Три правила ангела (СИ)

Но всё равно Ленке было весело, потому что Новый год – это вам не восьмое марта и не первое мая. Это праздник особенный, когда обыкновенный скучный мир смешивается с тем, где есть Хогвартс и живут хоббиты, ну вот как молоко с кофе смешиваются, так и они тоже. В реальности Хогвартса и хоббитов Старообрядцева ни капли не сомневалась, просто при рождении не в туда угодила. А что делать, и такое случается.
– Ма-аленькой ёлочке… – Нет, не так! – Добрый дедушка мороз подарков воз зимой привез. Купил Валерику и Вареньке варежки и валенки.
Про варежки и валенки вышло не очень. Зубы ещё, конечно, не стучали, но так подрагивали, слегка цепляясь друг за друга. Холодно! И это тоже классно. Купить, что ли, у носатого ёловых веток? Наверняка у него есть ненужные, недорого отдаст. А что, Элизе Анатольевне точно должно понравиться.
Ленка похлопала по карманам, проверяя, на месте ли кошелёк. Как назло, в куртке его не оказалось, дома забыла. Так ведь она только на минутку выскочила, чтобы мусор выкинуть. Теперь наверх подниматься, потом возвращаться – целая история. Ещё дядюшка с вопросами привяжется, куда это племянница собралась, хотя ещё с утра заявила, будто у неё выходной.
– Эх! Везёт Сенька Саньку с Сонькой на санках. Санки скок, Сеньку с ног, Соньку в лоб…
– Лена? Вы чего тут мёрзнете?
– … все в сугроб, – выпалила Ленка на автомате.
Совершенно незаметно подкравшийся Андрей очень выразительно приподнял брови.
– Здрасти, – поздоровалась Старообрядцева, чувствуя себя полной дурой.
– Вы знаете, что у вас от холода даже нос побелел? – поинтересовался блондин. – Пойдёмте в машину, хоть отогреетесь.
– Да не надо, – не слишком уверенно протянула Ленка, прикрывая нос варежкой. – Я так…
Почему-то говорить, что она живёт в одном доме с Максом, не хотелось, а с ходу придумать что-нибудь умное не получалось.
– Чего так? Заболеть решили и назло физруку школу прогулять? Пойдёмте, пойдёмте.
Андрей, не церемонясь, взял её за руку и поволок куда-то. Оказалось, совсем недалеко, Ленка даже возразить не успела, а красавец уже запихнул её в машину вроде Максовой, тоже чёрную, до невозможности навороченную и ещё больше смахивающую на танк. Собственно, в салоне вполне можно было жить, у них с мамой кухня и то меньше. А ещё откуда-то из-под передней панели дуло тёплым ветром, мотор урчал тихонько, как кошка Тигра и пахло чем-то непонятным, но хорошим.
– Вот так гораздо лучше, – заявил Андрей, садясь за руль и стряхивая с длинной чёлки изморозь, мгновенно превратившуюся в капельки воды. – А вы почему на меня так смотрите?
– Просто, наконец, сообразила, на кого вы похожи, – проворчала Старообрядцева, независимо отворачиваясь к окну.
– Это интересно. И на кого же?
– На эльфа. Только не как во «Властелине колец», а как в анимешках. Ну которые все из себя красавцы, только злодеи.
От смущения и острого неудобства Ленку понесло и куда ещё вынесет, пока было непонятно. В машине ей совсем не нравилось и рядом с Андреем не нравилось. А вот сам блондин нравился да ещё как, несмотря на то, что он сходу, даже имени её не узнав, практически пригласил в постель. Это, кстати, Лене не нравилось категорически и то, что он сейчас заржал стоялым жеребцом тоже. Но вот чёлка, которую он то и дело зачёсывал пятернёй назад, а она снова падала на бровь с крошечным шрамом, нравилась.
В общем, непонятно всё и лучше б ей сейчас оказаться дома. Или на работе. Или ещё где-нибудь. Например, на Луне, хорошее же место.
– Вам кто-нибудь говорил, что вы самая настоящая прелесть? – спросил Андрей, отсмеявшись. Ленка, упорно таращась в окно, но ничего за ним не видя, отрицательно помотала головой. – Значит, вы общались исключительно с идиотами. Хотя Макс рассказывал про того орангутанга, которому вы в нос дали.
– И зачем он вам про него рассказывал? – буркнула Старообрядцева, которой непонятно с чего примерещилось, будто на улице разом ночь наступила.
