Проект «Геката» (СИ)
— Хорошо, — отозвался Гедимин, вспоминая гигантские зеркальные поля вдоль горного хребта. «Мы там были три года назад. Всё стояло ровно. Теперь, наверное, перекосилось. Интересно, насколько…»
…Как только охрана пересчитала сарматов и сверилась со списком, Зет дал Гедимину знак — «Иди, встретимся на склоне». Он выяснял, куда поставить фургон, и где субстрат для кислородной станции, — заказчик обещал снабжать сарматов кислородом и водой все десять дней, но кто-то кого-то не предупредил, и поиски затягивались. Гедимин, проверив датчики и убедившись, что ему воздуха хватит надолго, пошёл вверх по огороженной тропе и вскоре выбрался на смотровую площадку.
В этот раз он не забыл опустить затемнённый щиток, и ему не резало глаза, пока он смотрел на зеркальные поля и высчитывал углы падения лучей. Зеркала, как он и ожидал, за три года сместились; большая часть сфокусированного света попадала, куда надо, но некоторая доля энергии бесполезно рассеивалась. «Ничего сложного,» — Гедимин прикрыл глаза, помечая на мысленной карте зеркальных полей отдельные элементы и углы их смещения. «А вот турбины надо будет проверить. Лопатки из дрянного сплава…»
Что-то за пределами зеркальных полей привлекло его внимание — один из скалистых склонов выглядел как-то неестественно. Прищурившись, Гедимин посмотрел на него под другим углом и удивлённо хмыкнул — на склоне под маскировочным полем скрывался неизвестно как туда опустившийся «Солти». Это был полноценный крейсер, не затронутый конверсией, — сармат даже разглядел, что крышки ракетных шахт в предпусковом положении, а гравитроны развёрнуты в небо над электростанцией.
— Стоять! — рявкнул кто-то за спиной, и броня на плече Гедимина загудела от удара. — Руки за голову! Шпионишь, да?!
Сармат нехотя повернулся к подбежавшему охраннику. Тот шагнул назад так проворно, будто не у него, а у Гедимина был ракетомёт.
— Гедимин Кларк? Что тут делаешь? Кто разрешил?
В наушниках задребезжало. Охранник, похоже, тоже что-то услышал — его взгляд слегка помутнел, лицо странно дёрнулось.
— Гедимин, спускайся, — сказал Зет. — Мы там, где были в прошлый раз. Охранник тебя проводит.
Сармат, спускаясь по огороженным тропам, не оглядывался, — экзоскелетчик и так маячил в поле зрения, не отходя далеко и не опуская ракетомёт. Он отстал, когда Гедимин вышел к фургону ремонтников. Там их обоих ждали ещё двое охранников. С ними рядом стоял Зет, недовольно щурясь на приближающегося сармата.
— Всё в порядке, — сказал он людям. — Мы приступим через полчаса, пойдём с запада на восток. Площадки должны быть свободны.
Гедимин хотел начать отчёт, но Зет резким жестом приказал ему молчать. Он смотрел вслед удаляющимся охранникам и сердито щурился.
— Я составлял карту, — сказал ремонтник. — Он ко мне полез. Ты предупредил их, что я там работаю?
Зет повернулся к нему.
— Этот бабуин утверждает, что ты следил за крейсером прикрытия. Это запрещено. Не ходи туда больше. Карту составил?
Гедимин кивнул.
— Зачем им крейсер? — спросил он, делая пометки на приготовленных листах. — В прошлый раз без него обходились.
— Это из-за Взрывника, — поморщился Зет. — Боятся.
Гедимин едва заметно ухмыльнулся.
16 августа 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
— Можешь связаться с базой? — спросил Гедимин, зайдя в фургон.
Сарматы, закончив дневную работу, собрались на стоянке за полчаса до отбоя; еду и воду уже поделили, дежурный собирал пустые контейнеры и раскладывал их по крыше фургона, чтобы вакуум и солнечная радиация их продезинфицировали. Гедимин в несколько глотков опустошил свои ёмкости и снова взглянул на Зета. Тот, присев на кислородную станцию, настраивал коммутатор.
— Отчёт ушёл, Кенен одобрил, — пробормотал тот, глядя на прибор. — Всё по плану… Поел? Ложись, пока место не заняли.
