Проект «Геката» (СИ)
— Эти двое всегда ходят в скафандрах, — голос Маккензи разносился по всей носовой части бывшего корабля. — Джед пострадал от повстанцев, а у Иса радиофобия. И там они тоже сидели в броне. На своё счастье. Будь они голышом, пришлось бы ехать в госпиталь.
— Да, большое везение, что твои механики не пострадали, — отозвался Фостер. Он был в отсеке, заменившем капитанскую рубку, — она пострадала незначительно, но свет там вырубился, и кабель пока не заменили.
— Это первое нападение «Взрывника» на сарматов, — подал голос помощник Фостера. — Значит, он потребовал помощи, а когда вы отказали, решился на атаку? Вы вовремя позвонили нам, мистер Маккензи. «Солти» едва-едва успел подняться. Если бы не его ракеты…
— Д-да, — Кенен подбавил в голос дрожи. — Спасибо вам за них. «Солти» очень вовремя прикрыл нас. Ещё секунда, и корабль разорвало бы. Нам совершенно нечем защищаться — разве что кидаться в крейсер камнями…
Иджес еле слышно хмыкнул.
— Нас прикрывал целый крейсер, — прошептал он.
— По нам стрелял целый крейсер, — Гедимин тронул свежие царапины на рукавицах и поморщился. — Когда нас уже отпустят? Чьи сарматы чинят шлюз? Надо сказать им, что этот лист лишний — створки будет заедать…
В наушниках раздался смешок.
— Зайдите к нам, парни, — попросил Кенен. — На пару слов. Не бойся, Джед, лист поправят, и всё будет в порядке.
Гедимин вошёл в отсек. Перед допросом туда перетащили уцелевшие кресла, но ни Фостер, ни его помощник не сели — они были в тяжёлых экзоскелетах и не собирались из них выбираться. Сидел один Кенен, откинувшись на спинку и всем видом изображая испуг и отчаяние. Гедимин насмешливо сощурился — Маккензи, как водится, переигрывал, но людей это, кажется, устраивало.
— Торопитесь на работу, мистер Кларк? — спросил Фостер.
— Не хочу за всеми переделывать, — буркнул сармат. — Лучше сразу сделать правильно.
— Да, разумно, — согласился шериф. — И очень разумно с вашей стороны было пойти в информаторий в скафандре.
Гедимин кивнул.
— Джед даже спит в нём, — ухмыльнулся Кенен. — Да ты сам знаешь, Чарли. Он не первый год ходит по всему Кларку в своей броне.
— У вас могут быть свои счёты со Взрывником? — спросил Фостер. Гедимин не видел его лица, но ему мерещился пристальный въедливый взгляд. Сармат пожал плечами.
— Я ничего ему не сделал. Может, у него дела с Маккензи?
— Может быть, — отозвался Фостер. — Странно всё же, что он нарушил свои же правила. Он никогда не нападал на сарматов, а тут уже второй раз… Что бы могло заставить его передумать?
Гедимин снова пожал плечами.
— Может, он мутант?
— Мутант… — задумчиво повторил Фостер. Его пристальный взгляд беспокоил Гедимина — сармату казалось, что ему пытаются заглянуть под крышку черепа. «У него нет ничего на меня,» — напомнил он себе. «Сейчас мы с Иджесом — пострадавшие, невинные жертвы террориста.»
— Можете идти, — сказал Фостер. — Как-нибудь найдите время заглянуть к Хададу. Общение с вами идёт ему на пользу. Может, дорастёт лет через пять до помощника…
Через час в жилом отсеке Гедимин снял шлем, опустился на матрас и, перевернувшись на спину, вытянулся во весь рост. Хотелось раскинуть руки, но места не было — пришлось, как обычно, положить их под голову.
— И долго они будут тут болтаться?
— Hasulesh? — Иджес криво ухмыльнулся. — Да уж нескоро уйдут. Ложись спать, атомщик. Тебе тоже нужна передышка.
30 сентября 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
«Тут слишком много «макак»,» — подумал Гедимин, подавляя тяжёлый вздох. Он приподнялся на локте, выглянул в дверной проём, — жёлтый экзоскелет, грохоча «копытами», прошёл мимо, к пересечению коридоров, куда, судя по звукам, приближался ещё один.
«Никакой работы не будет, пока они не уйдут,» — сармат перевернулся на другой бок и снова закрыл глаза. Так долго он давно не спал, — на часах было уже полдвенадцатого, а лёг он по общему сигналу отбоя. На ночь «копы» не оставались на базе, и можно было бы на пару часов спуститься в реакторный отсек, но Кенен строго запретил подходить к секретным объектам — и сармату оставалось валяться на матрасе и ждать.
