Ржевский 3 (СИ)
— Да не скажите, — задумываюсь ещё глубже.
Если они обе, не сговариваясь, соглашаются — это сигнал. Они вообще мало на какую тему единодушно сходятся, чтоб очень мягко сказать.
— Если б была какая-нибудь толстая блондинка с голубыми глазами, то боже упаси, — продолжаю добросовестно рассуждать вслух. — Мог бы и не решиться геройствовать. Ненавижу толстых и блондинок.
Спутницы сверлят меня насмешливыми взглядами с обеих сторон.
В углу слабо ворочается подбитый каблуком Мадины пленный.
— Хотя-я-я, если поду-у-умать, — пожалуй, стоит признать чужую правоту.
Не прошёл бы мимо в любом случае. Увы мне, увы.
Раскаты чужого смеха усиливаются.
— А ты очень хорошо во мне разобралась! — констатирую Мадине с величайшим удивлением. — Но мы изрядно отклонились от предмета обсуждения.
Дамы веселятся мало не до слёз, смахивая капельки из уголков глаз.
— Деда своего ты не столько как родственника, сколько из внутреннего императива вытаскивать собираешься, — отсмеявшись, припечатывает Наджиб умными словами. — А если о родственных связях говорить, то они между вами более чем прохладные. О женитьбе его ты много знал до вчера?
— Нечем крыть.
— Он о твоих планах с Шу и Мицубиси?
— Нечем крыть опять.
— Ты о его перемене фамилии на Барсуковых?
— Кажется, мне пора начинать сердиться.
— Или об ИХ реконструкции он тебе много сказал? Дим, не злись! Я до тебя хочу донести, что у всего вашего народа к родственникам отношение скорее как в Японии, — Мадина кивает на Шу. — А не как у нас.
— А у них как?
— «Близкий сосед лучше далёкого родственника», — комментирует Норимацу. — Занятно. Мне раньше в голову не приходило, но обобщение интересное.
—… и это всё херня. Потому что главное знаете что? — Наджиб по очереди смотрит на каждого из нас.
— Откуда у них отношения между собой по вашему шаблону? — предполагаю старательно. — Как будто они из вашего Эмирата переехали? Шпионы, думаешь? Нелегалы во втором поколении?
— Кажется, кто-то перегрелся… Нет! Вопрос в следующем: ЧТО могло заставить их так нетипично для вашей психологии сплотиться?
— Сверхзадача, — мой язык опять выдаёт собственную версию, минуя мозги. — Что-то такое, на что абсолютно все другие семьи Империи не замахиваются.
А в следующую секунду до меня доходит:
— Престол⁈
Норимацу молнией размазывается в воздухе, преодолевая разделяющее нас расстояние:
— НЕ ВСЛУХ! В этом здании такие вещи лучше намёками, — извиняясь, поясняет японка, форменным образом затыкая мне рот ладонью. — Мы тут не единственные хозяева, ещё брат папы с семьёй, — японка складывает руки вместе на мгновение в жесте просьбы.
— Ржевский, знаешь, что меня в тебе больше всего восхищает? — спрашивает менталистка.
— Понятия не имею. Хотя я мужчина видный, это что угодно может быть.
— Твои мозги, язык и ты сам часто живёте независимо друг от друга. Молчу про ещё одну часть тела… ТЫ ПРАВ. — Она кивает на пленника, — он наверняка не знает, но по косвенным у него точно такие же догадки. И он уверен, что не ошибается.
— И эти люди хотят мой участок…
* * *
Шу Норимацу, клан Ивасаки, группа Мицубиси.
Допрос даже немого пленного, если под рукой есть менталист, не проблема. Как оказывается.
Шу задумалась. О конкретных претендентах на участок партнёра не знал и он сам до этого момента.
Желающий номер один был из очень серьёзной семьи, цели ставил амбициозные. Надо ли корректировать имеющиеся планы?
Усадьбе Ржевских в плане Воронцовых отводилась своя роль, действия были расписаны другими на много ходов вперёд. Отклонения по определению не допускались и наказывались, а Ржевский сорвался у них с крючка.
— Ладно, давайте сперва деда вытащим, потом поговорим, — вздохнул тем временем Дмитрий. — Шу, как эта твоя инфра работает? Есть ещё такие амулеты, под мою руку?
