Эффект Присутствия (СИ)

— Мира? Или э-э-э, теперь тебя называть Фортуной? — начал было Артем, но тут же спохватился.
После раскрытия правды, запертая в механическом теле богиня удачи что-то совсем притихла. Хирон, тоже был не особенно разговорчив.
— Лучше Фора или по-прежнему Мира, — отозвалась та. — Я уже привыкла.
— Ладно. Я вот чего не пойму, если ты богиня, как получилось, что ты еще и программа для дрона? Ну то есть, для автоматона.
— Нонсенс.
— Поясни. — напрягся Артем.
— Скажем так, программный код этой машины вобрал в себя всю мою память. Я стала частью этого механизма. А взамен, от железа и программной начинки, я получила возможность анализировать, считывать, плюс довольно обширные базы данных. Конечно же, для того, чтобы во всем разобраться потребовались годы.
— Что-то вроде вируса, что ли? А-а, так вот откуда ты таких слов набралась? Из баз?
— Я самообучалась.
— Понятно, — вздохнул Артем. — А как получилось, что попав в машину, ты смогла подавить программу своей сущностью? Я так понял, что в эти машины вас просто закупорили.
— Сама не знаю. Все остальные найденные людьми автоматоны, так и остались просто не инициированными железяками, хранящие внутри себя божественные сущности.
— Когда я впервые до тебя дотронулся, ты внезапно ожила… — неожиданно вспомнил Артем. — Почему?
— Я была в процессе глубокой гибернации. Точно не знаю, но полагаю, что находящиеся внутри тебя наниты, при соприкосновении с моими сенсорами, пробудили мое сознание. Скорее всего, это одна и та же технология.
— Оп-па… Значит, кто-то из моей реальности сотворил все это?
— Очень на то похоже, — задумчиво добавил Хирон.
— Блин, — парень переваривал информацию хоть и медленно, но верно. — Так все-таки, ты машина или живое существо? Что такое бог вообще?
Мира остановилась. Хирон тоже. Думаю, мой вопрос заставил их обалдеть.
— Э-эм… Когда мы жили на Олимпе, у нас были физические тела. — медленно произнесла Мира. — Но в целом, мы скорее нематериальны… Блин, вот ты задумывался когда-нибудь, что такое интернет?
— Это-то здесь при чем?
— А при том. Его не видно, а он есть. Вот и боги здесь, нечто похожее. Понял?
— Не понял. То есть боги имеют цифровую основу?
— Чего? — Хирон сморщился. Хоть он и был мудрец, но до цифровых основ ему было как ослу до ипподрома.
— Нет! — терпеливо пояснила Мира. — Мы просто существовали, как люди, как минотавры. У каждого была своя сильная и слабая сторона. Каждый отвечал за ту или иную стихию.
— Зевс за молнии, да? Посейдон за воду? — улыбнулся Артем.
— Ну вот, а говорил, ничего не знаешь.
— Да про это каждый ребенок знает. Аид — подземный мир?
— Да, но у него много имен. И Хейдс и Гадес…
— Все это так сложно, что в голове не укладывается, — вздохнул Артем. — Ну а как вообще получилось, что вас запихнули в эти железяки? Вы же всемогущие, боги блин! Вам стихии подвластны. А тут явился какой-то перец и все, поминай богов как звали?
— Да не знаю я. — огрызнулась Мира. — Все, хватит. Надоело.
Она резко ускорилась, немного вырвавшись вперед.
Минуты две я молчал, затем окликнул ее и громко спросил то, что волновало меня больше всего.
— Ну а есть способ все вернуть обратно?
— Вернуть нас на Олимп? — уточнила та, даже остановилась на мгновение. — Может быть, но об этом, ни у меня, ни у всех с кем я встречалась, информации нет.
— А если разыскать того героя? — предположил парень. — Кстати, как его звали?
— Имени нигде не упоминается. Абсолютно ничего.
— Ну а те герои, что с ним поднимались на Олимп?
— А тут вообще все очень интересно получилось. Половина то ли погибла, то ли испарилась, а другая часть разбрелась по всей Греции. Да и это когда было, почти все наверняка уже дряхлые старики, если вообще не в могилах.
— Ну, хоть какие-то зацепки же есть? — не выдержал Артем, пнув попавшийся под ноги обломок обглоданной кем-то кости. — Должен же быть хоть какой-то способ?!
