Счастливый случай (СИ)
— Хорошо… — безмятежно вздохнула док в его плечо. С ним было так легко нарушать любой долг, устои, законы… Вообще всё, как ни старайся из себя строить строгого военного хирурга. Когда он был рядом, всё остальное казалось второстепенным и не важным. — Я буду нежно любить эту Луну Контрабандистов всю жизнь, знаешь… И тот ресторанчик тоже… Как ты себя чувствуешь, мой хороший? Как спалось на медицинской кровати? И наши планы на день? — спросила она, садясь за стол и вдыхая самый замечательный для неё аромат кафа, будто они где-то на побережье Ботавуи сидят в своем домике под шелест морских волн.
— Захватим галактику, продадим, пропьём и захватим на "бис", — предложил штурман, аккуратно наливая ей в чашку тёмный, остро пахнущий напиток. — В нашей каюте мне нравилось спать больше, и я с удовольствием покажу, как я себя чувствую, когда мы туда вернёмся, — у него дрогнул уголок рта в тёплой полуулыбке. — Тебе бутерброды с чем сделать?
— Договори-и-ились… — загадочно-интригующе протянула Шер. — Но с тебя каф, а бутеры с меня, ладно? Ты с чем хочешь, душа моя? А то я почему-то не хочу еще. Ужин был не только вкусный, но и страшно сытный. Тебе с сырной пастой, овощным соусом и зеленью? — она оттолкнулась от стола и отъехала на табурете к контейнерам на рабочей поверхности рядом с автоповаром.
— Можно, — согласился Ник. — Но один. Я тоже пока не голоден. А вот нашему капитану после того, как он над нами потрудился, стоит припасти штук так десять… А вообще давай на всех сделаем. Я помогу.
— Так и собиралась, — объявила Шер. — Каф по-хейпански — это только наш каф, а бутерброды — это на всех. А Рика… Знаешь, очень хотелось уложить его в медблок рядом с нами. Он, конечно, вымотался, но… Он ещё какой-то… Не знаю даже, как выразить… — док положила перед мужем ножи, баночки и хлеб из автоповара. — Я бы сказала, что он что-то переживает и носит это в себе… Но из хирурга — психолог — такое себе. Только мне почему-то грустно, когда я думаю о нем, — негромко заключила она.
— Между ним и Вэйми пробежала нексу, — отозвался Ник, присоединяясь к готовке. — Это очень бросается в глаза. Она на него не смотрит, не называет его имя, и даже есть с ним не хочет. Но я не могу сказать, что она его ненавидит. Просто… Как будто что-то умерло между ними, и она это хоронит.
Шер перестала мазать хлеб, раздумывая над услышанным. Это всегда неразрешимая загадка — почему двое, у которых столько достоинств, кроме того, что они оба хорошие и красивые — не становятся близкими. Или перестают ими быть. Если бы кто-то ее решил, то у его ног была бы вся Галактика, а не только Имперский комитет по премиям за вклад в науку.
— Ну, тут, даже наша высокотехнологичная и продвинутая медицина бессильна… — вздохнула она. — Хоронить свои чувства — это немыслимо больно. Я бы не хотела дожить до такого, — качнула она льняной головой.
…И опять она подумала, что в этом — тот же джех… Словно в сердце "Случая" накопилась какая-то критическая масса, и что-то должно случиться. Либо всё изменится, либо все полетит к хаттовой матери, разрываясь и разбрасывая осколки… Но оба варианта почему-то щемили сердце.
— У нас с тобой всё будет хорошо, — Ник отложил в сторону готовый бутерброд. — Мы нашли друг друга. А им, видимо, нужен кто-то другой — каждому. Однажды они тоже найдут тех, кто им нужен, и будут счастливы. Им больно сейчас, но это лучше, чем совершить ошибку и потом страдать гораздо сильнее и дольше… Однажды мы ещё погуляем на их свадьбах, и они будут улыбаться нам, вот увидишь.
Послышались чьи-то лёгкие шаги, Ник приложил палец к губам. Но вошла Шай, моргая заспанными глазами.
— Доброе утро, — поздоровалась арконка. — Мы починили все дроны, и на всякий случай собрали ещё два на замену. Вдруг понадобится… Вкусно пахнет.
— Присаживайся, дорогая, — с улыбкой кивнула док, — Доброе утро, сейчас я тебе сооружу что-то бессолевое к кафу, — подмигнула она арконке. — Наливай пока каф. Это Ник варил. Он бесподобен. Ну, каф тоже, — посмеялась она. — Это исторический каф, Шай!
