"Фантастика 2024-3". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Тилль попробовал аккуратно приоткрыть дверь. Заперто.
Волшебник наслал на того, чье дыхание слышал, чары сна. Подергал ручку. Тихо погремело. Скорее всего, засов.
Приложил ладони к гладкой поверхности. Сконцентрировался. Резко отвел руки от косяка. Засов лязгнул, дверь отворилась.
Спустившись по лестнице, Всезнайгель обнаружил спящего часового. Зачарованный сидел на полу, привалившись к стене и свесив голову.
Из стены торчал горящий факел. Света было мало, и лазутчик зажег маленькую магическую лампадку.
– Николас?! – прошептал колдун, присев перед часовым.
Рассмотрев лицо внимательнее, Тилль заметил в нем черты племянницы. «Значит, гомункулус, – подумал он. – Сходство с Марлен поразительное, если, конечно, не обращать внимания на то, что гомункулус – полное подобие барона».
Рядом с чурбаном была запертая на замок дверь. Тилль вновь воспользовался небольшим фокусом, и замок разомкнулся. Волшебник вошел в комнату.
Здесь стояли шесть кроватей, на которых лежали пленные. Они все были в трансе. Открытые глаза бессмысленно лупились в потолок. Веки ненадолго опускались и поднимались через равные промежутки времени. Зрелище было жуткое.
Сев на одну из кроватей, Всезнайгель подержал ладонь над лицом мужчины средних лет, изучил печать ворожбы, наложенную на сознание лежащего, прошептал несколько нужных слов. После снятия заклинания пленник вздохнул, заворочался.
– Кто ты? – спросил Тилль.
– Отлученный, – бесцветно откликнулся мужчина.
Колдуну стало жутковато.
– Имя есть?
– Было. Теперь недостоин.
«Мощно же вас оболванили», – мелькнуло у Всезнайгеля.
– Что это у тебя на лбу?
– Тавро Всезнайгеля. Знак повиновения. Свидетельство моего отступничества от светлой теории колдунизма.
– Чего-чего?!
– Колдунизм – научно обоснованное учение о гегемонии волшебников. Я проявил непозволительную жалость к пейзанам. Не верил в правильность дела Вождя и Учителя. Теперь я верю.
– Поздравляю, – пробормотал колдун.
– Доцланд прежде всего! – обозначил выкрик зазомбированный человек.
Девиз прозвучал мертво, и Тилль брезгливо поморщился. Положительно, у Дункельонкеля совсем мозги отказали.
– У тебя есть задача?
– Зарядка энергоблохов. Когда нужно и сколько нужно, – пролопотал раб.
В ходе дальнейших расспросов Всезнайгель окончательно усвоил, что энергоблохи – это те самые капсулы, которые он навострился взрывать. Клейменый волшебник говорил о неких больших энергоблохах. Дескать, вот-вот начнется настоящая работа на износ. Он называл ее шансом искупить вину.
– Ты будешь трудиться здесь?
– Нет, мы пойдем дальше на восток. Наше место там, где кипит броня.
– Да ты, бедняга, поэт, – прошептал Тилль и усыпил мужчину.
Вальденрайхский колдун узнал достаточно.
Он выскользнул из комнаты, повесил замок, беспрепятственно покинул дом тем же путем, каким пришел.
На чердаке соседнего дома Всезнайгеля ждали бандиты, приставленные к нему Рамштайнтом. Они проводили волшебника к секретному входу в пикельбургские подземелья. Попетляв по туннелям и войдя в потайной лаз, Тилль попал в штаб короля преступности.
– Ну, чего разведал? – поинтересовался Рамштайнт, занятый трапезой.
Колдун полагал, что главный висельник страны не прерывается на обед, а, наоборот, делает передышку на дела.
– Это сломленные волшебники, которые были не согласны с линией Дункельонкеля. Их лишили личности, клеймили и отправили работать, заряжая капсулы.
Преступник прошамкал:
– Слушай, ну, я, тварь из тварей, и то бы до такого изуверства не додумался! Продолжай, прошу тебя.
– У нашего врага все по науке. Есть целое учение о превосходстве колдунов над простыми смертными. Колдуны – сверхлюди. Неколдуны – недочеловеки. Колдуны, не разделяющие точку зрения Дункельонкеля, – отлученные. Сверхлюди не должны заниматься зарядкой капсул, поэтому для черновой магической работы были сколочены бригады отлученных. Конкретно наша завтра выступает в сторону Наменлоса. Меня сильно встревожил один штрих.
