Карнивора (СИ)
Марика хитро улыбнулась.
— Что? — снова не выдержал Кит.
— Заключили торговое соглашение! На протяжении двух с половиной веков Аргения — точнее, тогда еще королевства Идрия и Айльон — успешно торговали с Изулом по морю. Этого почти нет в аргенских источниках — видимо, они были уничтожены во время первой войны, чтобы людям проще было думать об изульцах как о диких варварах — но зато есть в изульских. И из них ясно следует, что долгое время Идрия, Айльон и Изул были партнерами и даже союзниками.
— А затем Легува, король Айльона, напал на Идрию и захватил ее, — вспомнил Кит.
— Именно. В ответ Идрия обратилась за помощью к южанам, и тогда и случилось второе вторжение. Большая часть Айльона отошла к Изулу, оставшаяся присоединилась к Идрии, и из этого возникла современная Аргения.
— И ты думаешь?..
— Да. Я думаю, что в первый раз изульцев остановил Король Леса. Я думаю, что сейчас он должен прийти снова. И я думаю, что мы должны его найти.
— И ты знаешь, где его искать? — впервые подал голос Дор, доставая из кармана яблоко.
Марика неожиданно широко — и даже, пожалуй, немного хищно — усмехнулась.
— Я думаю, да.
* * *Они просидели всю ночь, изучая карту. Конечно, Кит и раньше видел схему расположения Кругов, и не одну, но все равно не мог оторвать взгляда от той, что сделала Марика. Здесь было все, что она успела найти про каждый из Кругов — в летописях, свидетельствах очевидцев, магических трактатах, сборниках сказок и религиозных текстах. Кит не сомневался, что в эту комнату на время перекочевала значительная часть кастинийской библиотеки, и удивлялся только, почему она не занялась своими изысканиями в школе. Ответ, впрочем, был очевиден — ближе к полуночи к Марике пришел паж принцессы, и она с коротким вздохом оставила их.
Но Кит с Дором продолжали сидеть на полу, разглядывая обозначения и подписи на карте. Кроме самих Кругов и примечаний к ним там было проведено множество линий, от одного Круга к другому, и их пересечение складывалось в странный рисунок, завихрение кривых, будто по центру карты закручивалась гигантская воронка. И между ними было вписано рукой Марики: Carnivora.
— Ты знаешь, что это значит? — спросил Кит у Дора, листая «Идрийские предания».
— Знаю, — кивнул тот, катая по карте яблоко. С каждым новым кругом оно все ближе приближалось к центру воронки и странным буквам. — В одном из вариантов легенды о Короле Леса враги победили его в месте, которое называлось так. Король Леса исчез, но оставил там свою Корону. Ну а еще так называются леса к северу от реки Сенья, — добавил Дор будничным тоном.
— И тот, кто будет коронован этой Короной, станет новым Королем? — Кит внезапно вспомнил странные слова Марики, когда она вернулась из Круга под Файрой. «Нам нужен новый король».
— Можно, наверное, сказать и так, — странно усмехнулся Дор.
Кит ничего не ответил, разглядывая черные буквы на карте. И тут вдруг в голове у него что-то щелкнуло, и он понял, что именно сейчас — нужный момент.
— Де Виранези или Луара? — спросил Кит, посмотрев на Дора в упор.
Тот долго молчал, продолжая катать яблоко — оно уже крутилось почти в самом центре — а затем очень спокойно ответил:
— Ни тот ни другой.
— Но ты здесь не сам по себе. — Кит не спрашивал. Он знал это.
— Верно, — кивнул Дор.
— И ты не скажешь мне, кто это.
— Нет.
Ответ звучал уверенно и неоспоримо. И тем не менее Кит знал, что выбрал момент правильно. Был убежден в этом. Поэтому, все так же глядя Дору в глаза, он сказал:
— Мне нужна будет помощь. Когда все начнется.
И снова Дор кивнул.
Кит был Лисом. Он умел убеждать и обманывать, знал цену словам и умел ее назначать. Успел заключить немало соглашений и контрактов, и многие из них нарушил безо всяких сожалений. Он знал все о том, как совершать сделки. Но никогда раньше не был так уверен в том, что заключенный им договор будет выполнен.
