Механические сердца (ЛП)

Взглянув в подзорную трубу, Тинк отрапортовал:
— Он не собирается отступать, сэр. Предлагаю маневр уклонения.
— Держись, — крикнул Эзра, пытаясь справиться с рулевым колесом.
Пронзительный скрежет металла о металл разорвал воздух, и подводная лодка резко накренилась. А так как я не поняла, что капитан обращался ко мне, то не была к этому готова, и моя задница приземлилась на валявшийся на полу чайник.
Черт, уже второй раз за день.
— Я же сказал тебе держаться, — прорычал Эзра, когда я поднялась на ноги.
— Что это было, черт возьми? — мои руки безвольно висели вдоль тела, а я старалась не обращать внимания на жуткую пульсацию в ладонях.
Тинк оглянулся на меня.
— Помнишь, я говорил тебе о могущественных жителях океана?
Я сглотнула, пытаясь хоть немного смочить внезапно пересохшее горло.
— Ты имеешь в виду чрезвычайно враждебных и кровожадных животных?
— Вижу, ты не так глупа, как я думал, — заметил Эзра.
Я не успела ему ответить, как хвост нашей лодки дернуло вверх, а нас всех швырнуло вперед. Я снова шлепнулась задницей на пол, а Эзра отлетел к приборной доске. Один лишь Тинк не сдвинулся с места и даже не изменил позы.
— Что будем делать? — потребовала я.
— Ты ничего не будешь делать, — прорычал Эзра, яростно нажимая кнопки. — Главное, не разбейся, а мы и без тебя тут справимся.
Проигнорировав его слова, я оглядела помещение в поисках чего-нибудь полезного. Но ни один предмет здесь не был мне знаком. А чего я ожидала? Дураку понятно, что они пользовались оружием, инструментами и разными механическими приспособлениями. Но я-то все это видела впервые в жизни. Вероятность того, что я найду здесь что-то знакомое, не говоря уже о том, что буду знать, как им пользоваться, была мизерной.
Меня охватило чувство беспомощности и никчемности.
Я бросила на Эзру хмурый взгляд. Он был прав, и это злило. Будет теперь упиваться своим превосходством. Но я не собиралась доставлять ему такого удовольствия, поэтому молча развернулась и захромала обратно в свою каюту.
Пусть сами разбираются с напавшим на нас монстром.
* * *
Следующие несколько часов были посвящены раненым. К счастью, серьезных травм не было. Но все равно работы было достаточно. И я с головой ушла в нее. Это отвлекало от тревожных мыслей и беспокойства за Фиби. Мало ли что могло с ней случиться в мое отсутствие.
— Заходите, — сказала я и поперхнулась, когда обнаружила в дверях человека, которого хотела видеть здесь в последнюю очередь.
Эзра воспользовался моим приглашением и, сделав несколько шагов, остановился передо мной. Все плечо — безупречной в остальном рубашки — было испачкано кровью. Даже через плотную ткань френча проступило темное пятно.
— Пожалуй, самое время проверить твои навыки, док, — сказал он и быстро скинул френч, даже не поморщившись.
Я схватила его за неповрежденную руку и, ощутив холод металла под пальцами, вспомнила досаждавшие мне все утро мысли. Я не стала на них отвлекаться и, стянув с мужчины перепачканную кровью рубашку, принялась обрабатывать рану.
— Как давно это случилось? — спросила я.
Эзра пожал плечами, и из пореза потекла свежая кровь.
Я нахмурилась, глядя на рану, зато моя реакция его, похоже, развеселила.
— Что, уже готова сдаться? — с ехидной ухмылкой спросил он вместо ответа. — Мы не сможем вернуться в Арлисс. Слишком далеко уплыли. Но могу высадить тебя в ближайшем порту. Я пойму, что для женщины это слишком.
Он имел в виду «для тебя». Теперь стало понятно, почему он называл меня принцессой. Я не стала предупреждать его, что собираюсь применить антибактериальный спрей, который мне выдали ранее. И когда он зашипел от боли, испытала легкое удовлетворение — мое ущемленное самолюбие было отомщено.
— У меня все отлично, — заверила я наблюдавшего за мной капитана. По крайней мере, пока я наносила на рану обезболивающий крем и бинтовала руку, его взгляд был прикован ко мне. И когда по окончании процедуры он не отвел глаз, я спросила с некоторым вызовом: — Что? — хотя признаюсь, дерзкие нотки в моем голосе прозвучали жестче, чем мне хотелось бы.
 
