"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Батюшки! — всплеснул руками Николай Иванович. — Наши ящерки себе хвосты с лапами отращивают, но шоб такое…
А ведь устами потрясённого рыбака глаголала истина.
Запредельная регенерация — вот какой козырь скрывался у разумных рептилий в рукаве. Мы ведь тоже восстанавливаемся, особенно после прихода волшебства. Только не так быстро и не всё подряд. Чем-то похожим обладал спятивший маг крови, который терроризировал беженцев из Илютино. Его тоже не брали обычные пули, и умер он только после магического расчленения. Но на этой чёртовой арене невозможно колдовать!
Видя наше смятение, шаман довольно забулькал:
«Это будет славная битва! Сын нашего старейшины достоин звания лучшего воина племени».
Я едва подавил острый позыв пристукнуть каймана мифриловым бруском, но шоу ещё не кончилось. Анатолий отшвырнул бесполезный пулемёт и принялся яростно сдирать с себя толстовку.
— Ну, раз ты по-хорошему сдохнуть не хочешь…
Следом за верхней одеждой на землю полетела и майка, обнажив мощный торс работника автомастерской. Только восстановившегося ящера такая демонстрация особо не впечатлила, ведь глупый человек остался безоружным, не считая короткого ножа на поясе. Так, по крайней мере, казалось до того момента, когда кожа здоровяка не стала стремительно сереть под солнечными лучами, щедро заливавшими полянку. А посерев, она растрескивалась, превращаясь в уже знакомый бугристый камень.
Так вот о какой аллергии шла речь!
— Надеюсь, у вашего лидера ещё есть дети? — с усмешкой поинтересовался я у обалдевшего шамана. — А то сегодня он одного точно не досчитается.
«Что это?!» — заверещал он.
— Это Анатолий Чугуй, — представил я нашего товарища. — А по совместительству он — ходячее надгробие для любого живого существа. Сегодня явно не ваш день, но вы сами на этом настаивали. Никто вас за язык не тянул.
«Не может быть! Это же колдовство!»
— Вовсе нет, — возразил я. — Просто Анатолий любит копаться в автомобилях и выколачивать из кого-нибудь душу. А с первым развлечением у вас тут, сам понимаешь, туговато.
Тем временем обращение почти закончилось, оставив от тесной человеческой одежды одни лохмотья. Но нагота горгулью совершенно не смущала, тем более, что статуя была однозначно бесполой. Наверное, они там у себя размножаются другим способом, не столь привычным для нас.
Оклемавшийся ящер-дуэлянт не стал отсиживаться в сторонке и в стремительном выпаде попытался сделать из Толика шашлык. Но в результате лишь обломал наконечник копья об каменную кожу. Сущность самой Смерти удивительно резво схватилась левой лапой за древко и с хрустом его измочалила. У сына вождя остался лишь жалкий огрызок, который он немедленно отбросил, сжав кулаки с толстыми шипами на костяшках. Можно сказать — естественный кастет, только толку от него было так же немного, как и от оружия ближнего боя.
Статуя встала в классическую боксёрскую стойку и гулко потопала вперёд. Я же размашисто перекрестил молодого ящера и прочитал отходную молитву собственного сочинения: «Во имя Отца, Сына и Болотного Духа». После чего расстегнул походный рюкзак и стал соображать нехитрую закуску на скорую руку. Проклятый волчий голод никуда не делся, хотя организм уже вроде как восстановился.
У шамана от такого зрелища окончательно сдали нервы, и он рванул вприпрыжку к вождю, которая нечеловечески выгнулась в плетёном кресле, подавшись всем телом вперёд. Хвост уже безо всякого стеснения лупил по земле со всей силы. Не у каждого хватит выдержки наблюдать, как на твоих глазах превращают твоего собственного сына в отбивную.
Шансов у него против каменной сущности не было никаких, и только потрясающая регенерация не позволяла душе упорхнуть из размякшего тела. С первых же ударов горгулья отправила воина в глубокий нокаут и продолжала яростно молотить по упавшему, как по мешку с требухой. А судья при всём желании не мог остановить избиение.
Когда грохочущий побрякушками шаман прискакал обратно, несчастный боец оказался утрамбован в землю практически заподлицо с поверхностью и никаких признаков жизни уже не подавал. Но каменному жнецу душ было виднее, когда клиент окончательно готов к транспортировке на тот свет, поэтому методичное заколачивание продолжалось.
