Воскресшие (СИ)

— Вы!.. Он!.. — на лбу Кербера выступил пот, лицо покраснело, ноздри раздувались от частого дыхания.
Просто признай, что ты ошибался, упертый баран.
— Примите это, прокурор, — оставался предельно спокойным Эйрен. — Вы только что чуть не отправили на смерть невиновного человека.
Повисло гнетущее молчание.
— Прощу прощения за свою наглость! — в зал ворвалась Наа вместе с Максилианом. — Но я никому не позволю убить этого невыносимого товарища!
Мы удивленно поглядели на них, мальчик огромными глазами уставился на нас, а Гунвор попыталась отдышаться.
— Что вы делаете?! — повысил голос судья. — Врываться в зал заседаний во время…
— Да, вы правы, мы очень вовремя'. - дерзко заявила Наа и наклонилась к Максилиану. — Ты можешь все им рассказать. Не бойся.
— Мы не будем допрашивать ребенка без психолога, — попробовал остановить ее прокурор.
— А она с нами. — В подтверждение слов Наа в зал торопливыми шагами вошла полноватая рыжая женщина в прямоугольных очках. — Максилиан, скажи, что ты видел.
Опустив глаза в пол, ребенок робко заговорил. Он и в первую встречу показался мне любопытным и смелым мальчишкой, но кто бы мог подумать, что этот малец засунул нос даже в дела настоятельницы и подтвердил все то, что мы уже узнали. Она готовилась к ритуалу вместе с другими взрослыми.
— Пожалуйста, не убивайте дяденьку, — расплакался мальчик под конец своих слов, громко шмыгая носом. — Это все н-нас-настоятельница! Я… я видел монстров… Сущностей! Бэль тоже видела, но она боится, очень боится…
— Почему ты не рассказал об этом раньше? — спросил судья.
— Мне б-было страшно. Н-настоятельница приходила во сне и велела молчать.
— Теперь понимаете, каким человеком она была? — воинственность Наа восхищала. — Ребенку до сих пор снятся кошмары.
— Вы надавили на него! — вскочил прокурор, ударив ладонями по столу. — Пообещали ему что-то!
— Наа Гунвор не участвовала в наших беседах с Максилианом. Он признался во всем мне, а я поспешила рассказать ей, — вмешалась психолог. — Мальчик не выдумывает.
— Даже если бы выдумывал, вы все прекрасно видели своими глазами. Какие еще вам нужны доказательства? — обратился Эйрен к судье и прокурору.
И словно по заказу на весь зал разнесся изумленный с нотками радости голос Хелира:
— Детектив Еван очнулся! Кхм, извините.
На лице судьи промелькнуло облегчение.
— Это замечательная новость. После его допроса мы проведем нормальное слушание по делу Айзела Лендера и…
— Ваша честь! — на сей раз в зал ворвался следователь Твей.
А он-то здесь зачем? Присоединится к этим двоим и будет доказывать, что Айз — убийца?
— Да что за балаган вы устроили?! Это не проходной двор!
— Простите за вторжение, но ситуация чрезвычайная. Я поддерживаю немедленное освобождение Айзела Лендера и признание его невиновности. Получив аудиозапись и видео, мы арестовали Роджара Прейса. Он во всем сознался. Вот протокол допроса, — Дарес сам подошел к столу судьи и вручил ему бумаги. Тот кашлянул, недовольно встряхнул их и принялся читать. Следователь тем временем повернулся к нам и поведал интереснейшую историю: — В храме гармонии Роджара избрали проводником для девяти Сущностей, которые выпили жизни из участников обряда и вселились в их тела.
Его задачей было — помочь им адаптироваться в нашем мире и впоследствии помочь уничтожить человечество. Участковый понял, что план движется к провалу, когда в храм пришел Лендер, поэтому придумал способ себя спасти, повесив все на Чистильщика. В будущем Прейс планировал продолжить дело настоятельницы. Но и это не все! Меценат Аргус Марсел заехал в храм неслучайно. Его водитель — старый друг Аэлии. Он специально устроился на работу к Марселу, специально несколько раз рассказывал меценату о храме гармонии и нарочно повез его дорогой мимо Ошбрена. Они хотели использовать влиятельного человека и уже тогда устроить массовое вторжение. Сущность, создавшая огромную Помеху и захватившая мецената, чтобы не убить его в процессе, тренировалась на погибшей девочке Джонне. Все было так, как рассказывали Видящие и другие свидетели, — последнюю фразу он произнес с горечью и сожалением.
