(не) девственница для дракона (СИ)

— Анна, тебе лучше поспать, — сказал серьезно, с нажимом, но все же не смог скрыть улыбки.
— Лорд Ректор, вы всегда такой занудный? Включите что-то бодрое. Ну, пожалуйста!
Значит, он занудный? Попросила бодрое — так получай. И Арденс через музыкальный артефакт заставил звучать военный марш гусар Загорья. Барабаны, гонги, бравое хоровое пение — бодрит лучше холодного душа.
Анна скептически подняла бровь, но потом махнула рукой и пустилась в пляс. Она прыгала и дурачилась на его постели, как малый ребенок, пока не раздался хруст. Арденс запустил пятерню себе в волосы и взлохматил их — о, Драк Всемогущий, она сломала ему кровать!
Девушка же беззаботно махнула рукой бросив "Я починю потом" и подошла к мужчине.
— Потанцуй со мной, Габриэль! Ну же! Я приглашаю тебя! — Анна схватила его за руки и потащила в центр комнаты.
— Извини, я не танцую… так.
Девушка огорченно поджала губки:
— А как?
И тут она словила его взгляд. Застыла. Мигом сделалась серьезной и, полностью игнорируя бой барабанов, повинуясь какой-то своей внутренней мелодии, плавно задвигала бедрами. Девушка все больше поддавалась только ей известному ритму, гипнотизируя Арденса взглядом, разжигая в нем все большее желание. Анна провела руками по своему телу, потом подошла к мужчине и, положив руку ему на грудь, медленно присела, так же плавно поднялась, прогибаясь в спине. Наконец девушка положила руки Арденсу на плечи, заставляя и его неспешно кружиться.
Ее движения были далеки от совершенства, она смущалась даже в таком пьяном состоянии… Но проклятый Урх, от этого ее танец становился еще соблазнительней.
Арденс сам привлек ее к себе и поцеловал — нежно, но требовательно. И она ответила — страстно, горячо. Его девочка. Только его! Арденса захлестнуло неимоверное желание и он опустил девушку на плащ, осыпая ее шею поцелуями. Потом же немного приспустил лиф ее платья и застыл — Драк Всемогущий, что же он делает!?
— Тебе лучше поспать, — сказал глухо.
Мужчина отстранился от Анны, но она удержала его.
— Но почему? Я… я хочу вас, — с волнением произнесла девушка, боязно отводя взгляд.
Арденс шумно выдохнул и закрыл глаза. Так тяжело ему еще никогда не было.
— Ты пьяна. Это говоришь не ты. Спи, Анна, — он укрыл ее второй половиной плаща и поцеловал в лоб.
Резко поднялся и отправился в ванную комнату. Вылил на себя ушат ледяной воды. Потом еще один. Это немного помогло снять напряжение тела, только жаль с мыслями все было не так просто.
Когда он вернулся в комнату, девушка уже крепко спала. Он лег на сломанную кровать, но не мог забыться. Присутствие Анны все еще для него было слишком волнующим, даже болезненным.
Он переместился на полигон и пробыл там до утра. Занимался с мечом, только физические нагрузки помогали подавить неудовлетворенное желание.
Вернулся уже под утро. Девушка все еще спала. Тогда он присел возле нее на корточки и положил руки ей на спину. Он плел защитные заклинания одно за другим. На все случаи жизни. Потом же повторил плетение в обратном порядке и погрузил в кожу девушки. Это называлось обратным плетением и позволяло замаскировать заклинание — теперь ни она сама ни кто-то еще не смогут увидеть щиты. Конечно, по-хорошему, он должен был спросить ее разрешения, но, зная Анну, с нее еще станется и отказаться. Тогда придется снова поджидать момент, чтобы поставить щиты незаметно… А тут выпала прекрасная возможность.
Конечно, щиты тянули его силу, но самую малость, в мирное время это никак не сказывалось на его магическом резерве. А еще он сможет всегда определять местоположение Анны — не то, что бы Арденс планировал следить за ней, но иногда это может быть весьма полезным.
Вдруг веки девушки затрепетали и она начала дышать чаще. Арденс поспешно поднялся и отошел к окну: сейчас Анна проснется, но мужчине почему-то казалось, что она не вспомнит свое ночное пробуждение. Так будет даже лучше. Ей не придется краснеть, извиняться и оправдываться. А ее безумный танец и не менее безумный последующий поцелуй останутся его маленькой тайной, как и ее несмелое признание: "Я хочу вас".
