Лидия. Головная боль академии. Книга 2 (СИ)
***
Лидия
Мы с Лессаром не нашли лучшей идеи, чем спрятаться в чулане под лестницей.
Ну, а что? Любопытных соседей нет, из свидетелей только вёдра да швабры. Теснота, конечно, но нам ведь не вальсировать здесь, а всего лишь прыгнуть в портал.
Вышли мы в тускло освещённой гостиной, где меня тут же сграбастала в объятия мама:
– Наконец-то! – кажется, у меня трещат рёбра. – Восемнадцать лет! Моей девочке восемнадцать лет! Ах...
– Ма... – прокряхтела я. – Я не одна.
Меня тут же отпустили и передали в объятия дедушки, с которым я сравнительно давненько не виделась.
– Как похож! – воскликнула мама. – У Лисса когда-то тоже были чёрные волосы...
– Здравствуйте, герцогиня, – поклонился Лессар и представился: – Лессар Мейо.
– Думаю, мне нет смысла представляться, – кокетливо, как она это умеет, дёрнула плечиком мама. – Не будем терять время. Начинайте.
Лессар познакомился с папой и дедулей, а я поймала о-о-очень недовольный и жгуче-ревнивый папин взгляд.
Ну, начинается...
– Ритуал проведём здесь, – сообщил деда. – Лидия, Лессар, подойдите сюда, – он указал на пространство около стеклянного журнального столика.
Мой почти бывший парень выглядел напряжённым и мрачным, а я... мне вдруг стало ясно, что даже если ритуал не покажет опасно близкого родства, нам всё равно не быть вместе.
Всё началось и закончилось мгновенно: протянутые ладони, порезавший их одновременно ритуальный кинжал и незнакомое мне заклинание на эльфийском. Причём язык эльфов я довольно сносно знала, но тут не разобрала и половины слов. Похоже, запомнить с первого раза без шансов. Хорошо, что у меня в кармане записывающий артефакт.
П – предусмотрительность.
Ладонь ощутимо зажгло в месте пореза, чего не бывает при произнесении клятвы, и в воздух взмыли капли нашей с Лессаром крови, слились воедино, а затем с шипением разлетелись в стороны.
– Генетическое родство близко к максимуму. Будь вы чистокровными эльфами, ваш брак не благословил бы ни один храм, – заключил дедушка.
– Спасибо, – кивнула я.
Что ж, оно и к лучшему.
Зато Лессар с трудом удерживал лицо, глядя себе под ноги и не обращая внимания на медленно и болезненно затягивающуюся рану на ладони.
– Лессар, мне нужно поговорить с родителями. Подождёшь меня? – я несмело погладила его по плечу. Он кивнул.
Мама с папой уже о чём-то шипели друг на друга чуть в отдалении.
– Ну что, вы готовы к появлению в нашей семье нового родственника? – поинтересовалась у них и поймала мамину улыбку и папин пропитанный скептицизмом взгляд. – У Лессара из родных только мама, и я бы хотела, чтобы они переехали жить к нам.
– Родство измеряется не только генами, – сердито прошипел папуля.
– Лисс, вот, давай без ревности, а?
– Я видел, как ты на него смотрела. Я сказал: нет!
– Пап, да он вам в сыновья годится, – шёпотом возмутилась я.
– Вот именно! – подтвердила мама и обратилась ко мне: – Не волнуйся, Лидия, сейчас Лисс остынет, ещё раз хорошенько подумает и согласится.
– Ладно. Тогда позову Лессара к вам, вы предложите ему и его маме помощь. А мне срочно нужно в дамскую комнату, – и я воодушевлённо полетела забирать из тайника то, что, вне всяких сомнений, изменит чью-то жизнь.
***
Лидия
К моему возвращению в гостиной чаёвничали мама с папой, бабушка с дедушкой и пребывающий в глубоком раздрае Лессар. А к ноге нашего гостя в бесстыдном порыве пристроился Чики-чики!
– Ах ты ж, похотливый кобелина! – я отпихнула пса от Лессара.
– А я говорила, что нужно его кастрировать! – вставила свои пять медяков мама, которой страсть как хотелось непринуждённо поболтать, от неё прям веяло гостеприимством и немного придурью, из чего я сделала вывод, что кое-кто распивал винишко перед нашим прибытием. То-то мама чересчур весёлая.
– Мам, не начинай, – я мысленно закатила глаза. – О чём вы договорились, пока меня не было?
Я стянула со стола пару завёрнутых в золотую фольгу круглых конфеток, развернула одну и сунула в рот.
