Цейтнот. Том II (СИ)

Из-под обстрела уйти ещё можно, а если вдруг на полном ходу в гравитационную ловушку влетим, вырваться уже никакое везение не поможет. Вот и придерживал потенциал — как говорится, запас карман не тянет. В резонанс при всём желании до утра не войти, да и в бою любая заминка фатальной оказаться может.
— Петя! — позвал меня Василь. — Можешь нас иллюзией прикрыть? Как тогда во дворе?
Я качнул головой.
— Нет! Не до конца ту технику освоил.
Ну да, попробуй прикрой, если гипотетический стрелок невесть где притаился! Там же надо не только источники освещения в расчёт принимать, но и собственное положение относительно наблюдателя учитывать! Непросто это, ой как непросто!
На повороте наш автомобиль занесло, но мы не вылетели на тротуар, удержались на проезжей части. Грузовик катил позади с отставанием метров в двадцать, не приближаясь, и не отставая. Над бортами его кузова торчало несколько голов — совсем уж беззащитными раненые не были и могли при необходимости поддержать нас огнём.
Из центра города продолжала доноситься артиллерийская канонада, постреливали и в районе Якорной площади, но уже далеко не столь интенсивно, у нас же пока — тишина и спокойствие. Тёмные улицы, силуэты домов, зевы подворотен. И — ни человека на виду, ни огонька нигде. Все попрятались.
В полусотне метров по ходу движения почудился намёк на энергетическое искажение, создаваемое не слишком искусно укрытым внутренним потенциалом, и я весь подобрался, но то ли почудилось, то ли оператор ограничился наблюдением или вовсе не принадлежал к стану монархистов — промчались мимо опасного места беспрепятственно. У меня внутри всё так и свело в ожидании нападения, центральный энергетический узел чуть ли не судорогой от перенапряжения скрутило, а — промчались!
Я каким-то совсем уж невероятным усилием заставил себя сделать вдох и обернулся, но и грузовик с ранеными никто не атаковал. Под обстрел мы попали в квартале от комиссариата, да и то непонятно было, стреляли конкретно по нам или просто дальше по улице случилось столкновение между риковцами и мятежниками. Почти сразу повернули на перекрёстке, а там и въезд во двор показался, где нас уже ждали. В отличие от ментальных каналов заглушить радиосвязь монархисты не смогли, по ней армейцы и уведомили о скором прибытии санитарного транспорта.
Караульные открыли ворота, машины прокатили мимо притаившегося в глухом уголке броневика и остановились у служебного входа. Кто-то из раненых зашёл в здание самостоятельно, кого-то унесли на носилках, я разом скинул едва ли не половину набранного потенциала и с облегчением перевёл дух, потом обречённо выругался и двинулся вслед за санитарами.
— Петь, ты куда? — удивился Василь.
— В медсанчасть, — пояснил я, прислушиваясь к шуму не столь уж и далёкой перестрелки.
— Отставить! — приказал Грин. — Мы в оперативном резерве! Короста, проводи к себе! — Он сплюнул кровью, зачерпнул пригоршню снега и приложил к распухшей переносице. — Понадобитесь, найду!
— Идём! — позвал меня Василь.
Я упрямиться не стал и зашагал следом. Окна в кабинете товарища каким-то чудом уцелели, там было тепло, поэтому я постелил на пол пальто, улёгся на него и едва ли не моментально провалился в беспокойный сон. Василь моему примеру не последовал, Василь убежал на поиски Машки.
 Часть первая. Глава 3/2 
Растолкали нас ещё до рассвета. На улице — серость и темень, так сразу и не сообразить сколько времени. Достал часы — на тех половина шестого.
Оконное стекло изредка позвякивало от взрывов, но стреляли не в окрестных кварталах, бой шёл где-то ближе к центру. У нас разве что винтовки время от времени хлопали.
— Пять минут вам, чтобы в порядок себя привести! — объявил Грин, шишка на лбу которого заметно спала, зато распух сломанный нос и сползли под глаза отёки-синяки. — Бегом марш!
Василь поднял пальто и встряхнул его, будто в том имелся хоть какой-то смысл, потом спросил:
— Что в городе?
