Век стали и пара (СИ)

— Завтра, — комиссар бросил быстрый взгляд на часы, пока суд да дело, рабочий день уже давно закончился, стрелки показывали восемь часов вечера, — свяжитесь с человеком из контрразведки. Он даст более подробные расклады, опять же к этому времени станет ясно пропало ли что-либо кроме чертежей демонового пузыря. С ним и решите в каком направлении копать в первую очередь, на маленькие.
— Ну что, куда сейчас? — Троица полицейских выйдя из кабинета начальника поспешила покинуть окружной комиссариат, пока на них не навесили еще какой-нибудь работы. Понятно, что рабочее время уже закончилось, да и важность свалившегося расследования резко снижала такую возможность, но никогда не опускала ее до нуля.
— Предлагаю поужинать и опрокинуть пару стаканчиков, — Виктор надел на голову шляпу и немного поморщившись поправил систему крепления протеза. Не смотря на всю свою технологичность, после целого дня носки кожаные ремни, которым техническое чудо крепилось к телу имело свойство неприятно натирать плечо.
— А что Мария?
— У нее опять какое-то светское мероприятие, — пожал плечами следователь.
— И что, ты не приглашен? Смотри, уведут девушку, великосветские бездельники.
— Знаешь, где у меня все эти тусовки, — переспросил Виктор и сам ответил, покачав сложенными пальцами у подбородка. — Ну их к демонам.
— Ну что ж, от предложения отужинать в дружеской компании я отказывается не привык, — Петер Зайвен в предвкушении облизнулся и повернувшись к стажеру спросил, — ты с нами, молодой?
Сам Зайвен был закоренелым холостяком и длительным отношениям предпочитал услуги профессионалок, благо как работник полиции мог рассчитывать на «скидку».
— Я эмм… — Лев, был явно не готов к этом предложению, он торопливо поправил очки, переступил с ноги на ногу, но подумав немного, согласился. — Да, хорошо.
— Вот и прекрасно, — Зайвен хлопнул молодого по плечу, отчего тот, кажется, сгорбился еще сильнее и больше ничего не говоря торопливо принялся скакать по ступенькам, ведущим к зданию полиции, предполагая, что коллеги последуют за ним. Так и вышло.
Традиционное место, куда регулярно ходили сотрудники расположенного недалеко комиссариата находилось за углом в двух кварталах. Называлось оно «Пивной подвал» и находилось — в чем и состояла вся шутка — на верхнем этаже старого трехэтажного здания постройки середины прошлого столетия. На первом этаже находились какие-то лавки, к этому времени уже закрытые, на втором — конторские помещения, так же опустевшие по вечернему времени, а уже на третьем — к нему вела массивная чугунная лестница, пристроенная с торца здания — сам ресторанчик.
— Значит так, — едва привычная в этом месте компания полицейских разместилась за свободным столом, рядом с ним из воздуха материализовался официант, всем своим видом выказывая готовность принять заказ, — нам как обычно. Пива темного два бокала для начала, жаренную колбасу с картошкой и овощей каких-нибудь. Стажер, ты что будешь?
Помещение особой изысканностью отделки не отличалось. Тяжёлые деревянные столы, такие же стулья, низкий потолок, редкие газовые светильники достаточные только чтобы разогнать темноту. Какие-то дешевые пейзажи на стенах, несколько весьма плачевного вида растений на подоконниках. Пустая сцена в дальнем конце зала, на которой по выходным выступали местного калибра таланты. Впрочем, сюда ходили не за интерьерами, а чтобы вкусно и не очень дорого поесть, ресторанчик был популярен среди «своих», и на нехватку посетителей не жаловался.
— Я тоже самое, — пожал плечами молодой, которому явно было не слишком комфортно в новой компании. Тем более что и разница в возрасте чувствовалась немалая.
— Тогда три комплекта, — Петер отпустил официанта, после чего демонстративно стащил с шеи болтавшийся на ней галстук, свернул его, сунул во внутренний карман пиджака и расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке, продемонстрировав всем желающим кусочек своей волосатой груди и перейдя из рабочего, так сказать, состояния в «отдыхательное». Впрочем, заговорил он все равно о деле, — что делать-то будем? Есть идеи?