— Никогда раньше не видел человека без синтетики, — просто сказал он.
Опустив взгляд, я оглядела свое тело, словно видела его впервые. Руки, сплошь усыпанные веснушками. Короткие пальцы с обгрызенными ногтями… Эти самые пальцы дернулись от желания пощупать собственную здоровую кожу. Мой взгляд метнулся к мужской груди, где проходила четкая граница соединения обеих частей: натуральной и синтетической. На стыке кожа выглядела довольно прозрачной, и я могла поклясться, что под ней проглядывали тоненькие голубые прожилки вен. Эзра шевельнулся под моим пристальным взором, и я, несколько раз моргнув, быстро перевела взгляд на его лицо.
— Да, — сказал он.
— Прости?
— Можешь потрогать. Тебе это не повредит.
Я вновь взглянула на его руку.
— И ты не сочтешь это бестактным? — удивилась я.
— Нет, я же сам тебе разрешил. Буду считать это медицинским обследованием.
— Очаровательно, — пробормотала я себе под нос, обращаясь скорее к себе, чем к нему. — Я никогда не видела ничего подобного.
— Приму за комплимент.
Я начала осмотр с его пальцев. Осознание того, что это была его рука, отзывалось во мне каким-то глубинным чувством. Но так как она не была живой плотью, прикосновения казались менее интимными. По крайней мере, так я себе говорила, пока водила кончиком пальца по линиям его фаланг.
Эзра вздрогнул, его мышцы напряглись, и он замер с поднятой вверх ладонью.
На ощупь она была мягкой как шелк и твердой как сталь. Я не знала, что это за металл, и, вероятней всего, не смогла бы понять этого без лабораторных исследований и более выдающегося интеллекта, чем мой собственный. Но в любом случае это было весьма захватывающе. Настолько, что я позволила себе очертить линию его запястья.
Внутри его руки я ощутила легкую дрожь, но не знала, была ли она связана с вибрацией субмарины или же являлась механической энергией самой синтетики. Я провела пальцем по внутренней стороне его локтя и скользнула вверх по мощному бицепсу. Наконец моя рука замерла на его плече, возле того места, где металл соединялся с кожей. Не дожидаясь разрешения, я позволила своим пальцам измерить ширину его синтетического плеча. И поняла, что прикоснулась к настоящей коже, когда тело Эздры вздрогнуло. Я собиралась отдернуть руку, но быстрый взгляд на его лицо, оказавшееся совершенно спокойным, придал мне смелости продолжить.
Соединительная линия между двумя частями была ярко-красного цвета и значительно отличалась от остальной кожи. Она выглядела как воспаленный рубец, вот только жара в нем не было.
— Ты чувствуешь мое прикосновение? — обхватив его плечо, я ощущала легкую вибрацию под своими растопыренными пальцами.
— Да, — сказал он. — Но немного по-другому.
— Более приглушенно? — догадалась я.
Любая нормальная девушка на моем месте думала бы сейчас о том, что почти обнимает красивого полуобнаженного мужчину. Но только не я. Мысли, роящиеся в моей голове, имели самое непосредственное отношение к биологии… разумеется, без сексуальной подоплеки.
«Интересно, а как осуществляется нервная проводимость? А эта рука сильнее, чем его обычная? А она не ржавеет? А как же она растет? Уверена, в моем мире применение синтетических частей стало бы технологическим прорывом. Если бы мы только научились заново выращивать органы и заменять больные части тела, выращенными до нужного размера для конкретного человека…» — мои мысли текли ручьем, а в это время я гладила руку Эзры, пока не обнаружила, что его пальцы сжали мои.
 
Я в задумчивости подняла голову, но когда наши взгляды встретились, мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Его полные губы слегка приоткрылись, выпуская на волю приглушенные слова, а хрипловатый голос был больше похож на урчание.