Жертвоприношение

За столом Линн отмалчивалась, а если обращались к ней, то отделывалась нейтральными фразами. Эфи, как ни удивительно, ужин приготовила и впрямь потрясающий, но затянулась трапеза до бесконечности. Одно блюдо, другое, третье… В свою комнату Линн возвратилась в начале двенадцатого.
Она предусмотрительно заперла дверь. Несколько раз в течение ужина Линн повила на себе внимательный взгляд хозяина дома. Что у него на уме? Разрыв их отношений в его жизни особого следа не оставил. Досадный эпизод, не более… Реймонд очень изумился бы, узнав, что для возлюбленной происшедшее обернулось непоправимой трагедией.
А поскольку «малютка Линнет» вернулась в усадьбу, а его собственный брак распался, Реймонд вполне мог счесть гостью законной добычей. Что еще хуже, Линн оказалась перед ним в долгу: не он ли любезно согласился держать язык за зубами?
Возможно, Реймонд Монкфорд и переменился. Как знать? В прошлом беззаботный донжуан стремился взять от жизни все, не принимая на себя обременительных обязательств. Хотя Норман тоже не отвечал типу примерного семьянина, Линн инстинктивно чувствовала: шеф воспринимает женщин совсем иначе.
И мысли ее снова обратились к Норману. За ужином он то и дело посматривал на секретаршу, тщательно взвешивал каждое ее замечание. Как ни странно, хотя ничего личного в этих взглядах не ощущалось, на молодую женщину они производили впечатление куда более сильное, нежели откровенные заигрывания Реймонда. А легкое прикосновение пальцев к ее подбородку и вовсе лишило Линн возможности рассуждать здраво. Что за безумие!
На следующее утро она спустилась к завтраку в строгом костюме, очень похожем на давешний. Выяснилось, что Реймонд уже укатил по делам. А Норман сидел за столом, и вокруг него хлопотала Эфи, занимая болтовней.
При виде Линн он неодобрительно сощурился.
— Не слишком ли официально ты разоделась для поездки в город?
— Увы, ничего другого я с собой не захватила, — заметила Линн, присаживаясь и наливая себе кофе; от завтрака, приготовленного Эфи, она решительно отказалась.
И почему это в повседневной одежде Норман Дейл казался ей еще более опасным и непредсказуемым, нежели в деловом костюме? Не потому ли, что стиралась дистанция между начальником и подчиненной, а на смену сдержанной учтивости приходила пугающая раскованность? Все эти месяцы Линн видела в Нормане только шефа. А теперь вдруг оказалось, что перед нею мужчина, причем чертовски привлекательный.
— И в туфельках этих по городу не походишь.
Линн неуютно поежилась. Ей и в голову не приходило, что предстоит экскурсия по городу!
— Боюсь, я…
— Ничего другого не взяла? — услужливо докончил Норман. — Пожалуй, придется подобрать тебе смену одежды, заметил он, откидываясь на стуле и окидывая собеседницу долгим, оценивающим взглядом.
— О нет! — тут же возразила Линн. — В этих туфлях и костюме мне будет вполне удобно.
— В офисе.
— На главной улице расположен неплохой магазин, — встряла в разговор Эфи. — Обувь там тоже продается. Словом, все, что душе угодно. — Девица в свою очередь оглядела гостью. — Мистер Дейл прав, знаете ли. Наряд ваш не для наших мест!
Линн охотно придушила бы девчонку своими руками: того и гляди придвинет стул поближе и без зазрения совести вступит в беседу, позабыв о маленькой подробности: платят ей, собственно говоря, за уборку! В раковине громоздилась неприглядная гора грязной посуды. Похоже, накануне вечером Эфи отложила дела до лучших времен.
— Не думаю, что стоит обновлять гардероб ради того, чтобы побродить пару часов по провинциальному городку, — холодно заметила Линн.
— Целиком и полностью с тобой согласен, — заверил Норман, вставая. — Одной смены одежды вполне хватит, и еще что-нибудь на вечер, если в твоих запасах — только костюмы вроде этого.
Линн промолчала: она ощутила себя в ловушке. Еще минута — и Эфи, похоже готовая заниматься чем угодно, кроме уборки, примется рассуждать о макияже…
— Знаешь дорогу к центру? — спросил Норман десять минут спустя, заводя мотор, и Линн покорно кивнула. — Кстати, прими мои поздравления, — проговорил он, когда усадьба осталась позади, а вдали показался город.
 
