Исключительно моя (СИ)

— Хоть на луне. Любой каприз, как тебе будет комфортно.
— Вот и посоветовалась…
— Яна, я в этом несилен. Ты же лучше чувствуешь свой организм.
— Иногда мне кажется, что его лучше чувствуешь ты, — улыбаюсь.
— Я больше по части сделать детей, — чувствую его улыбку, хоть и не вижу.
— Я тут подумала, давай назовем дочку, как твою маму, Софией?
— Мне нравится. Давай.
Рука Вадима спускается по животу ниже и скользит мне между ног.
— Ммм!
Вторая рука плавно поднимается вверх и сжимает грудь. Всего несколько движений вызывают возбуждение, причем у обоих, я чувствую эрекцию Никольского.
— Я так понимаю, прием ванны подходит к концу? — поворачиваю к нему голову.
— Надеюсь, София не будет против, если я займусь сексом с ее мамой?
— Похоже, она спит, но наверху играет в приставку еще одно чадо, которое еще нужно уложить. Так что, если хочешь секса, нужно перебираться на кровать прямо сейчас.
— Не вопрос.
Он поднимает меня, встает и помогает выбраться, укутывает в полотенце, а затем вытирается сам. Тянет на кровать и разжигает во мне целую бурю из страсти и ненасытного желания. То ли беременность на меня так влияет, но гормоны в последнее время штормят запредельно. Не я, а Вадим меня останавливает постоянно, напоминая, что нужно быть осторожнее. Срок уже не позволяет уходить в разнос.
Едва выйдя из душа, слышим стук в дверь.
Смотрим друг на друга. Никита, понимаем сходу.
— Да сынок, — Вадим еле успевает вскочить в трусы, я хватаю с кресла халат, запахиваю и иду открывать.
— Вы еще не спите? — заходит он с озабоченным лицом. — Попросить кое-что хотел.
— Проси, — Никольский садится на кровать и усаживает его на колено.
— Не покупайте мне завтра кучу букетов.
— Почему? — удивляюсь я.
— Ну я же не девчонка, чтобы меня цветами задаривать.
— Ник, так принято, это же в виде поздравления. И учительнице цветы нужно подарить, — присаживаюсь возле них.
— Учительнице подарю, а меня лучше шахматами поздравьте. Такие в маленькой коробке, на магнитах, знаете? Я их в школу смогу брать.
— Как скажешь, — говорит Вадим, — шахматы, так шахматы. А ты спать сегодня собираешься, родной?
— Да, уже иду, — встает он и направляется к двери.
— Ник, — останавливает его Никольский. — Давай договоримся, с сегодняшнего дня сам выключаешь приставку, сам ложишься, чтобы маме по ступенькам наверх лишний раз не прыгать, и сам вовремя засыпаешь. Ты же уже не маленький. Что она тебя укладывать ходит, как младенца?
Никита сдвигает брови, не нравится ему этот разговор.
— Так я и не просил.
— Значит, мама просто понимает, что ты самостоятельно не можешь контролировать свой режим. Давай с завтрашнего дня отвечаешь сам за свой режим? Тем более, скоро у нас малышка появится, маме будет тяжело на двоих разорваться. Наша с тобой задача облегчить ей жизнь. А так как меня почти целый день нет дома, то ты тут теперь за старшего. Я могу на тебя положиться?
— Конечно! Разве я когда-нибудь подвел, если ты просил?
— Нет. И уверен, что слово свое сдержишь. Потому что Никольские что?
— Слов на ветер не бросают, — улыбается Ник, и Вадим зеркалит его улыбку.
А я таю от того, как они смотрят с обожанием и безоговорочной уверенностью в друг в друге.
— Спокойной ночи, — говорит Никита и закрывает за собой дверь.
Вадим ложится в кровать и приподнимает мой край одеяла, приглашая тоже лечь. Выключаю свет, ныряю к нему и поворачиваюсь на бок, выбрав удобное положение. Засыпая, он прислоняется ближе, целует меня в плечо, обнимает и кладет руку на живот. Малышка, словно чувствует, ударяет несколько раз ножкой как раз в том месте и затихает.
Через какое-то время слышу мирное посапывание за спиной. А самой не спится. Лежу и думаю о завтрашнем дне, затем мысли плавно перетекают в воспоминания.
Часто задумываюсь о том, как бы сложилась моя жизнь, не встреться мы тогда на мероприятии в Москве. Всего один вечер, один взгляд определил мою дальнейшую судьбу. Тогда я окончательно поняла, что не смогу жить без этого мужчины. Он стал для меня всем — любовью, поддержкой, опорой, моей каменной стеной. Что бы не случилось в моей жизни, я знаю, что у меня есть Вадим. А значит, он отведет от меня и моих детей все проблемы и сделает все возможное и невозможное, чтобы мы были счастливы.
 
А еще я кайфую от того, как он воспитывает Никиту. С самого рождения он разговаривает с ним, как со взрослым. Много требует, но и много отдает. Я даже не мечтала, что Никольский будет столько времени уделять сыну. Наверное, потому он так похож на него, такой же рассудительный и целеустремленный.
Иногда мне кажется, что для этих двух нет ничего невозможного, и я счастлива жить в окружении таких мужчин. Люблю их безмерно, души не чаю, восхищаюсь, снова и снова очаровываюсь и благодарю Вселенную, что подарила мне мою жизнь такой.