«М-м-м! Вкусно! – мысленно воскликнула я и словила инсайт: – Вторая конфета мне пригодится!»
– В следующие выходные нас с мамой пригласили сюда для более обстоятельной беседы, – ответил Лессар, сидя с полной чашкой в руках. Держал он горячий сосуд обеими ладонями, совершенно не по-аристократически.
И я поняла: надо вытаскивать кузена обратно в привычную ему атмосферу. Хватит с него стресса.
– Нам пора, – сообщила я, сунув в карман несъеденную конфету. – Завтра ранняя побудка, а надо ещё подготовиться ко сну.
– Лидия! – возмутилась мама. – Ты же совсем нисколько с нами не побыла! Как же так?
Папуля что-то шепнул маме, та глянула на гостя слегка затуманенным взглядом, что означало переход на магическое зрение, затем кивнула и сказала:
– Что ж, я всё понимаю. Идите.
Попрощались мы за минуту, и вот, под нашими ногами прогремели вёдра чулана.
Я зажгла светлячок и посмотрела на Лессара.
– Ну, вот и всё, – произнесла и поняла, как сухо это прозвучало.
Он рвано и шумно выдохнул, а по щекам у него потекли слёзы.
Порыв – и я обнимаю того, кто стал мне дорог и близок.
– Я хочу, чтобы ты был в моей жизни. Хочу проводить с тобой время и делиться тайнами. Лессар, я тебя умоляю, не исчезай...
– Я тебя люблю. Ты ведь знаешь?
– Знаю. А я тебя. И я не готова тебя потерять.
– Первое время мне будет тяжело видеться с тобой. Думаю, нам лучше свести к минимуму наше общение в ближайшие пару недель, – вынес он вердикт.
Дистанцирование – это всегда смерть отношениям.
– Пожалуйста, не отдаляйся...
Всхлип. Его.
– Лия... Я знаю, что ты отпустила меня. Отпустила ещё в тот день, когда узнала о нашем родстве. Признаюсь, мне больно оттого, как легко тебе это удалось. Твои чувства ко мне изначально не были любовью к мужчине.
Это так. Не отрицаю. Но вслух не произнесу. Ни за что.
Пока пила зелье равнодушия, чтобы заглушить чувства к Наиру, я испытывала влечение к Лессару, но теперь... Он прав, я вполне удовлетворюсь братско-сестринскими отношениями с ним.
– Уверена, ты полюбишь другую девушку, – попыталась приободрить его, но вышло как-то не очень.
– Другую?! – да уж, последнее, о чём он сейчас способен думать, – это гипотетическая новая возлюбленная.
– Лессар, это не любовь-судьба. Ты ещё встретишь настоящую любовь.
– А что если она? – горько ухмыльнулся он.
– Нет. Любовь-судьба – явление природное, она не может быть противоестественной. К тому же, в твоей ауре другие цвета. Поверь мне, я знаю... – взболтнула и поняла, что зря.
– Знаешь? Откуда? – он отстранился и пристально посмотрел на меня. – Ты же не...
– Да, – поникла головой я.
– Но твоя аура... – и тут до него дошло: – У тебя артефакт, скрывающий ауру! А я-то думал, почему в ней нет цвета влюблённости.
Кивнула, подтверждая его слова.
– Кто счастливчик?
– Не уверена, что тебе стоит об этом знать...
– Даже так?
– Прости.
– Боишься сделать мне ещё больнее? Значит, я его знаю?
«Какие верные вопросы он задаёт...» – подумалось мне.
И тут я поняла, что пытливый ум Лессара догадается, кто мой избранник. Поэтому нужно сказать, чтобы не потерять доверие дорогого мне человека. Он должен быть рядом со мной хотя бы в качестве брата!
– Хорошо. Я скажу. Но пообещай мне, что ты не раскроешь эту тайну ни одной живой или мёртвой душе.
Лессар привычным движением достал кинжал из голенища сапога и принёс клятву.
И я решилась:
– Это ректор.
От меня отшатнулись, как от чумной:
– Плохая шутка.
– Это правда, Лессар. Это гадкая, до конца не принятая мной правда, – теперь я едва сдерживалась, чтобы не зареветь.
– Он знает?
Я помотала головой.
– Тогда ты в ещё большей заднице, чем я. Моё сочувствие.
– Теперь, когда всё раскрылось, я прошу тебя не исчезать из моей жизни. Ты мне нужен, Лессар, и я по-прежнему люблю тебя.