимин схватил его за плечо и резко развернул к себе лицом — от неожиданности сармат не стал сопротивляться.
— Ты отнял его у меня. Работай сам.
Исгельт мигнул.
— Что?.. Это распоряжение командира блока, теск. Он решает, над чем тебе работать. Твоё дело — подчиняться.
Он попытался оттолкнуть Гедимина, но тот перехватил его руку и сжал так, что заскрипел металл обшивки.
— Ты — мне — не — командир, — медленно проговорил ремонтник. — Ты отнял мой проект. Он твой. Можешь — им — подавиться.
Исгельт, ошалело мигнув, резко поднял руку, выворачиваясь из цепких пальцев Гедимина. Вдоль стены зашевелились охранники.
— Ты в себе?! — рявкнул Исгельт, отступая на шаг и отводя руку в сторону; он был готов отдать неслышный приказ, но отчего-то медлил. — Отнял твой проект?! Я перевёл тебя туда, куда следовало в тот момент. Сейчас перевожу обратно. Что ты там придумал, теск?!
— Я не механизм, — тихо сказал Гедимин; его глаза сошлись в узкие прорези — он чувствовал, как от напряжения сводит веки. — Меня не переводят. Верни мой проект. Или работай сам.
Исгельт с присвистом выдохнул; его рука, поднятая для направляющего жеста, слегка обвисла — удивление было слишком сильным, сармат не сразу нашёлся со словами.
— Точно спятил! Тебя возвращают на тот участок, — медленно и отчётливо проговорил он. — Чего ещё тебе надо? Может, мне ещё на коленях извиниться?
Гедимин сам не ждал, что попадёт точно в респиратор, — но Исгельт не успел уклониться и не выставил блок, и кулак сармата врезался в бронированную маску. Под ней что-то хрустнуло и коротко хрюкнуло, а в следующий момент уклониться не успел уже Гедимин. Удар в грудь был так силён, что пластины брони подались внутрь и рассекли комбинезон. Ремонтник качнулся вперёд, готовясь к захвату, но руки скользнули по обшивке чужого скафандра, — Исгельт уже опомнился. Один его кулак Гедимин перехватил, но второй удар — в подставленный локоть — вышиб искры из глаз. Сквозь них сармат увидел вскинутые ракетомёты вдоль стены и криво ухмыльнулся. «Хорошая была лаборатория…»
Задумываться не следовало — Гедимин еле успел убрать голову, и кулак Исгельта лишь чиркнул по шлему вдоль виска. Ремонтник вцепился в пролетающий мимо локоть, развернулся вокруг своей оси, врезаясь плечом в наклонённое лицо врага, — тот слабо дёрнулся, но очередной удар в подреберье вышел не слабее двух предыдущих. Гедимин, не отпуская его руку, шагнул вперёд, рывком втягивая Исгельта на плечо, и тут же пожалел об этом — от удара в наушник зазвенело в голове, и пальцы поневоле разжались. Он начал разворачиваться, но его отбросило — Исгельт окончательно взбесился, и его движения нельзя было ни уловить, ни предугадать. Гедимин неуклюже отпрыгнул в сторону и едва не упал — в пояснице перекатывался невидимый, но тяжёлый булыжник. Исгельт замахнулся, ремонтник успел заметить летящую к нему тень, вскинул руку, но удара не последовало — кулак просвистел мимо. Противник пошатнулся и тяжело грохнулся на колени, заваливаясь немного вбок, в сторону, противоположную руке, перехваченной Хольгером прямо в замахе.
— Ты быстрее его, а я — тебя, — тихо сказал химик. — Мы с Гедимином уходим.
Гедимин шагнул вперёд, готовясь прикрывать Хольгера, но Исгельт коротким жестом показал, что драка окончена. Целых две секунды, долгие, как два часа, он поднимался на ноги и поводил плечами, проверяя, все ли кости целы. Скомандовав охранникам отбой, он перевёл тяжёлый взгляд на Гедимина.
— Я уйду с ним, — Хольгер крепко вцепился в локоть ремонтника. — Ты зря так с ним обошёлся. Никогда так не делай.
Исгельт мигнул.
— Двое полоумных, — медленно проговорил он, ощупывая респиратор. — Катитесь в Авиаблок! Вот Никэсу подарочек, мать моя колба…
Он шагнул к чудом уцелевшему телекомпу, но остановился на полпути и снова взглянул на неподвижного Гедимина.
— Ты сорвал расследование аварии. Доволен, гений физики?..
…Регенерация работала быстро, но не мгновенно. Гедимин украдкой потёр спину вдоль рёбер — невидимый булыжник всё ещё был там и ворочался при движениях, но уже не так быстро.
— Глупо вышло, — сказал он, глядя мимо Хольгера.
— Ничего, — тот похлопал его по локтю. — Исгельт не расскажет Ассархаддону. Ему самому стыдно. Двое кабинетников свалили адмирала!
— Хорошо, что ты был в скафандре, — сказал Гедимин. — Но всё равно — вышло глупо. Из-за меня.
Хольгер пожал плечами.
— Хотел бы расследования — позвал бы тебя. Ты — главный эксперт по таким вещам. А так… Прожигатель у них есть, пусть экспериментируют.
…Купол защитного поля приподнимался на метр над поверхностью воды, второй, практически плоский, лежал вровень с ней. Сквозь них, как в дымке, проглядывал холодный синевато-зелёный свет. Он расходился волнами от устройства из двух совмещённых дисков — по восемь секторов в каждом — закреплённых вокруг генератора защитного поля и вместе с ним замаскированных обшивкой из рилкара и флиевой фольги. Веерообразные пучки зелёного света били поочерёдно из каждого сектора, и вода, пронизанная потоком нейтронов и омикрон-квантов, загоралась синим огнём. Устройство кружило по бассейну, не всплывая и не падая на дно, — генератор, попеременно включая защитное поле, не давал «лучевому крылу» погаснуть окончательно. Трое сарматов молча наблюдали за ним. Гедимин едва заметно улыбался. «Омикрон-излучение и эффект Черенкова,» — он следил за переходами цвета в холодном сиянии со дна. «Вместе они ещё красивее, чем по отдельности. Хорошо тут придумали — погрузить «крыло» в воду…»