— Держимся! — коротко ответил оперативник и нахмурился. — Бегом, кому сказано!
 
Но не побежали, конечно. Потопали без всякой спешки, зевая и ёжась на ходу. В уборную заглянули совершенно напрасно — в открытых кранах лишь сипел воздух, вода так и не полилась. Мы спустились на первый этаж и вышли во двор, где у броневиков и танков суетились техники, растёрли лица снегом.
— Зараза, — пробормотал я, болезненно морщась.
Голова болела, а шея толком не ворочалась — то ли приложился вчера загривком о стену неудачно, то ли просто спал в неудобной позе. Хорошо бы размяться, да только куда там! Бежать пора.
— И не говори! — вздохнул Василь и распахнул дверь. — Идём!
— Ты Машку-то нашёл вчера?
— Ага, её в медсанчасть определили.
Мы начали подниматься по лестнице, но Грин перехватил нас на площадке между этажами и велел шагать обратно.
— Задание у нас неофициальное, никаких подписок о неразглашении, сделаем и забудем. Усекли?
— Ликвидировать кого-то приказали? — округлил глаза Василь.
— Ликвидаторов и без нас хоть отбавляй! — фыркнул в ответ Грин. — Интеллект задействовать придётся!
Он провёл нас мимо выхода во двор, сорвал с перегородившей проход двери пломбу и отпер замок, не сразу сумев подобрать нужный ключ.
— А чего мы в канцелярии забыли? — озадачился Василь.
— Того! — выдал в ответ Грин, запер за нами дверь, завёл в архив и распорядился: — Располагайтесь!
Я убрал было пальто на вешалку, но через выбитое окно с улицы ощутимо задувало, поэтому снова оделся, после чего уселся на стул в ожидании инструктажа, а вот Василь подбоченился.
— Серьёзно?! — зло уставился он на начальника. — Мы бумажки перекладывать станем, когда судьба страны решается?!
— Заниматься ты станешь тем, чем прикажут, — спокойно ответил Грин и кинул на стол свою кожаную папку. — Не согласен?
— Нет! — подтвердил Василь, но уже без былого запала. — Только что это изменит? — Он вздохнул и понурился. — Ладно, зачем мы здесь, Степан Александрович?
— Нужно поднять сводки и кое-кого в них найти.
В этот момент на улице как-то очень уж мощно рвануло, даже стены задрожали, а из рамы вывалилось несколько осколков оконного стекла.
— А можно вопрос не по теме? — воспользовался я случаем расспросить оперативника. — Что в городе вообще творится?
Грин уже расстегнул папку и достал из неё несколько фотокарточек, но просветить нас не отказался. Правда, и сам знал немного.
— Полная неопределённость, — сообщил он с тяжёлым вздохом. — Адмиралтейство мы удержали, а правительственный квартал пришлось оставить, пока все в Зимний перебазировались. Флотские с реки поддерживают, но не факт, что и оттуда не выдавят.
— А что — армия? — поинтересовался Василь.
— Разброд и шатание. Несколько полков сразу на стороне мятежников действовать начали, в других частях дело до перестрелок дошло, но пока что большинство ждёт приказа из Генштаба, а его вчера первым делом разгромили. Только это всё так — больше слухи. Проверенной информации мало. Говорят, жандармов на север к границе с Суомландией перебрасывают, уж не знаю зачем. Да вы голову себе этим не забивайте! Вот сейчас наладим связь, вызовем подкрепление и перебьём всю контру за день — два. И теперь уже точно всю эту сволоту монархистскую под корень вырежем! Никого не пропустим!
Грин раздал нам фотокарточки и три листа с ориентировками, в которых были вымараны личные данные, остались только особые приметы.
— Смотрите сюда: поднимаете рапорты обо всех неопознанных телах и прочих аналогичных инцидентах с одиннадцатого числа, сверяете с ориентировками и фотоснимками, отбираете все подходящие под описание.
Василь наскоро просмотрел листы и счёл нужным отметить:
— В комиссариат сообщают только о тех случаях, когда имеется подозрение, что в преступлении замешаны иностранцы или операторы.
— Ты, Короста, не умничай! — срезал его оперативник. — Приказ ясен? Исполняй!