Чертова Мельница

– Ничего не понимаю, – сказал Стахор угрюмо. – Точных сведений получить не удается, а гадать мы устали давно…
– Вот кстати, если это не такой уж страшный секрет… – сказал Сварог. – Из того, что вы сказали, недвусмысленно вытекает: вы умеете проникать на Древние Дороги… И даже в какие-то другие места… Куда?
Они переглянулись.
– Скажи ему, – кивнула Эгле. – В конце концов, нам это ничем не навредит, а он никак использовать не сможет….
– Вы правильно догадались, – сказал Стахор. – Впрочем, это было нетрудно… Умею. Умела и мать. Я и родился-то в одной из Заводей… – он помедлил. – Именно такое наставление матушке дала одна колдунья – что рожать она должна непременно в той Заводи, и нигде иначе. Мать ее послушалась – сильная была старуха, я ее еще застал подростком…
– Почему? – спросил Сварог.
Стахор с невозмутимым видом пожал плечами:
– Кто их знает, колдуний… Если они не хотят объяснять сразу, от них никогда ничего не добьешься…
«А вот теперь вы, гражданин, совравши… – подумал Сварог. – Ну, я на его месте тоже не стремился бы к полной откровенности, что-то важное обязательно попридержал бы, как козырную розу в рукаве…»
– Именно в той Заводи мы попытались сначала обосноваться, – продолжал Стахор, все так же тщательно подбирая слова. – Не сложилось, увы. Не то чтобы к нам там были враждебны, просто… не сложилось. Прижились здесь. Не самое уютное место, но выбора нет. Приходится…
– А вы-то как здесь оказались в полном одиночестве? – спросила Эгле. – Я что-то не слышала, король королей, чтобы вы умели проникать на Древние Дороги…
– Со мной случилась небольшая неприятность, – сказал Сварог спокойно. – Нашлись недоброжелатели, которые устроили так, что я превратился в собаку. Была масса приключений, веселых и печальных, но в конце концов одна старая знакомая посоветовала окунуться в ваше озеро, заверяя, что оно исцелит.
– Да, это очень интересное озеро… – ничуть не удивившись, кивнула Эгле. – У вас, значит, все же появились знакомые, знающие путь на Древние Дороги?
Сварог кивнул:
– Я, правда, не знал раньше, что она умеет… Как-то не выпадало случая об этом поговорить.
– А кто она, секрет?
– Ничуть, – сказал Сварог. – Лесная Дева. Вам не доводилось с ней встречаться?
– Слышали много, а встречаться не доводилось… И ваша шерсть, конечно, до сих пор плавает в озере?
– Ну да, – сказал Сварог. – Хотите взглянуть своими глазами?
– Я бы хотела…
– Давайте пойдем и посмотрим, – сказал Сварог, вставая. – Коли уж не доверяете до конца…
Эгле прищурилась:
– А вы нам до конца доверяете?
– Нет, – признался Сварог. – Слишком неожиданная и поразительная встреча…
– Вот видите…
– Да я все прекрасно понимаю, – сказал Сварог. – Вы не доверяете мне, я не доверяю вам… Дело житейское. А потому вы, полагаю, не обидитесь и не рассердитесь, если я вас попрошу идти впереди?
– Ничуть, – улыбнулась Эгле уже почти спокойно.
Дело даже не в том, что Стахор разок соврал, думал Сварог, шагая следом за ними по утоптанной тропинке. Он о многом умалчивает. Сам проговорился – очевидно, не придав этому значения – что бежавшие вместе с ним сюда люди выходили в Горрот первые месяцы, а потом пропали, не вернулись. И тем не менее, как явствует из некоторых обмолвок, Стахор с Эгле по-прежнему получают самые свежие известия о том, что происходит в мире. Выбираются сами куда-то, или у них есть некие друзья в большом мире? Куда, например, делся сын? Неужели погиб? Или живет где-то в другом месте под опекой надежных людей, так что за него можно не беспокоиться? Говорит главным образом Эгле, Стахор предпочитает отмалчиваться – а ведь он нисколько не похож на подкаблучника, предоставляющего инициативу женушке, судя по тому, что о нем известно, никогда не был подкаблучником. Значит, настороже, предпочитает помалкивать…
– Вот, извольте, – сказал Сварог, показывая на озеро. – До сих пор плавает…
Вставши на колени у самой воды, Эгле коснулась обеими ладонями неподвижной глади, опустила голову. Ровным счетом ничего не произошло – но она оставалась в неудобной позе довольно долго, значит, что-то все же происходило, только Сварог не мог это видеть и чувствовать. Одно ясно: никакой магии, здесь что-то другое. Нигде на Древней Дороге он не ощущал присутствия магии…
 
– Вы не соврали, – сказала Эгле, грациозно поднимаясь на ноги, отряхивая с ладоней капельки воды. – Все так и было.
