Две партии. Том 4 (СИ)

Вильгельмина и Ард имели общую транспортную сеть, их связывали десять порталов. Это приводило к забавному парадоксу – зачастую дешевле и быстрее отправлять грузы через другой мир, чем ехать напрямую. Даламар однажды упомянул, что общие железные дороги держат эти миры крепче, чем цепи. Один из порталов находился в Лации, туда мы и направились.
Симменс давно увез караван «рассады» на Вильгельмину, выбив от Максимуса сразу двух изумрудов. Последние должны сопроводить студентов, а потом провести первичную разведку на планете. Ольга осталась в поместье, готовится к бою с нежитью.
Ехал я с Луной, Глебом и Элис, а также мрачным Максимусом Стеллароном и его бойцами. Максимус знал о моей ценности для проекта и планов Даламара, поэтому испытал непередаваемую бурю эмоций, когда узнал, что я в таком состоянии. 
Мне кажется, он переживал больше, чем Луна, Владислав и Ольга вместе взятые. Если я неожиданно отправлюсь к Чужому, то спрашивать будут с него, а не этой троицы. Даламар справедлив, но жесток и обладает большим опытом причинения боли. Если не верите, полюбуйтесь на его лицо без грима и иллюзий.
Когда я оклемался, имел с Максимусом долгую и проникновенную беседу. Я искренне пообещал, что пока нахожусь под его опекой, ни в какие неприятности сам не полезу. Оговорку он заметил, наградил меня мрачным взглядом, но ничего не сказал. Правда, в его голове мелькнула мысль, что его временное назначение может стать постоянным. Тут я мог ему только посочувствовать.
Трудности начались на пропускном пункте. Карабинеры сочли, что дюжина изумрудов, два рубина и два студента – это слишком подозрительная компания, чтобы пропускать их просто так. Пришлось доставать документы, подтверждающие, что я придворный целитель. Командовавший охраной портала полковник явно был не в восторге, но все пропуски оформили быстро, Максимуса и его людей записали в качестве моей свиты.
Несколько минут ожидания, короткий рывок и мы в другом мире.
Мне пришлось поездить по Арду по поручению тетушки и Даламара, но на Вильгельмину я никогда не посещал.
«Мы точно на другой планете, а не в жаровне?» – спросил Янус, спустя несколько минут. Отвечать я не стал, вспомнил подходящие защитное заклинание, прикинул площадь салона «самоходки», быстро его изменил и создал.
Температура резко стала комфортной. Глеб, который планировал сделать что-то подобное, но только без алфавита, посмотрел на меня обиженно.
«Мальчик, это моя карета и я здесь впечатляю дам», – рассмеялся Янус. Я лишь отмахнулся.
Климат – главное богатство Вильгельмины. Ни золотые рудники, ни три источника магии не идут ни в какое сравнение с ним. Год на планете длился пятьсот тринадцать дней, благодаря друидам погодные условия доведены до идеала. Это позволяет снимать огромные урожаи несколько раз в год.
И речь не только о зерне, многие культуры для легкой промышленности завозят отсюда, тот же хлопок. Кофе, табак, сахарный тростник и прочие товары, которые недоступны большинству людей, но являются обязательной частью жизни богачей и аристократов, обеспечивают половину доходов колонии.
После того, как мы потеряли Ормандию, а не Вильгельмине создали объединенную академию друидов этот мир обеспечивал продовольствием все Триединое королевство. Пользуясь ситуацией, местные задирали цены до небес.
Деньги – это не самая главная проблема. Кадаверы гораздо важнее и опаснее. Но я не хотел о них думать, поэтому смотрел в окно и размышлял о грядущих переговорах.
Не только Карл допускал ошибки в политике. Изначально Витольд контролировал восемнадцать родов, но пять из них отвалились. Они не сформировали собственную партию, но объединялись в совете, когда дело касалось денег.
«Слишком жадные даже по моим меркам», – однажды сказал про них Витольд. Не могу с этим поспорить.
Ван Нормайен обхаживал их два года. О союзе речи не шло, мы хотели достичь взаимовыгодного соглашения относительно торговли. Семь раз Руперт, старший сын Николаса, ездил на поклон к виконту Барбудосу, самому богатому из плантаторов-аристократов. С трудом подготовили проект договора между моей компанией и фирмами пятерки.