 
Я поймала его взгляд, сгорая внутри от противоречивых чувств. А в памяти мелькнули слова Аргуса.
Мы с моим водителем возвращались домой по дороге через Ошбрен. Вы, наверное, в курсе, что там священная земля и на ней стоит храм гармонии мира?
Кто бы мог подумать, что вся проблема заключалась в водителе?
— Более того, господа, вы видели, что творится в мире? — спустя короткую паузу обратился следователь ко всем присутствующим. — Включите прямую трансляцию новостей.
Мы дружно полезли в телефоны. Со всех сторон полетели разные фразы:
— Нам сообщили о самом масштабном бунте за последнее десятилетие!
— Чистильщики по всему миру отказываются выполнять свою работу!
— Они требуют освобождения Айзела Лендера!
— Мы требуем справедливости! На его месте мог оказаться кто-нибудь из нас!
— Его ложно обвинили!
Дальше смотреть смысла не было. Все выключили новости, и воцарилась тишина.
— Вам сверху еще не позвонили? — с непринужденной наглостью уточнил Эйрен.
— Криус! — прикрикнул судья. — Соблюдайте… приличия.
Приличия? Как же нелепо слышать это от него!
— Отмените приговор и освободите Лендера. Как только мой подзащитный будет на свободе, я обращусь к журналистам и успокою их. Народ ждет, ваша честь. Не оставайтесь в памяти людей тем, кто едва не отправил невиновного человека на тот свет.
Кербер молчал. Судья не глядя ни на кого из нас, наконец-то вынес… нет, выдавил из себя оправдательный приговор.
— …Айзел Лендер признан невиновным. Освободите подсудимого, — прозвучали заветные слова.
Охранник снял с Айза наручники и отошел в сторону.
— Заседание окончено.
«Еле отбили», — промелькнула первая мысль.
***
Я ждала в коридоре, пока уладят все формальности. Скоро мы увезем Айзела домой. Совсем скоро…
Полноценно порадоваться и облегченно выдохнуть не получалось. Нервозность не отпускала, засев в груди колючками кактуса. Никак ее из себя не вытащишь. Сложив руки на груди, я ходила туда-сюда. Это немного успокаивало.
В таком состоянии меня застал Твей. Он, очевидно, направлялся к выходу и уж точно не стремился к встрече со мной. Тем не менее, следователь остановился, глядя мне в глаза. Мы оба замерли друг напротив друга.
В голове возник вопрос, но я была не в настроении его озвучивать и заводить разговор. To ли услышав мои мысли, то ли поняв все по моему лицу, Дарес ответил:
— Я умею признавать свои ошибки и не хотел бы, чтобы из-за меня посадили или убили невиновного человека. Поэтому я расколол Роджара и примчался сюда.
А он адекватнее прокурора и судьи. Хотя тоже упертый как стадо баранов.
— Айзелу вынесли жестокий приговор не только из-за вас. В этом многие люди поучаствовали.
— Но именно я арестовал его и проводил расследование. Плохо проводил, как выяснилось, — Дарес сделал шаг ко мне, в его глазах читался неподдельный интерес. — Где вы нашли записи? Они были у кого-то?
— Нет, они были во дворе. Кое-кто хорошо их спрятал, а кое-кто другой плохо искал.
— Я уверен в моих спецах. Они тщательно все обследовали.
— Еще скажите, каждый сантиметр под лупой рассмотрели, — насмешливо улыбнулась. — В следующий раз, если на месте преступления будет дерево, заставьте их лезть на него и проверять до самой верхушки. Знаете, хорошие и дотошные сыицики обратят внимание даже на детские наклейки.
Следователь удивленно приподнял брови, затем хмуро свел их к переносице, догадавшись о чем я говорю.
— Я едва не упустил настоящих преступников, зациклившись на Айзеле.
Да, ты не на том сосредоточился.
— Хоть вы и отрицали, я до сих пор считаю, что ваши чувства сыграли в этом не последнюю роль.