Воскресшие (СИ)

— Возможно, — вздохнул Твей и с силой провел ладонью по лицу, отчего оно покраснело. — Как вы узнали о камере и карте памяти?
— Очень просто. Спустилась в ад и допросила участника тех кровавых событий — девушку Адри, которая была убита во время безумного обряда. Ну или Глэй. Она предпочитала, чтобы ее называли именем брата.
Дарес недоуменно поморгал, явно не понимая, сказала я правду или пошутила.
— Алеста, мы уходим, — позвал дядя.
Радостно развернулась и бросилась к ним. Айзел мрачно посмотрел на Твея и перевел взгляд на меня. Я улыбнулась ему.
— Все в порядке? — уточнил Эйрен, тоже поглядывая на следователя.
— Все отлично. Мы просто перекинулись парой слов. Наа с Максилианом ждут в машине. Гантэр уже уехал.
— Идемте скорее, — поторопил всех Твигги.
— Да, скоро тут будет толпа журналистов, — согласился адвокат. — Нам лучше поспешить и убраться отсюда.
На всякий случай мы вышли из здания суда через черный ход. Когда я ступила на последнюю ступеньку крыльца, заметила, что Айзела нет рядом. Резко развернулась, ощутив, как в панике дернулось сердце.
Страх оказался напрасным. Айз стоял наверху и, запустив пятерню в волосы, встревоженно смотрел перед собой. Он словно не понимал, где находится и что происходит. Потерянное выражение лица, неверие и испуг в глазах, полная беззащитность перед миром.
У меня вышибло воздух из легких, грудь обожгло и сдавило от дикого желания помочь и утешить, мир перед глазами расплылся.
Сморгнула пелену слез, подлетела к Айзелу и сильно-сильно обняла, вжимаясь в него всем телом.
— Это правда? Это не шутка? — шепот над головой шевельнул волосы.
Боль стиснула горло. Нет, сейчас не время реветь!
— Не шутка. Все правда, Айз. Это реальность. Не сон и не игра воображения. Ты на свободе, ты будешь жить, ты… — сделала вдох, пытаясь унять дрожь в осипшем голосе.
— Маленькая, — Лендер обнял меня в ответ и подхватил, приподнимая над землей, чтобы наши лица оказались рядом. Из его глаз исчезло беспокойство, на губах заиграла легкая улыбка. Он, как и прежде, смотрит так, будто в мире не существует ничего и никого кроме меня. — Я думал, никогда тебя больше не увижу. Думал, что уж это точно конец. Я до последнего дня не сдавался, ангелочек. До последнего, но сегодня… сломался. Смирился с тем, что снова сдохну, потерял надежду… А сейчас я на свободе, представляешь? Как, ангел? Как такое возможно?
— Тш-ш, Айз, — погладила Лендера по заросшей щеке и прижалась своим лбом к его. — Ты никого не убивал, поэтому ты на свободе. Так и должно было быть с самого начала. Все слишком затянулось из-за недалеких и жестоких людей, — поцеловала его в уголок глаза. — Но мы наконец-то смогли всем доказать твою невиновность. Наконец-то добились оправдательного приговора. Жалко, что в последний момент.
— Кхм-кхм, — раздалось за нами покашливание Эйрена, — Айзел, Алеста, я прекрасно вас понимаю, но нам нужно спешить.
— Не отпущу, — выдохнул Айз и спустился вместе со мной вниз.
— Лендер, не таскай меня, не трать силы! — встревоженно вцепилась в его плечи. — Ты наверняка ослаб.
Он и раньше был худощавым, однако сейчас совсем осунулся.
— Я? Ослаб? — его грудь дернулась от грубого смешка. — Может быть. Но не настолько, чтобы не удержать тебя на руках. Ты мелкая и легкая, ангел.
У фургона он все же меня отпустил.
— Мы, наверное, с Твигги поедем? — вопросительно посмотрела на него.
Айз кивнул.
— Нет, Алеста, ты поедешь с нами, — категорично заявил Хел, прожигая во мне дыру тяжелым взглядом.
— Зачем? У тебя там Наа и Максилиан, адвокат Криус тоже с вами поедет.
Мы лучше с Твигги…
Хелир не позволил договорить: в два шага он преодолел разделяющее нас расстояние, с осторожностью схватил меня за руку и отодвинул рукав толстовки, обнажив мое запястье с кроваво-красной лилией.
— Думала, я не замечу? — тоном, замораживающим до самых внутренностей, спросил дядя.