«Остановите его, мы согласны!» — захлёбываясь, проурчал ряженый.
— На что именно согласны, уважаемый? — с ленцой спросил я, попивая тёплый чай из термоса.
«Союз, подчинение, что угодно, только спасите сына вождя, иначе весь его род прервётся!»
— Хм, а как же боги?
«В пекло богов! Они бросили нас в умирающем мире, и лишь остаткам нашего великого народа удалось перебраться сюда».
Значит, точно беженцы, хоть и весьма агрессивные. С другой стороны, как ещё выжить в чуждом для себя мире? У нас тут тоже совсем не курорт для пенсионеров.
«Мы примем ваш уклад», — продолжал умоляюще булькать ящер. — «Только не истребляйте нас! Остановите ваше чудовище!»
— С радостью, — не стал я тянуть резину. — Да только Толя не успокоится, пока не получит чью-нибудь душу. Желательно, не одну.
«Мы пожертвуем, сколько надо!»
— Начните с ручных животных, — посоветовал я, вспомнив про наши запланированные эксперименты. — И поторопитесь, а то вашего наследника останется только землицей сверху присыпать.
Воодушевившийся кайман галопом умчался прочь, судорожно выкрикивая что-то на бегу. Переводчик на этот раз спасовал, а вот среди зрителей непонятливых не нашлось. Начался сущий бедлам — самки хватали своих детёнышей и в панике разбегались кто куда, воины подзывали всевозможных монстров и пинками загоняли их на арену. Некоторые не побоялись прыгнуть следом, чтобы направлять подручных и прикрыть от их злобного внимания дорогих гостей. Нас, то есть.
Мы преспокойно оттащили Егора за периметр, где ему заметно полегчало, и продолжили созерцать побоище со стороны. Так и видно стало лучше, и ошмётки сюда не долетали. Излишней крепостью ручные динозавры не отличались, поэтому обычно дохли с одного удара горгульи. Зато они брали числом и видовым разнообразием — просто мечта палеонтолога какая-то.
Мы с Талией задорно чавкали самодельными бутерами, обсуждая развернувшееся перед нами побоище, а бледный как простыня Папанин почти не отрывался от личной фляжки, присосавшись к ней, словно изголодавшийся младенец к любимой соске. То и дело он озирался на нас, приглаживая вздыбившиеся волосы, и сокрушённо качал головой. Осознал, видать, к каким упырям его занесло.
Егор безо всяких сомнений мыслил в подобном ключе, но пока что хранил многозначительное молчание. Только смотрел на залитую разноцветной кровью арену покрасневшими глазами, будто с дикого перепоя. Зато рогатая девушка в перерыве между борьбой за особо приглянувшийся бутерброд, соизволила меня похвалить:
— Знаешь, древолюб, а из тебя вышел бы неплохой дипломат. Умеешь ты… вразумлять.
52
Наши новоиспечённые союзники поведали много чего интересного.
Прежде всего — изначально у эмигрантов из чужого мира было целых три племени, которые смогли сообща открыть межмировой портал путём огромных жертв. Но выбора у них особо и не было — собственная планета стремительно умирала, а божественные сущности сбежали, даже не попрощавшись.
Тут поневоле задумаешься о смене места жительства.
Только остальные два племени уже успели пасть от рук людей. Точнее, от их коварного колдовства, не имеющего ничего общего с огнестрельным оружием и взрывчаткой. И с тем, и с другим людоящеры уже успели тесно познакомиться и выработать кое-какие меры противодействия. Но в случае с этой загадочной группировкой всё оказывалось бесполезным. Не помогали дикарям ни антимагические тотемы, ни бешеная регенерация, унаследованная от рептилий.
Колдуны-охотники оказались слишком сильны, и они не щадили никого, включая детёнышей. Спастись удалось лишь считанным единицам, которых приютила старейшина Сломанного Клыка. В обычные времена таким «счастливчикам» был гарантирован пожизненный статус изгоев, но мудрая самка понимала, что сейчас каждый соплеменник на счету, поэтому наделила их равными правами. Коренные жители побухтели немного, но вынуждены были смириться.