Бытовик в действии (СИ)

Засыпала я с тревожным чувством и предвкушением. Расписание в аналог дневника уже записано, все тетради обёрнуты и сложены аккуратной стопочкой рядом с книгами. Форма висела на стуле вместе с широкой сумкой, которую мне подарил дедушка Ортан, наотрез оказавшись даже слушать слова благодарности.
Мой первый учебный день неотвратимо наступал, и я закрыла глаза, чтобы поскорее с ним встретиться.
  
Глава 16. Бойкот
 
Я проснулась на рассвете. И… увидев на подушке дремлющего Злобика, подхватила кота под мягонькое пузико и закружилась с ним по комнате, напевая:
– "Мы с тобою вместе встретим день рождения зари… Как прекрасен этот мир, посмотриииии!"
– Мааааау! – вырывался дух боевого корпуса, одним взглядом выражая, насколько он считает меня чокнутой.
Но сегодня ничто не могло испортить моего настроения! Безоблачное голубое небо, солнышко Уграса с его ласковыми лучами, свежая прохлада, свободно гуляющая по комнате благодаря раскрытой форточке – всё вызывало во мне отклик к счастью и предвкушению чего-то волшебного! Я всегда любила учиться чему-то новому. А тут ещё и магия! Конечно, хочется петь! Правда, с моим голосом раньше это было… в первую очередь «жестоко» по отношению к окружающим, но мягкий, глубокий тембр Лалеаны всё исправил. Он наделил меня новыми возможностями. Я даже представила себе поле и бескрайний горизонт, которому хочется петь о свободе и своих мечтах.
Впрочем, Злобик мой новый голос не оценил. Котяра вырвался, наконец, обиженно зыркнул на меня и выпрыгнул в открытое окно. «Форточник», ёлки-иголки!
Особенно забавно было смотреть на кота, когда я завалилась обратно на кровать. Он, сидя на подоконнике за стеклом, рьяно вылизывал всклокоченную шерсть, но когда увидел моё эпичное падение на постель, аж язык прикусил от праведного негодования. Типа – «выгнала меня, а сама завалилась дальше дрыхнуть!?»
Вы видели когда-нибудь кота, который прищуривается, всем своим видом обещая вам проблемы? Я вот увидела! Потому и встала быстренько обратно, да прикрыла окно понадёжнее… ещё и одну пару ботинок спрятала в шкаф. На всяк про всяк. Вторую пару оставила у двери. Её я планировала обуть, когда буду выходить. И всё это сопровождалось моих хихиканьем.
Кот угрожающе выгнул спину и походил вдоль подоконника, своеобразно наскакивая на стекло. Только ещё больше рассмешил меня этим. А в итоге спрыгнул вниз, скрывшись в кустах.
Я собрала учебники и тетради в сумку и поскакала в душ. Так как фена в этом мире нет, лишний раз порадовалась, что врождённое чувство ответственности подняло меня чуть свет. Волосы успели высохнуть как раз к сроку активации местного будильника.
Звук этого оповещающего сигнала был эпичным! Что-то общее между скрежета по стеклу, у которого навалили децибелов до чувства Апокалипсиса, и знаменитого крика Банши. Пусть существование последней было под большим вопросом, но её крик… описание его передаётся из уст в уста, из поколения в поколение, так что… Если она и есть, то в моём представлении просто обязана кричать как-то так!
– Пипец, – вздрогнула я, принимаясь за плетение кос.
Первым в расписании стояла пара «Боевых искусств», поэтому я аккуратно сложила студенческую форму в специальный рюкзак и облачилась в спортивные штаны и свободную тунику, которая в первые секунды болталась на мне, но быстро стянулась по шву, поражая меня необычным свойством.
– Вот это технологии!
Штаны тоже мягко облепили ноги, сужаясь до необходимого размера.
Покрутившись перед зеркалом, в который раз оценила, насколько Лалеана хороша! Я почти привыкла к новому телу. Только наивные голубые глазки вызывали пока глухое раздражение, но и к ним у меня скоро вопросов не останется. Всё-таки из глубины этих глаз смотрю "Я" – нелюдимый химик, превративший ужас робкой лавочницы в волшебную сказку!
Я покинула учебный корпус боевиков одной из первых.
Дядюшка Галлард пожелал мне успехов в учёбе, и я с улыбкой вышла в парк.
 