Черт, а я так старалась ее прикрыть! Когда он разглядел? И самое главное, что теперь скажет Айз?..
Солнечное сплетение сжалось от страха, сердце бешено заколотилось в груди.
 
— Надо же было тебе именно сейчас об этом заговорить, — выдернула руку из его хватки и одернула рукав, досадливо поморщившись.
— Говорить будем дома. Живо в машину! — скомандовал Хел.
Каким же невыносимым он порой бывает!
— Нет, я поеду с Твигги и Айзелом. К себе домой.
Я развернулась к фургону, стараясь смотреть куда угодно, лишь бы не пересекаться взглядами с Айзелом.
— Что ты натворила, Алеста? — тихий опустошенный голос Хелира заставил мысленно взвыть.
Сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Совесть — штука беспощадная, мучить будет страшно и хладнокровно, но я не жалею о том, что сделала.
— Это был мой выбор.
Не шевелилась и не дышала, ощущая на спине прожигающий взгляд дяди. Мышцы живота сводило от волнения, тревога обвилась змеей вокруг горла и душила.
— Что за выбор?! Откуда на тебе эта дьявольская отметка? Господи, Ал, я просто хочу объяснений! Сядь в машину, и мы дома обо всем поговорим.
Обида захлестнула обжигающей волной. К щекам прилила кровь. Я не хотела сейчас оправдываться и просить прощения, я хотела побыть с Айзелом, а позже, отдохнув, рассказать всем о том, что сделала. Разговор был бы тяжелым, но у меня хотя бы оставался шанс морально к нему подготовиться. Хелир его забрал. Само собой, дядю можно понять, но все равно обидно.
— Извините, что снова влезаю, — вмешался Эйрен. — Давайте не будем здесь разбираться? Сейчас важнее уехать.
Спустя несколько секунд молчания Хел вместе с адвокатом ушли, а мы с Айзелом забрались в фургон и сели рядом на широкое заднее сидение. Я по-прежнему на него не смотрела, он тоже не проронил ни слова, Твигги управлял транспортом в тишине.
Со смирением ждала, когда Айз начнет ругаться и бушевать. Он не сможет спокойно принять мой поступок. Никто не сможет. Арден до сих пор сокрушается, хоть и поддержал меня.
Вздрогнула, почувствовав сухую холодную руку Айзела на своей руке. Лендер бережно обхватил ее, поднес к губам, медленно поцеловал и прошептал, опаляя кожу дыханием:
— Я этого не заслуживаю, ангел.
По всему телу пробежали приятные мурашки, острое чувство пронзило грудь и осело в ней согревающей пушистой нежностью. Как же я тосковала по нему…
— Заслуживаешь, — ответила твердо и заглянула в медные глаза.
В них не было ни осуждения, ни гнева, ни беспокойства. Лишь грустная задумчивость и… понимание.
— Я поступил бы так же ради тебя, — мягко произнес он, отодвинул рукав толстовки, открывая мое запястье, и погладил большим пальцем кровавый цветок. — Ты была там?
Догадался. Этого следовало ожидать.
— Была, — сказала внезапно ослабевшим голосом.
Аккуратные поглаживания прекратились.
— Они тебе ничего не сделали? — в голосе зазвучала сталь.
— Можно сказать, владыка обошелся со мной весьма любезно.
Поняв, что уже нет смысла ходить вокруг да около, рассказала ему о своем путешествии и о том, чем оплатила тур в ад.
— Спасибо. — Он переплел наши пальцы. — Ты мой ангел-хранитель, Алеста. Спасла от смерти, от ада и от тюрьмы.
Айз говорил успокаивающим и ласковым тоном, полным заботливого тепла и едва различимой горечи.
— Я думала, ты будешь возмущаться, — пробормотала с тихим изумлением. — Громко возмущаться.
Лендер с мимолетной улыбкой посмотрел на меня и коснулся ладонью моей щеки.
— Поверь мне, я жутко беспокоюсь о тебе и хочу многое сказать. Например, что не стою того, что из-за меня ты пожертвовала… — Он сделал глубокий вдох, на секунду закрыв глаза и мотнув головой. — Нет. Достаточно. Я не буду орать бешеным медведем и обесценивать твой поступок, ангел, — его слова поразили в самую душу, вызвав бесконечное, глубокое и капельку растерянное удивление. Я словно совершила великое открытие и обрела нечто ценное, заставляющее сердце биться чаще от чистого светлого счастья и восторга. — Ты и без того хороших слов не ждешь, трясешься вся, а я не хочу, чтобы ты так себя чувствовала рядом со мной.