Обещанна тебе (СИ)

   - Не знаю... - Всё ещё сомневался второй. - А уборщица? Скоро ведь пойдёт. Может до ночи подождём? 
   - А ей то какое дело. Завтра уберётся. Не. Я отсюда просто так не уйду. Сучка хоть и сумасшедшая, но фигурка у неё самое то. Я её в клубе первый раз увидел. Только тогда к ней не подступиться было. Звезда местная. Певичка. Много у тебя таких в жизни было?  
  - Да жалко её как-то...  
  - Ну и вали. - Психанул первый. - Я сам справлюсь. Без тебя.  
  Больше они не спорили. Послышался звучный мат, а затем лёгкий хлопок двери. Меня колотило от страха, тело покрылось потом, а дышать становилось всё труднее. Лихорадочно пыталась найти выход из ситуации, но каждый раз тупик. Если я сейчас подниму шум, то мне не сбежать. Начнутся разбирательства, и возможно, если Барон здесь ещё в почёте, поставят охрану. Попробовать отбиться? Справиться с такой махиной я не смогла бы и раньше, а сейчас тело настолько ослабело, и отвыкло от физических нагрузок, что порой было сложно долго стоять на ногах. В моей комнате даже не было ничего, что могло бы помочь защититься. Нет, только не сейчас. Я не переживу ещё одного насилия. Слишком чётко в голове сохранились картинки воспоминаний, где мразь, с обезумевшими от похоти глазами трахал меня, оставляя на теле отметины от ремня и верёвок. Это произошло всего один раз. Больше он меня не трогал. Но те воспоминания будут преследовать меня всю жизнь. 
  Сердце заходилось в истерике, а воздух уже практически не поступал в лёгкие, когда совсем близко услышала мерзкий голос санитара. 
  - Ну что, шлюха, порадуешь дядю? Я же вижу, что ты не спишь. Давай по-хорошему. Ты же помнишь, как это делается? Давай, вставай на колени, и сделай мне приятно. - Сорвал с меня одеяло, а я, в тонкой больничной пижаме чувствовала себя голой. И больше не могла сопротивляться. Страх сковал так, что даже руки отказывались шевелиться. 
  - Не надо. Пожалуйста. - Слышу собственный испуганный шёпот, и не знаю, что мне более противно. Существо, стоящее передо мной, думающее только о своих инстинктах, или то, что я в очередной раз не могу дать отпор, не могу защитить себя. 
  - Надо куколка. Ты же не хочешь, чтобы я тебе сделал больно. - Единственное, что я могу сделать, это на локтях отползти в сторону, и вжаться в стену. Зажмурила глаза, и в этот момент показалось, что мелькнул свет. Тихий шорох открывающейся двери и тихие шаги различимы в повисшей тишине. 
  - Ну что, передумал? - Говорит санитар возле меня. 
  Ему ничего не ответили, а я слышу только звук удара, и падение обмякшего тела. 
   Глава 37. Игорь.
  Я перестарался с Бароном. Твою мать, как же я накосячил, подставив не только себя, но и Соболева. Дал волю эмоциям, чуть не загубив всё, к чему мы шли всё это время. На майора хотят завести уголовное дело по превышению полномочий. Видимо кто-то сверху дёрнул за ниточки. Кто-то, кто получал бабки от Борунова, и прикрывал его. Но Соболев подозрительно спокоен. Он уверен, что никаких доказательств на него нет, а о моём вмешательстве всё равно никто не знает. Тем не менее факт остаётся фактом. Гнида сейчас в больнице, и до сих пор не пришёл в себя, чтобы дать показания, а мы снова и снова по замкнутому кругу пытаемся найти следы Дианы или ребёнка. Но их блядь нет. Никто ничего не знает о жене хозяина, кроме того, что она пропала несколько месяцев назад. И да, были показания одного из людей, взятых при задержании, что Туманская была беременна, а затем, после родов, ещё некоторое время жила в особняке. Никто из личной охраны Барона либо не видел ребёнка и не знал, что произошло дальше, либо просто не признавался, чтобы мы не делали. В очередной раз звоню Соболеву, и не слышу ничего нового. 
  - Они не говорят. Нужно ждать, когда очнётся Борунов. Ты бы сходил, расслабился, а то скоро на людей бросаться начнёшь. - Советует мне майор, и мне хочется послать его на хрен, потому что не понимаю, как вообще сейчас можно расслабиться. Хотя в чём-то он безусловно прав. Не мешало бы заявиться в клубе Туманских, и поспрашивать людей. Может быть они что-то знают. 
 