Из коридора снова донёсся грохот «копыт». Гедимин поморщился, по звуку определив недавнюю поломку одного из пневмоприводов. «Сказать, или сам увидит?» — подумал он, покосившись на жёлтый экзоскелет. «Коп» пока не замечал повреждения — привод хоть и вполсилы, но работал, и механические ноги передвигались, но очень скоро одна должна была начать отставать от другой. «Скажу — Кенен нашипит,» — сармат снова прикрыл глаза. «Скажет — опять работаю бесплатно…»
В наушниках пискнуло.
— Джед, приём. Спишь?
— Что у тебя? Есть работа? — с надеждой спросил Гедимин, привстав с матраса. В наушниках хихикнуло.
— Третий день отдыха — и ты уже устал? Вот что делают с сарматами урановые рудники… Иди в рубку, Джед. Инструменты не бери, но скафандр почисти.
«И так чистый,» — подумал сармат, недовольно щурясь на чёрные пластины. Броню он отполировал до блеска ещё двадцать восьмого — всё равно после обстрела, на базе, битком набитой «копами», заняться было нечем. «В госпиталь пошлёт? А, да, тридцатое… Пора ехать. Зайду заодно к Хададу…»
Он вышел в главный коридор. Отсюда уже просматривалась и отодвинутая дверь капитанской рубки, и восстановленный главный шлюз, и пост жёлтого «Шермана» рядом с ним, и расчищенный отсек информатория, снова окружённый переборками. Изнутри доносились голоса и шорохи, в коридоре лежали фрагменты упаковки, — сарматы ставили новый информационный терминал. Довольно хмыкнув, Гедимин свернул в капитанскую рубку.
— Что-то надо делать с твоим скафандром, Джед, — сказал Кенен, задумчиво глядя на него. У мониторов, снова повешенных вдоль переборки, стоял «коп» в лёгком экзоскелете. Посветив Гедимину в глаза считывателем, он опять повернулся к экранам. Сармат, мигнув, недовольно сощурился.
— Перекрасить его, что ли? — продолжал Кенен. — Есть же трафареты, яркие цвета… В чём ты лезешь в реактор — твоё дело, но по улицам мог бы ходить в красивой одежде!
Гедимин сузил глаза.
— Это всё?
Кенен ухмыльнулся.
— Это лишь часть общих рассуждений, Джед, — он поднялся из кресла, закидывая за плечо болтающийся отстёгнутый респиратор. Гедимин еле слышно фыркнул.
— Респиратор надень, — вполголоса посоветовал он.
Кенен покосился на передатчик, потыкал в него пальцем и снова повернулся к Гедимину.
— Едешь в госпиталь. Доктор Фокс пишет, что оборудование в порядке, так что идёшь прямо к Хададу и сидишь с ним, пока не надоест. Это единственное твоё задание.
…Уриэль ждал его в вестибюле — сидел на диване, положив перед собой руки, прикрытые прозрачными фиксаторами. Гедимин, мельком взглянув на его пальцы, увидел, что все фаланги на месте. Ещё можно было догадаться, где и что пришивалось, но швы, с самого начала очень тонкие, уже почти исчезли.
— Джед! — он положил растопыренную пятерню на локоть сармата. — Я тут слышал о нападении. Этот Взрывник — ублюдок, каких мало. Бомбить ремонтную базу! Ваш командир очень смелый, раз посмел отказать ему. Жаль, «Солти» не успел дойти до вашего квадрата. Перехватили бы урода прямо в небе!
Гедимин молча слушал, стараясь не показывать никаких эмоций, и рассматривал подвижное лицо «мартышки». «Он в гневе,» — думал сармат, глядя в расширенные зрачки человека. «Из-за… того, что нашу базу обстреляли? Притом, что людей вообще не затронуло? Странные они всё-таки существа…»
— Я слышал, как Фостер говорит с Землёй, — оглянувшись по сторонам, Уриэль понизил голос и придвинулся ближе к сармату. — Случайно, понимаешь? Ему пришёл запрос, когда он был тут, и он вышел ответить. Они говорили про Взрывника.
Он посмотрел на Гедимина, будто ждал какой-то реакции. Сармат вопросительно хмыкнул. Ему было не по себе.
— У этого урода есть сообщники, — прошептал Хадад. — Точно. Один он столько не пролетал бы. Кто-то снабжает его, чинит корабль, даёт ему наводки… Вот как он нашёл вашу базу? Как узнал, где взлетает корабль с плутонием?