— По какому поводу? — сдержанно осведомилась Линн.
Ведь личные секретарши, несмотря на название должности, личных чувств лишены — или, по крайней мере, не дают им воли на работе, даже несмотря на обманчивую фамильярность шефа.
— Ты — лучшая из помощниц.
— Большое спасибо.
Отвернувшись к окну, Линн принялась высматривать нужный указатель. Трехдневная увеселительная поездка мало-помалу превращалась в кошмар, не поддающийся описанию. Покупать одежду в компании Нормана Дейла? Ох, что будет дальше?
  
ГЛАВА 4
 
Они припарковались на стоянке, дальше пошли пешком. Все вокруг казалось Линн до боли знакомым — точно она и впрямь вернулась в прошлое. В далекое детство, когда ездила за покупками на велосипеде. На руле покачивалась корзинка, из нее торчали батон, бутылка молока, пучок зелени…
На высоких каблуках Линн едва поспевала за Норманом, а тот шагал себе вперед, по-хозяйски оглядываясь по сторонам.
— А ведь ты так толком и не поела? — бросил он на ходу. — Тут поблизости кафе найдется? Ты бы позавтракала, а за едой рассказала бы мне о городе.
Линн зябко поежилась. Да, одета она и впрямь не для сегодняшней прогулки по булыжной мостовой: нынче солнце явно проигрывало битву обжигающе холодному ветру. И туфли, предназначенные исключительно для офисных ковров, немилосердно натирают ноги. Надо было захватить пару попроще, но кто же знал, что повестка дня включает марафонские дистанции!
— Можно выпить кофе в супермаркете. Тут недалеко, за углом.
С тех пор как Линн приезжала сюда в последний раз, главную улицу закрыли для транспорта, чему молодая женщина весьма порадовалась. В прошлом тротуары были такими узкими, что прохожие с трудом уворачивались от проезжавших машин. А теперь вдоль дороги росли декоративные вишни. До чего красиво!
Едва переступив порог супермаркета, Линн убедилась: и здесь без перемен не обошлось. Магазин модернизировали. Поднимаясь вверх по эскалатору, она одобрительно отмечала удобство планировки и изящный дизайн интерьеров. Продавщицы как на подбор щеголяли в бледно-голубом, точно медсестры.
— Мне только кофе, — твердо сказала она Норману, едва тот остановился перед небольшой кондитерской.
Пока Линн выбирала столик, спутник ее возвратился с гигантским пончиком и всунул угощение ей в руки, веля непременно съесть. Линн вежливо улыбнулась и осторожно надкусила пончик. Она редко баловала себя сладостями, главным образом потому, что просто забывала о них, делая покупки на неделю.
— Ты словно проверяешь, не отравлен ли? Только не говори, что ты из тех сумасшедших женщин, что вечно сидят на диете!
Линн откусила побольше и едва не поперхнулась джемом. Под взглядом Нормана она ощущала себя крайне неловко. Чего уставился! Пончики с джемом и исполненный достоинства вид друг друга исключают. Линн вытерла губы салфеткой, с трудом сдерживая улыбку.
— Диета? Еще чего не хватало!
— Значит, ты очень мало ешь.
Линн пожала плечами.
— В жизни незамужней женщины еда играет не самую главную роль.
— Один — ноль в пользу брака.
На что секретарша ничего не ответила. Вместо этого принялась пересказывать историю городка — то немногое, что знала сама, — упоминая местные достопримечательности, способные привлечь туристов не меньше, чем Корт-хаус.
— Разумеется, Монкфорд прав: переоборудовать особняк под отель — недурная идея, — заметил Норман, отхлебывая кофе. — Я уверен, что фонд охраны памятников старины возьмет на себя хотя бы часть расходов по его содержанию. А почему ты так яростно выступила против?
— Корт-хаус — действительно памятник старины. Однако мне думается, что покой и тишина — основные достоинства усадьбы.
— А хозяин дома явно стремится не к этому. Похоже, он вообще не балует родовое гнездо своим присутствием. Заглядывает на денек время от времени, а живет по большей части в Эдинбурге.