Н 8 (СИ)
— Знаешь ты или нет… У нас была сложная игра, мы победили и собираемся устроить вечеринку. Идем со мной, с парнями тебя познакомлю.
— А девушка? — осторожно спросила Энн, то есть теперь уже Аня.
— Познакомитесь. Она хорошая. Собирайся, идем, машина ждет внизу. Расскажешь, что тебе у нас так понравилось, что решила сменить гражданство.
Вроде в ее взгляде блеснули искры радости, и она ушла в спальню. Вот и хорошо, и она развеется, ощутит, что не одна, и парням радость, а то вечно ноют, что девушек мало.
Когда мы спустились вдвоем, Тирликас уронил челюсть. Нужно было на видео снимать! Это же супермегадостижение: удивить Витаутыча! Думал, он не умеет удивляться.
— Едем гулять и веселиться! — объявил я, усаживаясь рядом с ним, Энн устроилась сзади.
Тирликас вернул лицу невозмутимость, завел мотор, включил фары. Одновременно тронулся автомобиль, стоящий позади. Я обернулся. Витаутыч прокомментировал:
— Свои. Во избежание. Куда едем? В «Чемпион»?
— Нет, туда все не влезут: парни своих подруг возьмут. В «Веселые копыта». Это дискоклуб такой.
— Да, знаю, — кивнул Тирликас.
Ехали мы минут десять. Тирликас остановился на проезжей части, включив аварийку, потому что припарковаться возле клуба с зеркальными стенами было негде.
Мы с Энн вошли внутрь, и голова закружилась от грохочущей музыки и танцующих тел. Когда мы с Энн, оттесняя танцующих, поднялись на арендованный второй ярус, парни чуть глаза не уронили, а Микроб надулся, подумал, наверное, что я совсем обалдел, и Погосян был немного прав. Я отыскал взглядом Дарину и крикнул, стараясь перекрыть музыку:
— Знакомьтесь, это Анна, она сопровождала команду «Кардифф-сити». Ей так понравилось в Союзе, что она решила сменить гражданство. Есть свободное место?
Жека, Игнат, Рябов и Думченко вскочили и рванули за дополнительным стулом. Матвеич мрачно мне помахал. Он сложно восстанавливался и до сих пор прихрамывал. Даже Даринино волшебство не помогало. Похоже, скоро он переквалифицируется в тренеры. Если прорвемся в вышку, будет дубль «Титана» натаскивать. Подумать только: у нас будет дубль! Если прорвемся. Если поднажмем. Если…
Из всех кандидатов Энн выбрала Игната и устроилась рядом с ним, улыбнулась мне, а я подсел к Дарине, убирающей сумочку с кресла, которое она заняла для меня. Мы обнялись, и я ощутил, что она окончательно успокоилась.
— Товарищи! — проорал Димидко, и все обернулись. — За победу! Алкоголя у нас сегодня нет. И напоминаю, что расслабляться…
Его тост стал напоминать спич на прокачке: не расслабляемся, сражаемся как львы. Второго ноября играет «Урал», и нам важно, чтобы они продули. Но даже если сыграют вничью, мы все равно их подвинем.
Завтра. Все проблемы — завтра. А сегодня пусть мне будет хорошо!
2 ноября 2024
Как любил говорить Матвеич, если мы играем дома, это уже половина победы. Дело даже не в трибунах. Это «Спартак» почти по всему Советскому Союзу поддерживают как своих. И еще, пожалуй, киевское «Динамо», потому тот проигрыш англичанам стал днем национальной футбольной скорби.
Дело в мелочах, которые совсем не мелочи. Например, вышел из дома — а вот и стадион. Не нужно никуда долго не ехать и ушатываться, не надо спать в гостиницах или даже вовсе не спать, а сразу — на игру…
Когда мы дома, не так страшен соперник, кем бы он ни был.
Сегодня у нас «Кайрат» — команда резкая и упорная. Нападающий там крутой. Я даже подумал, что вот бы нам такого, Рябову в пару. Игнат, конечно, сам по себе хорош, куда его ни поставишь. Но он не нападающий, а универсал. В этом его сила и слабость.
Я стоял в воротах, и ощущение было — как в первый раз, что ли. Легкий такой мандраж. И это хорошо. Дух огня, начни игру, мне не начать без тебя… Струился по венам расплавленный огонь и казалось, морось испаряется, касаясь кожи.
Играли мы прежним составом: в нападении — Игнат, Жека на скамейке, на месте Жеки — Левашов.