  Я направляюсь в ту самую кабинку, что занимал в прошлый раз, когда впервые увидел Диану. И чувство дежавю накатывает, когда смотрю на сцену. Даже официантка мне попадается та же. Женя, кажется. Смотрю на бейдж, и это действительно она. Я выкладываю на стол купюры, она убирается их в передний карман фирменного платья, делает шаг в мою сторону, но затем хмурится, глядя на моё лицо. Во взгляде мелькает узнавание, а затем щёки вспыхивают румянцем. 
  - За что вы мне заплатили на этот раз? - Сразу спрашивает, а я повторяюсь. 
  - Расскажи мне о малышке Ди. - Беглый испуг во взгляде, а затем машет головой. 
  - Она у нас не выступает больше. 
  - Я это знаю. Куда она пропала? 
  - Не знаю. Вы будете что-то заказывать? 
  - Виски. - Выкладываю на стол ещё несколько пятитысячных купюр, но девушка упрямится. - Я никому ничего не скажу. Не бойся. Я ищу эту девушку, и если ты мне поможешь, то я буду очень благодарен. 
   - Я правда не знаю. Слухи разные ходят. Говорят, она рехнулась. И она пропала. Уже давно. - Женя озирается по сторонам, словно боится, что её могут подслушать. 
   - Что значит рехнулась? 
   - Она беременна была, но ребёнок так и не появился. Может умер. Вот и сошла с ума. Он её отвёз куда-то, а вернулся один. 
  - Откуда ты всё это знаешь? - Она молчит, а я снова вытаскиваю деньги из бумажника, но в руки не отдаю. Она тянется, закусывает губу и колеблется. 
  - Мой парень там охранником работал. В доме. Но он не знает куда Туманская делась. - Выхватывает из руки купюру и отступает на шаг назад. 
  - Я больше ничего не знаю. 
Официантка уходит, а я ударяю кулаком об стол. Тупик! Тупик! Тупик! Куда бы мы не сунулись, везде тупики. А то, что говорят люди, не вселяет надежд. И именно в этот момент мне отчётливо стало понятно. Я не жил все эти месяцы без неё. Существовал, ел, пил, но не жил. И с Викой не смог, потому что другую женщину в ней хотел видеть. А сейчас, когда знаю всю правду, становлюсь себе настолько омерзительным, что хочется напиться до беспамятства, и не помнить ни о чём. 
  Спускаюсь в бар, заказываю алкоголь, с твёрдым намерением напиться в стельку. Смотрю, как завороженный на сцену, и вижу там не ластичных девушек, танцующих стриптиз, а ту самую, в чёрном, шёлковом комбезе, на которую весь зал смотрел не отрываясь. 
  - Раньше здесь было интересней. - Раздаётся сбоку мужской голос, а я отмахиваюсь, в надежде сохранить мираж. - Но малышки Ди больше не будет. 
  - Что? - Переспрашиваю, услышав знакомое имя, наконец-то взглянув на собеседника. Обычный парень, лет двадцать, одет модно, явно под кайфом. 
  - Я говорю, когда она пела, было лучше. Первый раз что ли здесь? 
  - Нет. А где она теперь выступает? 
  - В лечебнице.  - Я вмиг трезвею, понимая, что кажется случайно вышел на долгожданный след. 
  - Где? Где ты её видел? 
  - Да остынь старик, наркоманка она, да и повёрнутая слегка. Лечился я тут недавно, ну и её туда заперли. 
  - Адрес! - Хватаю за грудки, чувствуя, что если сейчас не скажет, то разорву на месте. 
   - Блядь. Руки убери! 
   - Адрес! - Рявкаю, снова встряхивая парня. 
   - За Измайловкой, километров двадцать. -  Сбросил руки, и пошёл прочь. А у меня впервые появилась надежда. 
   Глава 38. Диана.
  - Давай, девочка, поднимайся. У нас времени нет. - Слышу голос тёти Веры, всё ещё где-то вдалеке, словно эхо, немного успокаиваюсь, но оцепенение не спадает. Я всё так же жмусь под одеялом, прокручивая в голове одни и те же картинки. Воспоминания вспыхивают под давлением попытки насилия, и я не могу их прогнать. Я слишком слаба для этого. 
 
  - Я научу тебя слушаться, дрянь! Думала сможешь сбежать от меня? Ты хоть понимаешь сколько я вложил в тебя?! Сколько я ждал! А ты шлюха!!! Сбежала к своему москвичу. И где он теперь? Развлекается, с Викой. Она ведь до сих пор всё мне сообщает. А он о тебе даже не вспоминает. - Схватил за волосы, больно выгибая шею назад. - Но ты ведь хорошая девочка. Ты же всё осознала? - Я киваю, сглатывая горькие слёзы. - Скажи, что любишь меня. Громко, чтобы я услышал.