Далеко в Лесу Лис лег и прикрыл нос пушистым хвостом. Это была не его игра — он не стал бы ставить на честность. Но он умел ждать.
Он ждал много осеней, чтобы нанести последний удар.
* * *Кит мог больше не волноваться по поводу Дора — и решил, что может хоть немного расслабиться. Принцесса все еще не желала с ним говорить, а Марика по-прежнему удалялась в ее покои — прекрасно. Он тоже умел себя развлечь.
«Развлечение» звали Иолой, у нее был чудесный, звонкий, заразительный смех и очень красивая длинная шея, которую Иола выгибала, откидывая белокурую головку назад — когда смеялась… и не только. И все это помогало. Утром Кит просыпался бодрым, собранным, с ясной головой и желанием решать самые сложные вопросы. Он написал Фридгерну длинное подробное письмо, и получил на него весьма обнадеживающий ответ. Конечно, знай Кит точные сроки, спланировать все было бы значительно проще… Но приходилось работать с тем, что есть. С туманными прогнозами Марики и молчаливым обещанием Дора.
Зато теперь у Кита была Иола, гарантированная и болтливая, и это более чем примиряло с остальной ненадежной действительностью. Он перестал ужинать у Марики — мстительно подумав, что теперь они с Дором могут сколько угодно радоваться своим воспоминаниям и непонятным шуточкам. Кит больше не собирается им мешать. Лучше он будет сам радовать собственными шутками кого-то, кто точно будет им рад. И Иола радовалась. Чудесно, заразительно и очень звонко.
Настолько, что он не сразу услышал стук в дверь. Видимо, так сильно не сразу, что стучавший больше не смог ждать. Раздался скрежет засова — хотя ключ лежал на столике у кровати, а в за́мке было только два человека, которые могли бы и отпереть дверь, и снять нехитрое заклинание, наложенное на нее Китом. Однако этого он тоже не слышал. Иола слишком звонко смеялась.
— О, во имя Леса, Кит, — опять?!
Иола взвизгнула, прытко скатилась с постели, ловко завернувшись при этом в покрывало, чудесно покраснела и выскочила из комнаты.
Марика стояла посреди комнаты, уперев руки в бока.
— Что — опять? — невозмутимо спросил Кит, успев, впрочем, сесть и прикрыться подобранным с пола балахоном.
— Почему тебя всегда тянет на безмозглых блондинок?
— Ты только что назвала безмозглой наследницу престола.
— Это было исключение, подтверждающее правило.
— В чем дело, Марика? Ты вломилась ко мне в ночи, чтобы обсуждать мою личную жизнь?
— Нет, конечно. Твоя личная жизнь сама на меня выскочила.
— Ты…
— Спокойно, Кит. Я правда пришла сюда не за этим.
— Тогда говори. — Он успел натянуть подштанники и рубаху.
— Ты был прав. Насчет Элии. Я только что услышала разговор Луары и Минеско, одного из людей Сеона. Уверена, они не думали, что их кто-то слышит, поскольку стояли под стенами замка на улице Палачей.
— И? — невнятно спросил он из-под балахона.
— Они обсуждали планы похищения принцессы. Когда… это станет актуальным.
Кит вздохнул. Он узнал о планах Луары и Сеона еще несколько дней назад — вернее, об их точных планах. О том, что Элии нельзя оставаться без защиты в Кастинии после смерти короля Теодориха, он знал еще до своего приезда в замок. Но хорошо, что Марика пришла к нему с этим — пусть она и не сообщила Киту ничего нового.
Он встал с постели, уже полностью одетый, и хотел было ответить ей — как дверь распахнулась снова, и в комнату вошел Дор.
— Вы решили устроить паломничество ко мне сегодня? — воскликнул Кит раздраженно, а Марика фыркнула.
Дор молча поднял руку. Сейчас он был без перчаток, но всю ладонь закрывал большой ярко-красный кленовый лист. Кит замер. Марика громко вздохнула.
— Король умер, — сказал Дор тихо.
* * *Кит тщательно прислушивался к звукам в замке, пока они шли по узким темным коридорам — но все было тихо. Возможно, кроме них троих никто еще не знал о смерти короля.
Но тогда возникал вполне закономерный вопрос — а откуда о ней узнал Дор?