– И как вы это узнали?
– Я уже говорила: это очень интересное озеро… – уклончиво улыбнулась Эгле. – В этих местах многому можно научиться…
– Ну, хорошо, – сказал Стахор, кажется, с легким нетерпением. – Я начинаю верить, что вы не питаете против нас никаких… замыслов. – Но что вы намерены делать дальше?
– Вот здесь-то, сдается мне, и начинается интрига… – сказал Сварог с ухмылочкой. – У меня создалось впечатление, что вы, сидя тут затворниками, тем не менее регулярно получаете сведения о том, что происходит в мире…
– Предположим, – спокойно произнес Стахор. – И что же?
– В таком случае вы должны знать, что Багряная Звезда приближается. И наверняка представляете, что за этим последует. Здесь, конечно, вам ничего не угрожает, я так полагаю – Древние Дороги, как я сам убедился, пережили и Шторм, и Вьюгу, и, должно быть, немало других напастей… Но вряд ли вам безразлична судьба вашего королевства…
– Разумеется, не безразлична.
– Вот, понимаете ли… – сказал Сварог. – В одной из старых книг я недавно наткнулся на интереснейшую вещь… Там утверждается, что уничтожить Клятого Мельника, то бишь, надо полагать, хозяина Багряной, может только человек, родившийся под другими звездами. Вы, вероятно, не знаете, но я как раз родился не здесь, в другом мире, а следовательно, и под другими звездами… Почему бы не предположить, что эти строчки относятся ко мне?
Стахор и красавица-королева переглянулись.
– Почему бы и нет? – невозмутимо кивнул Стахор.
– Есть серьезнейшая загвоздка… – сказал Сварог. – Даже если это обо мне, я представления не имею, как мне до Багряной Звезды добраться. Не вижу такой возможности.
Эгле прищурилась:
– А как же все ваши совершенные и могучие летательные аппараты? За облаками их несметное количество, разнообразных…
– Они не в состоянии приблизиться, – честно признался Сварог. – Ни один, отправленный к Багряной Звезде, не вернулся. Все оружие, какое только пускалось в ход, оказалось бессильным… впрочем, именно так обстояло и во времена ее первого появления, при Шторме – тогдашнее оружие тоже против нее не действовало, я видел своими глазами…
– Это не первое ее появление, – тихо сказала Эгле.
– Да какая сейчас разница, – махнул рукой Сварог. – Главное, у меня нет возможности до нее добраться…
– И вы полагаете, что у нас такая возможность есть? – подняла брови Эгле.
– Откуда я знаю? – сказал Сварог. – Но Лесная Дева говорила, что здесь стоит дом… и очень точно описала ваш. Она сказала еще, что в доме есть кто-то… или что-то, что мне поможет до этой пакости добраться. Она, такое впечатление, не может, не способна в точности разглядеть, что здесь происходит – но все, о чем она говорила, сбывалось…
– И вы готовы рискнуть? – без выражения спросил Стахор. – Учтите, в старых книгах и пророчествах нигде не уточняется, что Багряную Звезду удастся одолеть, что победитель непременно вернется целым и невредимым. Повсюду говорится «может». А это еще не означает «сделает» или «вернется живым»…
– Ну, а что прикажете делать? – пожал плечами Сварог.
– У вас – одно-единственное королевство. У меня, как вы наверняка знаете – гораздо больше… Придется рискнуть… Что вы молчите?
Эгле произнесла с легкой иронией:
– У вас, положительно, есть одно интересное качество, мой венценосный брат, привычка, а может, дар – оказываться в нужном месте в нужное время…
Она смотрела через плечо Сварога. Сварог резко обернулся. Невольно положил руку на рукоять пистолета.