Сонные «ручейки» из вялых студентов «стекались» к учебному корпусу. Видимо, основная масса учащихся решила подкрепиться на кухнях своих общежитий, поэтому толчеи в столовой не ожидалось.
Из моего курса никто в большой зал не пришёл. Я уже думала, что ребята и на занятие опоздают, но полигон встретил меня довольно внушительным скоплением представителей сильного пола.
«Мой курс…» – я, как могла, пыталась найти на угрюмых лицах недовольных парней хотя бы намёк на нейтральное сосуществование. Но всё напрасно. На моё «доброе утро» не прореагировал никто. Ещё и Тим задерживался!
Не успел на поле появиться магистр Терра, как из толпы выступил обращённый дракон. Тот, который швырял моего Злобика о стены. Скуластый, жгучий брюнет.
«Я сказала "моего"? Так. Разберусь с этим чуть позже».
Переступив с одной ноги на другую, за компанию с магистром выслушала довольно сухое требование парня. Заключалось оно в элементарном изгнании недостойной, то есть меня. Речь студента Борнора была выстроена хоть и обидно, но грамотно. По уставу профессор был обязан провести разбирательство. Была в книге такая глава… «Отношения в коллективе», кажется. Именно на неё ссылался этот Борнор. Но… разве я могла успеть кому-то нахамить? Или вести себя вызывающе? Я не порочила имя факультета, не делала никому ничего плохого…
Стыдно признаться, но мне ещё никогда не хотелось плакать от обиды так сильно, как сейчас.
Я держалась, застыв, как одно из врытых в землю брёвен тренировочной полосы. Быстро моргала, чтобы глаза меньше блестели. Даже подрагивающие пальчики спрятала в карманы кителя. Наверное, со стороны казалось, что я в край обнаглела, но показывать, как меня трясёт от обиды, просто не могла себе позволить!
– Что тут происходит? – спросил меня из-за спины Тиммиан. Сын рыбака опоздал, но этого никто даже не заметил.
Я видела, как медленно закипает усатый магистр. Ему однозначно всё происходящее «не нравилось» – и это мягко говоря!
«Наверное, профессор Барнет сейчас представляет, как бы его дочери чувствовали себя в моей шкуре…»
А этот высокородный Борнор всё говорил и говорил… знакомая, кстати, фамилия. Но сейчас не было времени на то, чтобы копошиться в памяти Лалеаны. Меня пытаются выбросить «за борт»!
Борнор закончил свою торжественную уничижительную речь требованием:
– Вот так! Теперь завизируйте наше коллективное требование!
– Да! Пусть проваливает! – выкрикнул кто-то из толпы в поддержку выступающего лидера.
– Я тоже не желаю обучаться в одной группе с бытовичкой!
Профессора Барнета всего перекосило. Я поняла, что Терра собирался не завизировать требование этих выскочек, а как следует пройтись по завышенному самомнению всех разом. Только зачем же так усугублять?! К их пренебрежению добавится ещё и ненависть ко мне, если Терра опустит нахалов.
Я остановила ярость магистра, робко подняв руку. Улыбнулась через силу. Раньше я даже не думала, что это, оказывается, так сложно!
– Прошу, магистр Терра... Не надо.
Собственный шёпот привёл меня в ярость.
«Представляю, как жалко я выгляжу со стороны… с голубыми-то глазками Лалеаны!»
Вздёрнув подбородок, вытянулась по струнке, начиная уже пользоваться громким чётким альтом Лали.
– Если моё присутствие мешает выдающимся способностям одногруппников раскрыться, я с удовольствием покину все совместные занятия.
Глаза у профессора распахнулись от удивления, а потом резко прищурились. На скулах дядечки заиграли желваки. Парни же нахмурились, в непонятках переглядываясь между собой.
«Конечно! Не получилось довести глупую бытовичку до слёз!»
Загнав обиду поглубже, отрезала:
– В уставе сказано: «… студент имеет право изучать темы курса в самостоятельном порядке, сдавая зачет после каждого блока занятий». Уверяю вас, на мои способностиничтоне может оказать негативного влияния, поэтому... Встретимся на сдаче нормативов через неделю, магистр Терра. Я правильно говорю?