Японка молча протянула ему запасную пару.
— Так, это включить. Это, видимо, дозировка. — Ржевский быстро разобрался без её объяснений, огляделся по сторонам и решительно направил раструб на лежащего на полу. — Сорян, братан. Не на девчонках же испытывать. — Правда, активацию почему-то не нажал.
— Он сейчас громко думает: на себе испытай! — поддела попечителя Наджиб. — И проклинает тебя, только сказать не может.
— Да на мне нерелевантно будет, — блондин задумчиво ткнул себе под подбородок хвостовик и подал сигнал.
В следующую секунду Шу раскрыла глаза до его ширины.
— Ну, приятного конечно мало, но воевать с таким идти нельзя, — вяло заключил Ржевский после того, как его голову закончило болтать из стороны в сторону, разбрызгивая вокруг слюну из сведённого судорогой рта. — Не оружие это, увы. Так, детишек пьяных в баре по углам растаскивать.
Его язык заплетался, а самого болтало, как пьяного.
Японка с возмущением выхватила артефакт, направила на пленного и активировала повторно.
Того выгнуло другой, приложило головой и разными частями о бетона пола. Тело забилось в судорогах настолько сильных, что, казалось, мышцы сейчас порвут или себя, или кости.
— Не смогу доказать, но работать в ментале он сейчас не может, — Норимацу с хмурым видом прекратила воздействие. — Касается абсолютно всех других магов, не говоря уже о простаках.
— Дистанция? — а вот демонстрация на живом объекте партнёра заинтересовала.
Простите, предки, недостойную.
— Если до двух десятков метров успею выставить фокус, стихийники не страшны.
— А больше двух десятков в здании и не надо… Мадина, извини пожалуйста! — партнёр елейным голосом обратился к опекаемой. — Можно для чистоты эксперимента и на тебе… АЙ! ЗА ЧТО⁈ Я Ж ТОЛЬКО СПРО… АЙ!
— Я тебе абсолютно компетентно подтверждаю: страшная вещь. — Менталистка отвернулась.
Видимо, какие-то неприятные воспоминания, поняла японка.
— А подробнее? — Ржевский бесшумно подкрался к ней сзади и собрался потрогать за плечо.
В последний момент, однако, не решился и так и застыл с ладонью в воздухе.
— Шу права. Если она успеет первой, магу труба, — глухо пояснила Наджиб.
— Но убить ведь этим нельзя? — блондин, не обращая внимания на её эмоции, старательно прыгал на чужих больных мозолях.
Думая, что добывает информацию.
— Можно и убить. Не знаю именно этой модели, — Мадина повернулась к ним и мельком скользнула взглядом по амулету. — Но в норме можно сердце остановить, дыхание блокировать, инфаркт с инсультом спровоцировать за секунду.
— Быстрее! — обиделась Норимацу. — Только с этого предохранителя надо снять! Ноль-две секунды и труп, какая секунда!
Именно в этот момент внутрь упали двери допросной.
— Оставаться на месте! Все замерли! — сказано было по-японски.
Самое смешное, что все присутствующие поняли: Шу и Дмитрий сам язык, а Наджиб и пленный — через ментал.
Люди Ивасаки, наверняка за менталистами, поняла она по кое-какими деталям.
Толстяк с маленьким членом, не получив Наджиб вчера, намерений своих не оставил и сегодня каким-то образом подловил.
— Дядя, — презрительно фыркнул Ржевский по-русски.
Норимацу захотела стукнуть себя ладонью по лбу: брат отца, по совместительству отец кузин, с утра действительно поехал объясняться с руководством клана! Они сами сказали!
Вот же бесчестная тварь. Интересно, а почему Асато и Юки не видать?
Видимо, скорость распространения информации в этом общем для пары семей доме она раньше недооценивала.
— Шу, к тебе претензий нет! — из-за спины боевиков показалась голова родственника-предателя. — Отойди к стене, потом можешь делать что хочешь! Все чужаки — на выход.
— Это наша половина дома. Немедленно уйди отсюда, — намеренно игнорируя троих якудза (и оружие в их руках), Шу решительно пошла к дверям.
Расчётливо при этом перекрывая направление стрельбы по своим гостям.