Стадион снова полон. Народ был активен и громок. Шум стоял — уши закладывало! Это не со своими соседями играть, это практически международка. По крайней мере для меня так.
Димидко на установке сказал, что «Кайрат» давит «физикой». Мол, с киевского «Динамо» пример берут, бегают, как лоси, все в команде физически готовы ко всему. Значит, и нам стоит ждать сюрпризов. Он особо обратил внимание на центрфорварда «Кайрата». Здоровенный мужичище, двадцать три года, рост — два метра, вес — сто пять кэгэ, зовут Самат Бекханов. Габариты не мешают ему развивать бешеную скорость. Носится, как бизон, открывается и забивает… в ворота гол вратарем, если вдруг тот поймает мяч, превратившийся в пушечное ядро.
— Саня, — сказал Сан Саныч. — Будь внимателен. Он бьет не только в упор. Он бьет всегда. Помнишь, как Кержаков, да? «Бил, бью и буду бить». Этот такой же. Он, считай, твой. Защита — плашмя ложись! Но если что — он твой.
А чей еще? Я последний. Так что смотреть за вот этим бизоном — мне.
Говорили как-то, что в пять защитников не играет ни один чемпион ни в одной стране. Это касается только «верхних» чемпионатов. А мы туда только прорываемся. Вот уже совсем близко, совсем рядом… Но надо держаться. И не только держаться! Выигрывать надо!
В общем, тренер каждому указал место, на доске нарисовал стрелки. Я тоже поглядывал — и меня ведь касается. Но в любом случае главное будет на поле.
Под скандирование трибун, под аплодисменты, когда зачитывали фамилии состава, наши выходили на поле. Газон по-прежнему лучился саежестью. Вот же вырастили траву биологи-травологи! Ничем ее не убить! Уже и зима скоро, а она стоит ярко-зеленая, как летом. И ничем ее не согнуть. Примерно, как нас.
Команды выстроились. Гостевая официальная форма у «Кайрата» — лазурная. Светло-голубая. Конечно, не как наша бело-серебристая, но, чтобы было проще ориентироваться, сегодня они вышли на поле в домашней. Шмели оранжево-черные. Нет, шмели у нас уже были. Теперь — осы.
Свисток! Понеслись, родимые!
С самого начала игры алмаатинцы придавили наших к воротам. Действительно, как киевляне. Носятся без передыху, пасуют точно. И давят, давят, давят!
Пошли удары издали, словно проверяли, на месте ли вратарь. А куда мне деваться? Я стоял, смотрел, кричал на защиту.
Хоп! Взял… твою мать, вот это ударище! Здравствуй, двухметровый амбал Самат Бекханов! Лупил он с обоих ног, как гвозди забивал. И главное — в створ ворот! По статистике, уверен, первые минуты — за ними.
А мы что же?
Я начал распасовываться с защитниками. Раз — туда и обратно. Два — туда и обратно. Вроде привыкает соперник. Видит: «как обычно». А на самом деле у нас так — не обычно! Просто придавили к воротам, и приходится с защитой в футбол играть. Давайте, подходите, забирайте мяч!
А вот на третий раз я послал мяч не защитнику, а вразрез, да сильно направо. Не Микробу — Думченко. Федор у нас слева — как оружие массового поражения.
Он принял мяч на грудь и тут же ткнул его вперед. А там пасся правый полузащитник, Левашов, который потащил, потащил, пробежал… И навесил точно в середину штрафной площади! Ах, какой пас!
На миг всё скрыли замельтешившие спины, я увидел, как Рябов, будто на тренировке, ткнул мяч лбом. Оп — и по центру!
А у них вратарь гулял, и мяч, посланный четко по центру ворот, его обескуражил. Я б такого вратаря порол розгами!
Гол!
1:0!
Трибуны взвыли так, что, наверное, их услышали в Москве. Я похлопал им, показал, что их поддержка — наша игра. Что мы играем — для них.
И поехали дальше.
Игра шла стандартно: когда мы забили, противник кинулся отыгрываться. Оранжево-черные осы как забегали, как засуетились, как надавили! Казалось, в шум трибун влилось жужжание рассерженного роя.
Придавили так, что продыха никакого. Били и били. Особенно Бекханов, о котором тренер предупреждал, бил с любой ноги и с любого фланга — настоящий нападающий.
Но со мной ему не повезло: в воротах стоял настоящий вратарь. И моя задача — не пропустить. Так что бейте, бейте…