– Ну должен же я был у него спросить, прежде чем начинать за вами ухаживать. Я друзьям дорогу не перебегаю.
 
Андрей потянулся и аккуратно заправил выбившуюся прядь Ленке за ухо. Из дома-то она без шапки выскочила, да с утра не особо и причёсывалась, так, заколола пучок и сейчас наверняка смахивала на бабу Ягу, свалившуюся с печки. Но, вероятно, это значения как раз и не имело. Важно то, что этот недоэльф спрашивал у Макса, можно ли за ней, Ленкой, начать ухаживать. «Ты не против, друг?» «Да без вопросов, брат! У меня Степашка есть!» – так оно и случилось, Лена спорить была готова.
Споры спорами, а её это совершенно не трогало, вот ни капельки. Просто за окном машины почему-то темно и кусты расплывались, будто она на них сквозь воду глядела.
– А вас это удивляет? – напомнил о своём существовании Андрей.
– Что? – тупо переспросила Лена.
– Что я за вами ухаживать собираюсь.
– Ну, вообще-то, да. Значит так. – Ленка развернулась к нему. «Беда с девкой! – говорила мама. – То молчит, молчит, а то как ляпнет, так хоть стой, хоть падай!» – За мной ухаживал Сашка, это ещё в Мухлово. Мне было четырнадцать, а ему семнадцать. Он меня пригласил в город, в клуб ночной. На мотоцикле.
– Поехали? На мотоцикле же, да ещё в клуб.
– А то!
– И как?
– Коктейль был вкусный, сливочный, с клубникой. Только крепкий очень.
– Дальше можете не рассказывать.
– Почему это? Мы с ним начали гулять. Он меня из школы встречал. На мотоцикле. На восьмое марта сердечко подарил, такое серебряное. Его ломаешь на две половинки, и одну носишь сам, на цепочке, другую девушке отдаёшь. А потом он в армию ушёл и письма писал. «Жду ответа, как соловей лета». Очень трогательно, между прочим.
– И как, дождались из армии?
– Дождалась, – серьёзно кивнула Ленка. – Он с женой приехал родителей навестить. Ей как раз до родов месяца три оставалось. Потом я сюда уехала, это года через два уже было. Тут за мной тоже ухаживали. Ашот и Зелемхан – это с рынка, и Ванька с Колькой, охранники.
– Представляю.
– Ну да. Только я Кольку ящиком из-под помидоров оприходовала, правда он лёгенький был, Колька с фингалом всего-то дней десять ходил, но ухаживать почему-то все перестали. Потом появился Виталька, это я уже в ларьке работала. Каждый вечер ко мне шлялся, пиво приносил. Посидит, сам всё пиво выпьет, и уйдёт. А потом в кино пригласил. И мы с ним тоже начали гулять. Всё, больше за мной никто не ухаживал.
– По всей видимости, сейчас я должен с визгами убежать? – изрядно помолчав, предположил Андрей.
– Можно без визгов, – разрешила Ленка. – Только ухаживать за мной не надо. Не люблю я этого. А то с дури и вас ящиком… стукну.
Старообрядцева решительно открыла дверь автомобиля, сама не поняв, как ей это удалось с первого раза сделать. Морозный воздух дохнул в лицо, прогоняя муть с глаз.
– Подождите, Лена. Вы меня не поняли, я совсем не то сказать хотел.
Но её абсолютно не интересовало, то или не то, и что вообще там хотел Андрей. Домой бы, залезть от стыда под подушку, никого-никого не видеть и самой рта больше никогда не раскрывать.
Права была мама, беда с девкой!
Глава 6.2
Ленка, глодая себя за неумение язык за зубами держать и талант выступать не ко времени, почти успела дойти до своего подъезда, когда сообразила: во дворе творится что-то не то. Люди странно сновали, одни бежали к арке, за которой выход на Октябрьскую, и во двор четвёртого дома по Мирной, другие наоборот, подтягивались к ёлочному базару. Причём никакой системы в их передвижении не было, вон женщина подхватила карапуза в ярко-красном комбинезоне и дунула прочь с таким энтузиазмом, что даже снег взвихрился небольшим, но явственным буранчиком. Мужчина же подсадил девочку в пятнистой шубке себе на шею и, работая локтями, начал пробираться к теремку. Наверное, ему пришлось попотеть, потому как людей во дворе оказалось неожиданно много: тут тебе и родители с детишками, пришедшие на горку; и покупатели ёлочек; и любители бесплатного селфи с фанерными фигурками; и просто зеваки, вечно оказывающиеся там, где народ собирается.