 
— А что с осмотром места убийства? Что-нибудь нашли интересное? — Вопросом на вопрос ответил Виктор.
— Не-а, — пухлый следователь покачал головой и махнул рукой, — все чисто. Следов тоже никаких особо нет — гравийная дорожка, там каждый день ходят сотни людей. Доктор обещал по размеру раны определить форму ножа, но это…
— Безперспективняк, — кивнул Найден. — Этот нож уже где-нибудь на дне реки валяется.
— Так точно, — согласился Петер и первым подхватив принесенное официантом пиво сделал несколько больших глотков. — Ах, хорошо. Пробуй стажер, тут лучшее пиво в городе.
Лев сделал небольшой глоток, но особого восторга на лице стажера не проявилось. То ли пиво не слишком понравилось, то ли он вообще был не любитель этого напитка.
— Значит будем работать по всем направлениям, — тоже приложившись к бокалу принялся рассуждать однорукий следователь. — Я встречусь с контрразведчиком, будем отрабатывать связи в министерстве. Ты займешься семьей, друзьями.
— Там глухо, — поморщился Зайвен, не отказываясь тем не менее взяться за предложенную работу.
— Вероятно, — кивнул Виктор. — Нужно пробежаться по местной шпане, кружащей вокруг парка, поспрашивать, может быть кто-то что-то видел. Поискать возможных свидетелей, закрыть этот вопрос, чтобы в дальнейшем не было проблем.
— Проблем? — Встрепенулся Лев, — какие могут быть проблемы от свидетелей?
— Ничего ты, молодой, не понимаешь в полицейской работе, — два следователя переглянулись и синхронно хмыкнули. — Если свидетелей нет — это не твоя проблема. А вот если он внезапно появился спустя несколько месяцев — это значит, что ты плохо поработал и не нашел его, потратив ресурсы полиции впустую. Значит виноват, получай выговор.
— Но ведь это же бред? — Даже в полумраке пивного ресторана и сквозь стекла очков было видно, как глаза стажера расширились от удивления.
— Это полиция, привыкай, — еще раз усмехнулся Виктор и принялся наворачивать принесенный работником общепита ужин.
На некоторое время над столом повисла тишина, нарушаемая только стуком приборов по тарелкам. Целый день на ногах, да еще и такой нервный, давал о себе знать, поэтому на еду все набросились с заметным остервенением. Вскоре картошка и колбаса были повержены, компания заказала еще по одному пиву.
— А почему комиссар назвал вас принцем? — Прервал молчание стажер, продемонстрировав неплохую память и умение вычленять главное в речи других. А еще полное непонимание того, что можно и что нельзя спрашивать. С другой стороны, это была общая проблема людей, работающих в полиции и привыкших скорее к допросам, чем к беседам.
Зайвен в свою очередь, услышав вопрос, аж всхрюкнул от неожиданности, аккуратно поставил бокал с пивом на стол, чтобы не расплескать и ответил вместо Виктора.
— А потому, что он и есть принц. Натуральный.
— Нет, — покачал головой следователь. — Я был принцем, а сейчас я им не являюсь. Даже дворянства формально не имею.
— А как же… — Лев был явно ошарашен услышанным. Не смотря на все социальные подвижки и размывание сословных границ в последние полвека, связанные с ростом количества богатых промышленников, торговцев, а вместе с ним и процента городского населения, дворянские традиции в Поруссии были все еще весьма и весьма сильны. Банально в тот же парламент — высший законодательный орган страны — избираться могли исключительно представители привилегированного сословия, что кстати было одной из главных точек напряженности между официальной властью и народной оппозицией, финансируемой выросшей из детских штанишек буржуазией.
Промышленники и финансисты желали получить возможность влияния на политические процессы, рабочие хотели улучшений условий труда, принятия трудового законодательства, крестьяне желали получить землю, студенты, журналисты и прочая интелегенствующая сволочь — говорить, что пожелаешь, без всякой ответственности. Армия в лице генералов хотела поучаствовать в какой-нибудь небольшой войнушке чтобы заработать себе чины и награды. И только король с министрами хотел, чтобы все было как раньше. «Как при дедушке».