Воспитание земное. Эста (СИ)
В назначенный час «Х», я с боем отвоевала коляску с маленькой сестричкой и вся такая бедная и эксплуатируемая приемными родителями покатила перед собой Машенькин транспорт. Мама семенила рядом, бросая на меня укоризненные взгляды и думая о том, что скажут по этому поводу люди. Ага, это вот те, что на лавочке сидят. Остановившись напротив старых сплетниц, я полезла поправлять шапочку на сестричке. Ну, давайте, ведьмы старые, не молчите, видите, перетрудилась уже. А молчать никто и не собирался. Дамы просто ошалели от возможности поклевать скромную Нину и в ее адрес сразу понеслись оскорбления и обвинения в издевательстве над ребенком. То есть надо мной.
Щеки у мамы от стыда сразу покрылись красными пятнами. Вот мне всегда интереcно – чего она стыдится? Что не она меня родила, но растит? Кормит, одевает, вoспитывает? Я не косая, не хромая, за меня стыдиться нет никаких оснований. Димка вообще сказал, что я красавица. Правда, ехидно добавил, что и умница местами, но не уродина точно.
Мама схватилась за ручку коляски, пытаясь смыться с поля боя, пока ее морально не убили окончательно, но тут появились мои подельники.
- Баушка Зоя, – ласково пропел Артем, – а чем ваша внучка занимается?
- Моя внученька вам не чета, она в столице в институте учится, – гордо окрыcилась старушенция.
- Да что вы говорите? – вступил в игру Димка и достал фотографию девушки, скачанную из «секретных» файлов московской полиции. На редкость хорошая фотка получилась. И анфас, и профиль, и имя-фамилия, и адрес прoживания, и род занятий, за который загремела в участок эта модель, все прoписано черным по белому. И главное внешне узнаваемая. У сына олигарха оказались очень большие связи в правоохранительных органах, и Димка с непроницаемым лицом стал подсовывать фотографию не конкретно «баушке», а ее подругам. Алчно сверкая глазами, закадычные подружки ухватились за бумажку трясущимися руками и притворно заахали, демонстративно отсаживаясь от опозорившейся соседки. Бабка Зоя сравнялась цветом лица со своей серой кофточкой и, брызгая слюной, принялась обвинять Димку в подделке и убеждать подруг в том, что на фотографии просто похожая девушка, а не ее внучка.
Димка хмыкнул и выложил оставшимся трем старухам всю их подноготную до седьмого колена. Ни одна из них была не «без греха». В конце мальчишка пообещал сделать из компрометирующих материалов стенгазету и повесить ее в нашем подъезде, а если и это не поможет укоротить грязные языки, то вообще предать все факты общественности через Интернет и телевидение. Старухи впечатлились, но от злости и скорее по привычке налетели на мальчишек, требуя позвать родителей которые их «мало пороли». Мальчишки радостно согласились. Зовите-зовите, пусть как можно больше народа увидит истинное лицо пожилых «уважаемых» женщин.
Нина смотрела на развернувшийся театр широкo открытыми глазами. Я подергала родительницу за рукав.
- Мам, ты посмотри только в каком пушку рыльце у каждой из них! Да они никакого права не имеют кому-то что-то говорить или указывать! Тем более тебе – многодетной матери.
- Возможно, – неопределенно ответила моя интеллигентная родительница, разглядывая мальчишек. - Это твои одноклассники?
Пацаны тем временем ухохатывались над улепетывающими в свои подъезды сплетницами. Ведьмы быстро сдали позиции, против достоверной информации, отпечатанной на бланках правоохранительных органов, не попрешь.
- Нина Сергеевна, я Артем ваш сосед и да, одноклассник Эсты, – широко улыбаясь, представился Темка. – Эти бабки всех тут уже достали, хотя, как выяснилось, сами по уши в грехах. У кого сын алкаш, у кого внучка эээ… дура. Вы просто не молчите в следующий раз, вы же учительница.
Мама на это заявление удивленно приподняла брови, пытаясь сообразить, как ее сфера деятельности связана с дворовым скандалом, а я показала мальчишке большой палец. Молодец, пусть интеллигенция задумается над своим поведением, может, в следующий раз смелее будет, а то только краснеть умеет.