 
Но на финальный раунд вызвали меня. Не нужно быть гением, чтобы понять, что речь пойдет и о больших деньгах, и о большой политике.
Даламар сразу же отказался от идеи союза с этими родами, Риотаб его поддержала. В нашем случае он станут не четвертым, а пятым колесом в партии Карла. Зато Амалия объяснила мне сколько мы теряем из-за колебания цен и потребовала добиться соглашения любой ценой.
– Мы быстро проехали Римини, – стремительно развивающийся город около портала – и отправились Хаммерштадт, административный центр колонии.
«Карлштадт, Хаммерштадт, Вильгельмстад – да, когда дело доходит до названий к Аттано очень плохо с фантазией», – подумал я.
«Если ты не забыл, то Вильгельмина названа в честь жены прошлого короля. А Вильгельм, хм-м, думаю даже ты решишь этот сложный ребус», – пошутил Янус.
«Я догадываюсь, кто был маминой радостью и любимым сыночкой. И есть у меня подозрение, что это напрямую связано с тем, что Вильгельм так быстро и легко стал королем», – ответил я.
Из-за моей должности пришлось подтянуть генеалогию, а также узнать ряд фактов о правящей династии. Можно сказать, что ситуация, когда у всех принцев разные матери является нормой. Так у Карла Молота обзавелся десятком сыновей, но только лишь три из них законнорождённые. Дар унаследовали двое. Хронисты объясняли это не любвеобильностью короля, но его заботой о наследии, подчеркивали, что как всякий порядочный мужчина, узнав о беременности Вильгельмины, король тут же женился. Почему он этого не сделал с другими женщинами никто не стал уточнять, как и вспоминать, что свою жену, давшую ему четырех обычных детей, он тут же отправил в монастырь.
До сих пор имя старой королевы популярно в верхах, треть, а то и половину девочек называют в ее честь. Так что вице-губернатор Тасман-Харт, назвавший дочку Вильгельминой, просто сделал как все.
Ирис Дагерад меня откровенно боялась. Она не присутствовала при постановочных переговорах Даламара и Риотаб, поэтому считала, что такого успеха мы добились только из-за заложника. А после битвы за столицу она узнала о моем союзе с Бельской.
После этого для Дагерад я превратился из странного запутавшегося мальчика, который внушает опасения, в сумасшедшего манипулятора-менталиста, который не только победил саму Ольгу Бельскую, но и сломал ее. Она боялась находится со мной в одной комнате. Если наши визиты в Карлштадт совпадали, она очень быстро уезжала в колонию.
К счастью, ее ученики охотно идут на контакт. Вильгельмина заняла удобное место посредника, когда нам приходилась общаться по поводу академии и моих ребят. И сейчас я планировал привлечь ее к переговорам.
К вечеру мы доехали до города. К счастью, ван Нормайены проявили гостеприимство, и мы заняли его «скромный домик» в центре города.
– Мастер Кайлас, рад, что вы доехали в целости и сохранности, – поприветствовал меня Руперт ван Нормайен. От отца ему достались светлые волосы и высокий рост, но миловидное личико он унаследовал от матери. Жеманный красавчик и посредственный маг. В свои двадцать три он с большим трудом сдал экзамен на третий ранг. Его буквально протащили.
Но при этом все в роду согласны, что только он может унаследовать титул. Мальчишка с детства изучал не магию, но экономику, финансы и право. Так что только он мог сохранить деньги семьи и не спустить их на ветер. Естественно, я поддерживаю с ним хорошие отношения. Это несложно, мальчишке я даже нужнее, чем он мне, но злоупотреблять этим я не спешил.
Руперта сопровождал один изумруд из побочной ветви, а также парочка магов, которых Максимус отправил на разведку перед нами. Выслушав их доклады, Максимус с подчинёнными вышли. В кабинете остались я, Луна и Руперт.
– Мефрау Тасман-Харт сообщила, что примет вас в любое время. С виконтом Барбудосом все несколько сложнее. Он настаивает на визите в свое загородное поместье. Как я понял, это не понравится вашей охране.