 
— Бекка, закрой обратно шторы, пожалуйста. Этот свет меня убивает, — простонала я, когда солнечный луч резанул по глазам, не хуже ножа.
Снова послышался шорох штор и я опять застонала — уже облегченно. Впрочем, глаза открывать не спешила: вставать совершенно не хотелось. И даже если бы хотелось, то не моглось.
Голова трещала по швам, а когда я попробовала ее поднять — меня словно саданули оглоблей, так что я оставила и эту затею. Все тело ныло, к горлу подступала тошнота… Ой-йой! Проклятый Урх, меня же сейчас вырвет! Глаза открылись сами собой и тело даже сделало неуклюжую попытку вскочить… Очень неуклюжую… Но, слава Всевидящему, рядом со мной обнаружился пустой медный таз, так что бежать никуда не пришлось.
Божечки-кошечки, как противно — меня не рвало со времен глубокого детства, когда я отравилась старыми грибами. И вот так угораздило на ровном месте. Я вытерла краешек губ рукавом и чуть-чуть подняла голову, расширяя поле обзора, в надежде отыскать воду или хоть какую-то жидкость, пригодную для питья. Попутно не пожалела капли магии, чтобы сделать свежим дыхание. От этого как-то сразу легче стало, даже в голове немножко прояснилось.
Ооо! Графин с водой! Рядом стояла еще и кружка, но я ее проигнорировала, предпочитая пить прямо с горла.
— Вот и сказочке конец, — откуда-то из-за круга моего обозрения раздался низкий ироничный голос.
От неожиданности я поперхнулась, распыляя драгоценную влагу вокруг себя. Если бы шторы были открытыми, наверняка бы появилась радуга…
С трудом приказала своим глазам смотреть и видеть окружающий мир. Я была в комнате — в абсолютно незнакомой. Лежала на полу на плаще — до боли знакомом. Впрочем, даже и без трижды проклятого плаща я уже знала, в чьей спальне нахожусь.
Как я оказалась здесь? Последнее, что я помнила, это разгневанный взгляд Габриэля и мои никчемные потуги сделать отжимание. А дальше темнота. О, Всевидящий, неужели я уснула прямо на земле!? Какой позор…
Хозяин апартаментов стоял возле окна, скрываясь в тени штор. Наблюдал за мной. Улыбался.
Какого лешего он постоянно довольный, в те моменты, когда мне критично плохо?
— Да уж, я, как настоящий дракон, притащил в свое темное логово принцессу, ожидая ее прекрасного пробуждения… Вот только сомневаюсь, что в сказке все происходило именно так.
— Прекратите сравнивать себя с драконом, — я плавно присела-перетекла на попу, оперевшись спиной о стену и снова прикрыла глаза, унимая головокружение. — Иначе я могу не удержаться.
— И? Что же ты сделаешь? — донеслось украдчивое. Я не видела, но всем телом ощущала, что Габриэль приближается ко мне. Кошмар, и я не противна ему сейчас?
— Воспользуюсь оружием, что вы мне сами дали, — и я извлекла из-за голенища сапожка кинжал, что теперь послушно всегда носила с собой, и, не глядя, выставила его в сторону, в которой предполагаемо находился мужчина. К моему удивлению, клинок уперся во что-то твердое. Пришлось вновь отрыть глаза: острие оружия касалось груди Габриэля, который на корточках присел возле меня. Сам же мужчина, казалось, абсолютно не замечал прикосновения стали.
— Так ты уже выяснила, что это оружие именно против драконов? — Габриэль провел лукавым взглядом кинжал, что я опустила и собралась упрятать обратно в сапог. На его губах плясала улыбка.
— Насчет драконов не скажу, но против вас оно точно действует губительно — это мы знаем и без моих экспериментов. Так что не злите меня, Ректор.
Габриэль ухмыльнулся. Я же неуклюже, непослушными пальцами, боролась со шнуровкой сапожка. И тут мой мозг пронзила внезапная мысль… Нет, даже не мысль, а критично острое ощущение того, что я и Габриэль на этом самом плаще были преступно близки. И те полметра, что разделяли нас с мужчиной, оказались ничтожно малым расстоянием, и я каждой клеточкой своего тела ощущала его присутствие рядом. Стало жарко, из комнаты словно выкачали весь воздух. И в то же время внизу живота вдруг зародилось горячее чувство возбуждения. В голове замелькали интимные воспоминания. Ведь это он — мой первый и единственный мужчина. И это он сейчас прямо возле меня, на коленях.