Бабки после нашего «наезда» притихли и не жаловались даже тогда, когда в подъезде иногда подозрительно пахло солидолом. Артем оказался ещё мстительней меня.
После знакомства с Димкиной компанией моя жизнь стала намного интересней. Дома мне по-прежнему ничего не разрешали делать. Главное, чтобы я была одета «не хуже людей», накормлена и хорошо училась. С одноклассницами не сложилось сразу. Они завистливо шушукались по углам, что я выскочка и воображала, потому что ношу неприлично синие линзы. Ага, хочу привлечь внимание и строю из себя красавицу. Мысленно я благодарила современные технологии за наличие цветных линз, доказывать каждому встречному-поперечному, что это мой врожденный цвет глаз никакого желания не возникало. Дружить с этими девочками тоже. А Димка знал, что нет у меня никакой оптики, он мне однажды соринку из глаза вынимал.
Так и текли школьные годы чудесные. Мы вместе с мальчишками делали уроки в гараже, а потом катались на скутере и старом мотоцикле. Лес не одобрил мое новое увлечение, заявив, что мне больше пригодится в будущем умение ездить верхом, и приказал научиться. Как я это осуществлю, его не волновало.
Оббегав весь город, я нашла-таки конюшню, но она оказалась в частном владении и посторонних туда не пускали даже за деньги. Для посещения оной необходимо было вступить в элитный клуб. Я посокрушалась и поведала о свoей печали, разумеется, Димоше.
- Всегда подозревал, что ты с приветом, - хохотнул мальчишка. - Зачем тебе лошади, глупышка?
Я тяжело вздохнула и опустила плечи. Не расскажешь ведь, что лес приказал, что я в другом мире жить собираюсь. Лишаться друга не хотелось.
- Ладно, не парься, - через минуту смилостивился Димка и с усмешкой добавил: - Это конюшня моего отца, могу устроить.
- И кто же тогда с приветом? - удивилась я нелогичности его первого заявления. – У отца целая конюшня, а меня ненормальной обозвали.
Мальчишка задорно расхохотался и похлопал по сидению скутера, приглашая на место пассажира. Через полчаса мы были уже за городом у ворот вожделенной конюшни. Димка представил меня пожилому усатому мужчине с хитринкой в глазах, работающему там управляющим.
- Дядь Вань, это Эста. Обожает животных, причем взаимно, и мечтает научиться ездить верхом. Эста, это Иван Иваныч или попросту дядя Ваня. Он здесь самый главный пока хозяина нет.
- Это все слова, - по-доброму хмыкнул мужчина, отчего вокруг глаз разбежались лучики-морщинки, - пойдемте на деле проверим, как твою подругу «обожают взаимно». Лошади самые умные животные, они не соврут.
Я с толикой трепета и волнения переступила порог элитной конюшни. В нос ударил запах свежескошеннoй травы. Тишина в огромном, светлом помещении была относительной, слышалось тихое пофыркивание и стук копыт переступающих с ноги на ногу коней. Я влюбилась в это место с первого шага, первого вдоха.
- Вот здесь у нас Вулкан поживает, - ласково сообщил дядя Ваня и, протянув руку, потрепал по гриве высокого жеребца шоколадного цвета. - Имя громкое, а на самом деле спокойный конь, добрый.
Я тоже погладила, и Вулкан благодушно потянулся ко мне губами. «Вроде принял», – вздохнула с облегчением.
- Да он ко всем ластится, - ревниво фыркнул управляющий, словно прочитав мысли. – Пойдем с Демоном познакомлю. Руки толькo не протягивай – враз откусит.
Димка состроил рожицу, и я поняла, что меня намеренно запугивают. Не хотят в элитный клуб брать или просто проверяют на вшивость. Демоном оказался огромный черный жеребец с белыми носочками и белой звездой во лбу. Наверное, с перепугу я вспомнила заклинание усмирения животных и, хотя в этом мире магия не работала, тихонько шепнула коню:
- Адоборо, я с добром и ты с добром.
Как ни странно конь посмотрел более благосклонно. С позволения дяди Вани мы угостили Демона морковкой, и я получила разрешение помогать конюху два разa в неделю.