Арконка улыбнулась им.
— С ним связана какая-то история? — спросила она, наливая себе чашку. — Или это очень старый рецепт?
— Рецепт новый, — рассмеялся штурман. — Я его придумал на Нар-Шаддаа, где мы нашли тебя. Думаю, владелец ресторана теперь делает на нём неплохую выручку. А сегодня я добавил в него коричневый сахар, вышло ещё вкуснее.
Шай моргнула зелёными глазами.
— То, что вчера готовила Вэйми, тоже было очень вкусно, — сказала она. — И там не было соли. Рик положил нам из общей кастрюли, мы попробовали, и поняли, что это нам можно. И у нас не было никаких видений…
— Из общей?! — вздрогнула Шер. — Как из общей?! Не может быть!
…Как Рик мог настолько забыться? Каша была совсем не безвкусной, как при отсутствии соли! Уж она-то могла отличить нормальную пищу от диетической!
— Шай… Но каша была подсоленной! — в отчаянье она взглянула в глаза ящерки. Звёзды, сколько воли Шай, сколько таскания ключей и перепрятывания контейнера с солью — и всё хатту под хвост?! Словно плыл по бурному морю и сдался у самого берега…
Док сокрушенно качнула головой, но неожиданно осознала то, на что в запале не обратила никакого внимания.
Глаза-то у Шай были зелёные. Совсем зелёные. И зеленее, чем, когда-либо. И видений… не было?
— Дождёмся всех. — взяла она себя в руки. И улыбнулась арконке — и так напугала. — Ну, может, это зёрна такие. На вкус солоноватые, но соли не требуют?
Наверное, так и есть, успокаивала себя Шер.
Постепенно подтягивались остальные участники экспедиции. Приплёлся мрачный Бус, за ним — непривычно сосредоточенный тогорианец. Рик и Вэйми чуть не столкнулись в дверях, капитан вежливо пропустил летанку вперёд, она поздоровалась ровным голосом — и куда теплее приветствовала всех остальных. Каф постепенно всех разбудил и взбодрил, поднял настроение, бутерброды разошлись по тарелкам и были приняты с энтузиазмом. Даже Рик не казался таким отстранённым, а Вэйми сидела с кружкой в уголке, что-то листала на деке и улыбалась счастливой, почти детской улыбкой.
Не хватало только Айрен.
И ещё Шер сидела, как на иголках, пряча волнение в кружке хейпанского. Когда экипаж немного повеселел и стал обращать внимание не только на еду, она тихо подсела к Вэйми.
— Ты вчера ничего не меняла в рецептуре блюда? Если конкретно — то в приправах? — чуть слышно спросила она летанку.
Лекку озадаченно приподнялись.
— Нет, всё как в рецепте, — удивлённо ответила девушка. — Только крупа другая была, я вообще впервые такую видела. Как стеклянные иголочки. Она потом разварилась, но сначала я даже не была уверена, что это вообще такое. Не знаю, где Дэй её нашла. А что, кому-то стало плохо? — встревожилась она.
— Значит, соль там была, да? — надежда, кажется, таяла на глазах. — Нет. Никому плохо не было. С чего бы? Вкусная каша, очень вкусная…
— Конечно была, — подтвердила тви'лекка. — А…
Её взгляд упал на арконку. Вэйми ахнула и прижала ладонь к губам.
— Я сказала капитану, что на камбузе еда для них троих. Но я совсем забыла, что Шай нельзя…
В круглых глазах летанки застыл ужас.
— Но у Шай не было видений, понимаешь? И посмотри на её глаза! — ладонь Шер успокаивающе похлопывала по руке девушки. — Как это… странно, правда? Я посмотрю её еще, но… Шай считает, что там не было того, что ей нельзя…
— Конечно не было, — Рик краем уха уловил возглас Вэйми и решил вмешаться. — Я же попробовал, прежде чем дать Шай. Там не было соли, но и без неё получилось очень вкусно… Кстати, у кафа тоже очень интересный вкус. Кто варил?
— Я, — откликнулся штурман. — И тоже нашёл кое-что любопытное, когда этим занимался. Сейчас покажу…
Он поднялся, подошёл к шкафчику с пряностями, чаем и кафом. Немного пошуршал и погремел там, и повернулся к остальным с растерянным видом.
— Я же держал его в руках… Вэйми, такой тёмный сахар, бурый или коричневый на цвет. С необычным ароматом и привкусом.