– Какой? – Рамштайнт отложил нож и вилку.
– Бедолага, с которым я говорил, обмолвился, мол, там их ждут какие-то здоровенные капсулы. Значит, черный колдун выставил против войск Томаса Бесфамиллюра новое смертоносное оружие.
Король преступности мыслил практично:
– Ясно. Я все думал, когда ты уйдешь. Ну, что ж, друг, пора так пора. Наделай побольше амулетов и лети. А мы продолжим разбойничать.
– Спасибо, Рамштайнт.
– Тебе спасибо. Кстати, как думаешь, стоит ли нам заняться отстрелом этих самых отлученных?
Тилль посмотрел в глаза преступника и сказал:
– Это будет верной тактикой.
Кивнул, по обыкновению, молчащему телохранителю. Вышел.
– Вот ведь мудрейшество. Кремень-человек! – уважительно произнес Рамштайнт, возвращаясь к прерванной трапезе.
Всезнайгель проспал оставшуюся часть ночи и полдня. Затем он часов двенадцать занимался изготовлением заказанных амулетов. Сделал два вида – мелкие камешки для срабатывания рядом с небольшими энергблохами и крупные для капсул соответствующего размера.
Оставил инструкции разбойникам. Тепло распрощался с ними. Взял метлу и вылетел на восток.
Хотя была ночь, Тилль поднялся над плотной завесой облаков. Мало ли: вдруг наблюдатели заметят?
Светила чуть ущербная луна. Облака образовали фантастическое сизо-белое поле. Красота и тишина.
Колдун, защищенный талисманом, не замечал морозного ветра. Развив невероятную скорость, Всезнайгель к рассвету был на границе Дриттенкенихрайха и Наменлоса.
По облачному полю пробежали первые алые лучи. Путник осторожно снизился, окинул взором поле вчерашнего боя. Да, наменлосцы потерпели поражение, но дорого отдали рубеж.
Марионетки-гомункулусы методично очищали поле боя от тел и обломков самолетов, стаскивая их в кучи. Волшебник засек несколько человек в черных мундирах. Они руководили чурбанами.
Малое число воронок на склоне подсказало магу: защитники сумели вывести из боя деревянных птиц. Разумеется, диверсии пикельбургских разбойников весьма кстати уменьшили воздушный флот Черного королевства.
Всезнайгель заметил и следы того, что Томас Бесфамиллюр использовал Барабан Власти. От границы в сторону Дриттенкенихрайха пролегли длинные трещины. Мерзлая земля и лед лопались, когда звучал Барабан.
Тем не менее позиции оставлены. И колдун вскоре понял из-за чего.
Он увидел ряд огромных металлических машин, стоящих на земле Наменлоса. Тилль с интересом разглядывал диковинные механизмы.
На большой платформе покоилась башня, из которой параллельно земле торчала труба. Как двигалась такая махина, вальденрайхский мудрец не раскусил. Вроде бы есть колеса, но они слишком малы и не касаются снега. Полозья? Да, по бокам механизма были широкие ленты металла, только не цельные, а словно составленные из звеньев. К тому же они имели шипы, тормозящие скольжение.
– Впрочем, от Дункельонкеля всего можно ждать, – задумчиво пробормотал Всезнайгель. – Не удивлюсь, если эти дуры летают. Хотя потратить уйму энергии на такую ерунду способен лишь больной… Во всяком случае, теперь ясно, что за оружие должны заряжать отлученные.
Рядом со странными махинами расположилась пехота Черного королевства. Солдат было неимоверно много. Похоже, во вчерашней битве намеренно участвовала лишь часть армии. Теперь захватчики отдыхали, не торопясь в погоню за проигравшими сражение наменлосцами.
Насмотревшись на поле брани, колдун вновь поднялся над облаками и полетел дальше на запад. Менее чем через два часа Тилль настиг отступающее войско.
Остатки армии короля Томаса растянулись на несколько километров. Усталые люди понуро брели к столице, чтобы подготовиться к осаде.
В авангарде, окруженные охранниками, ехали на лошадях Бесфамиллюр и Пауль Повелитель Тьмы. Всезнайгель медленно снизился и поравнялся с ними.
– Здравствуйте, ваше величество. Привет, Пауль, – поздоровался чародей.