Хирон бросил быстрый взгляд на Фору, еще некоторое время собирался с мыслями, а затем спросил:
 
— Ты наверняка удивился, когда понял, что мы знакомы, так? И это правда — мы знакомы. Ранее, лет семь назад, мы вместе с ней искали других таких же как она инициированных автоматонов. Их ведь на самом деле много.
— И нашли?
— Вроде бы да, нашли. Но не инициированных. И не смогли до них добраться, — коротко ответила Мира.
— Почему?
Вопрос повис в воздух. Некоторое время Артем ждал, затем повторил свой вопрос.
Ответил на него Хирон.
— Большая часть автоматонов находиться в большой и наглухо замурованной пещере. Вход в пещеру охраняется древним мифическим существом. Думаю, его оставил тот, кто сверг богов.
— Кем именно охраняется?
— Ты серьезно хочешь это знать? — вмешалась Мира, приостановившись.
— А вы думаете, я просто ради любопытства интересуюсь?
— Ну и для чего?
— Ладно, так и быть, помогу вам! — заявил Артем, не став лишний раз разглагольствовать. — А потом вы поможете мне вернуться домой, ок?
Хирон едва заметно улыбнулся. Мира ничего не ответила, но парень почувствовал, что его ответ ей очень понравился.
А затем Артем, немного подумав, добавил следующее:
— Только я так думаю, что тот, кто охраняет пещеру, невероятно опасен, да?
— Очень. Но вряд ли бессмертен.
— Тогда так… Предлагаю, пока вопрос о моем возвращении домой отложить на неопределенное время. Монаха мы конечно найдем, но… Побродим по землям, набьем мне статы, может, даже реликвии отыщем. Ну и параллельно вплотную займемся изучением главной проблемы! Кстати, где эта пещера находится?
— Далеко на севере Греции. Туда недели две пути. За это время нужно во всем разобраться.
— Я все-таки не пойму, а почему вы не смогли разобраться во всем сами в прошлый раз?
Хирон вздохнул.
— Была еще одна война. Троянская. Может, слышал?
Да, кто ж про нее не слышал. Сколько фильмов про нее было снято, особенно запомнился один, с Бредовым Питтом, похожим на Ахиллеса.
— Слышал! — кивнул Артем. — Троянский конь, Одиссей, Агамемнон.
— Какой еще конь? — нахмурился Хирон.
Артем от пояснений отказался, сообразив, что раз мудрый кентавр про Троянского коня ничего не знает, значит, либо Троя не была захвачена Греками с его помощью, либо не была захвачена вообще. А следовательно, здесь ход истории шел немного иначе и отличался от общеизвестного.
— Так что?
— Что?
— Про коня что там?
— Ай, да не важно, — отмахнулся Артем, решив, что впредь нужно быть более осторожным. — Вернемся к вашему вопросу — что с войной?
— Ладно, — нехотя согласился кентавр. — Именно война и не дала нам закончить то, что мы с ней начали. Город, в котором мы застряли, был осажден. Я тогда вообще был уверен, что автоматон был уничтожен в процессе осады. Эта встреча для меня — большая неожиданность.
У Артема снова в голове появилось ощущение не реалистичности получаемой информации. Все это понять и разложить по полочкам было тяжело, ему даже не хотелось разбираться в сути. Чтобы было проще во всем ориентироваться, он поделил историю на отдельные временные промежутки: один период — война, другой период свержение богов. И в обоих — масса непонятного.
Миру, вот хоть убей, ну не воспринимал он как нечто высшее, ранее бывшее богом. Дрон и дрон, просто очень умный. А Хирон… Хирон был тихим, загадочным. Все время молчал, то и дело внимательно осматривал местность, словно чего-то ждал.
Они приближались к лесу. Даже издалека было ясно — он практически полностью хвойный. Правда, как Артем ни старался, так и не смог вспомнить, росли ли в Греции хвойные деревья или нет.
— Лес, — кивнул головой Хирон, увидев, что Артем смотрит в ту же сторону. — Дорога проходит прямо через него.
— Бандиты?
— Скорее всего — да. Где же им еще быть? Там идеальные места для засады.
— Знаем, проходили, — поддакнула Мира.