Фургон в самом деле был тесноват — в нём хватало места сидящим или вставшим на ноги сарматам, но лежать им приходилось бок о бок, вплотную. Гедимин думал, что за пять дней уже можно было составить схему оптимальной укладки, но он сам бригадиром не был, а Зет отмахивался, что чертёжной работы ему и днём хватает. Вчера сармат уже собирался на ночь уйти на крышу и спать там, дыша кислородом из баллонов, но охранники на выходе воспротивились и вернули его в фургон.
— Надо поговорить, — сказал Гедимин, кивнув на коммутатор. — Чего ты от него хочешь? Дай настрою.
— Не лезь, — Зет отодвинул его руку. — О чём говорить?
— Свои дела, — коротко ответил Гедимин, вспомнив, что внутренняя связь ремонтников отлично прослушивается. Зет хмыкнул.
— Свои дела через полкратера не обсуждают. Вернёшься — поговоришь.
Гедимин недовольно сощурился, но про себя признал, что бригадир прав, — нелегальные ядерные реакторы лучше обсуждать с глазу на глаз.
— Что он говорил? — спросил он. — Есть проблемы?
Зет покачал головой.
— Нет вроде бы. Теск, иди спать! Иджес тебе место занял.
Иджес уже нетерпеливо махал ему, встав на некотором расстоянии от стены и отгоняя от свободного пятачка других сарматов. Особенно хотели попасть туда филки — отчего-то им нравилось спать у стен, хотя Гедимин не помнил, чтобы на них, лежащих на проходе, кто-то наступал.
— Не нравится мне всё это, — пробормотал сармат, устраиваясь у стены рядом с Иджесом. Недовольно бубнящие филки, увидев его, пошли искать другие места. «Древние «макаки» спали в гамаках,» — думал сармат, задумчиво щурясь на потолок. «Фургон прочный, можно подвесить. Филкам будет где лечь…»
— Мне тоже, — сказал Иджес. — Вечно ходят по пальцам. Сармат через филка перешагнёт, а эта мелочь лезет напрямик.
— Да ну их, — поморщился Гедимин. — Завтра сделаю схему, и места всем хватит. Там реактор…
Иджес хмыкнул.
— А, реактор… Ну, Кенен с Айзеком присмотрят. Когда мы уходили на рейд, всё же в порядке было?
— Тогда его никто не трогал, — отозвался Гедимин. — Лучше бы я их туда не пускал.
Стоило закрыть глаза, в темноте вспыхивали две кривые — сигма- и омикрон-излучение усиливались при запуске, и один график уходил резко вверх, а другой рушился вниз. «Там Кенен,» — напомнил себе Гедимин, в очередной раз переворачиваясь на другой бок. «Он осторожный. Никаких опасных опытов не будет.»
21 августа 26 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
Иджес оглянулся на Гедимина и, кивнув в сторону ухмыляющегося Дагфари, быстрыми жестами спросил: «Врезать ему?» Гедимин качнул головой, и Иджес, поморщившись, положил руку на колено и опустил веки.
Он не стал бы спрашивать, если бы до Дагфари можно было добраться одним рывком, — но сарматы сидели в тесном фургоне, спускающемся по склону кратера на юг, места были распределены при посадке, и тянуться к филку пришлось бы через три головы. Филк тоже это понимал — и оттого не замолкал всю дорогу.
— Нет, я просто хочу разобраться, — снова начал он, и Гедимин увидел, как веки Иджеса дрогнули. — Как это работает? Вот, допустим, сны. Во сне он тоже видит чертежи?
— Уймись, мартышка, — недовольно сощурился на него Зет. — Что не так? Пять дней спали спокойно, без выяснений по полночи, кто куда лёг. С самого начала надо было так сделать.
Гедимин слушал их вполуха — чем ближе они подъезжали к базе, тем сильнее ему становилось не по себе. Он едва удержался, чтобы после остановки не рвануться к выходу первым, а выбраться в свою очередь, осторожно, никого не сбив с ног. Краем глаза он увидел, как Иджес, нагнав Дагфари у открывающегося шлюза, отвесил ему лёгкий подзатыльник. Шлем и ладонь загудели, Иджес довольно хмыкнул.
Кенен встречал сарматов за шлюзом, и, едва увидев его широкую улыбку, Гедимин насторожился.
— Отличная работа, парни! Кларк вами гордится, — объявил Маккензи. — Я заказал особые пайки у Ренцо и Сары. По контейнеру жжёнки за встречу!
Гедимин настороженно сощурился, попытался поймать его взгляд, — Кенен упорно смотрел в сторону, и его улыбка выглядела вымученной.