Королева и волкодлак (СИ)

В первом же городе мы узнали новости из Энигерны.
Король Гиндар после поражения армии почувствовал себя плохо и находился при смерти. Королева Рианна скончалась, родив сына, хилого и болезненного. Наследный принц Арнис очнулся от зачарованного сна.
— Ну вот, теперь ты спокойна? — спросил меня Иттон. — Скажи, а ты не думаешь, что Арнису не мешало бы кое о чем узнать? О том, что его мать жива?
— Не знаю… — я думала об этом, но так и не пришла ни к какому решению. — Может быть, позже. Но точно не сейчас.
Чем ближе к столице, тем больше людей выходило встретить и поприветствовать нас. Глядя на всеобщее ликование, я вполне могла поверить, что этот народ за несколько столетий не смирился с потерей независимости. Что они раз за разом повторяли попытки вернуть себе свободу, зная, что обречены на неудачу. Да, разумеется, среди них были и те, кто охотно подчинились сильному соседу, и те, кому было все равно, в чью казну платить налоги. Но сейчас мне казалось, что тех, кто искренне рад победе, неизмеримо больше.
— Знаешь, почему мне не хочется, чтобы Арнис о чем-то узнал? — я взяла Иттона за руку. — Сейчас это известно только тем, кто никогда никому не расскажет. Я уверена и в Лэрге с Митрисом, и в Гаэтане с Агрой, и даже в Гайлере.
— А во мне? — улыбнулся он, и я ответила поцелуем.
— Арнис… Я хорошо его знаю. Ему нельзя доверять тайны. Сначала узнает вся Энигерна, потом дойдет и до Алисанды. И дело даже не в том, что я стану твоей женой, хотя мой муж еще жив. Королева Янта умерла и похоронена, ее тело в могиле. Тут придраться невозможно. Но твои подданные… наши подданные — им вряд ли понравится, что их королевой стала бывшая королева Энигерны. Вот им как раз будет все равно, что я в другом теле. И даже то, что именно я помогла тебе вернуть власть, не повлияет на их отношение ко мне.
— Возможно, ты и права, — подумав, кивнул Иттон. — Но решать в любом случае тебе.
— Мы с Арнисом никогда не были близки, я уже говорила. Даже к Лэрге он был ближе. Если и горевал после моей смерти, в чем я сомневаюсь, давно с этим смирился. И узнать, что душа его матери теперь в теле женщины, благодаря которой Алисанда стала свободной… Не думаю, что это его обрадует.
Аллегрейя, столица Алисанды, показалась мне, по сравнению с Осбрантой, маленькой и провинциальной, но украшен город был так, как я еще никогда не видела: везде цветы, флаги, разноцветные огни. Дворец, огромный, из белого резного камня, тоже сиял огнями. Площадь перед ним была полна народу, а на высоких ступенях главного входа выстроились все служащие высшего ранга: эта церемония ничем не отличалась от той, к которой я привыкла.
— Позвольте приветствовать вас, ваше величество, и вас, госпожа Моэра, — поклонился распорядитель, худощавый мужчина в голубом атласном костюме. — Мы все счастливы, что вы снова с нами. Позвольте проводить вас в ваши покои, где вы сможете отдохнуть с дороги перед ужином.
— Благодарю, — наклонил голову Иттон. — Надеюсь, о наших приближенных тоже позаботятся.
— Разумеется, ваше величество.
Я взяла Иттона под руку, и мы вошли в роскошный холл, отделанный белым мрамором и золотом. От него по обе стороны отходили широкие коридоры, а покрытая ковром лестница вела на второй этаж. Тут нам пришлось расстаться: покои короля находились на первом этаже, а комнаты королевы, которые отвели мне, — на втором.
— Скоро увидимся, — подмигнул Иттон, явно намекая, что спать одной мне точно не придется.
Три служанки в одинаковых голубых платьях дружно поклонились, когда передо мной открыли дверь комнаты — первой из отделанной в золотисто-зеленых тонах анфилады. Приемная, гостиная, спальня, гардеробная, ванная — все это было у меня и в Энигерне. Я думала, что отвыкла от жизни по-королевски, но окунулась во все это так легко, словно перешагнула через четыре с лишним года, прошедших с того дня, когда застала Гиндара с Рианной.
Другая страна, другая любовь. И я тоже совсем другая.
Девушки помогли мне принять ванну и отвели в спальню, где я прилегла вздремнуть, но совсем недолго: пришел главный дворцовый портной и три его помощницы, нагруженные коробками с платьями. Из десятка готовых выбрали то, которое больше подошло по размеру, и мгновенно, в восемь рук подогнали его по фигуре.
 
— К свадьбе мы сошьем вам все, что нужно, госпожа, — заверил портной. — Можете не сомневаться.
Ужин вряд ли планировался как торжественный, но все места за длинными столами в большом зале были заняты. Когда наконец закончились все приветственные речи и разноцветное собрание принялось за еду, я тихо сказала Иттону:
— Тебе срочно нужно брать все в свои руки. Иначе так и останешься чем-то вроде символа, а управлять страной будут те, кто готовили восстание.
— Ты права, — он жестко прищурился, и внутри сладко замерло от восхищения. Хоть заклятье и сошло с него, но что-то от волка-оборотня все равно осталось. — Именно этим я и займусь. Но мне понадобится твоя помощь, Ресс. Я был всего лишь принцем провинции, и очень давно. А ты — королевой. Долго и недавно.
— Всегда и во всем буду помогать тебе, — пообещала я.
— А как насчет наследника трона? — шепнул Иттон, наклонившись к моему уху.
— Думаю, одного будет мало, — улыбнулась я, старательно глядя в тарелку. — Надо хотя бы парочку запасных. Чтобы не получилось как с тобой — единственным и последним в роду.
— Спасибо, Ресс, — он посмотрел на меня так, что захотелось поскорее оказаться в спальне и заняться этим делом вплотную. Тем самым, которое может привести к рождению наследника.
Когда после ужина мы остановились у лестницы, Иттон пообещал, поцеловав меня:
— Я приду к тебе ночью.
Лежа в постели, я прислушивалась к шагам в коридоре, но вдруг услышала шум за стеной. Резная панель отодвинулась, и в спальню вошел Иттон. За его спиной виднелась узкая винтовая лестница.
— Не знаю, как у вас в Энигерне, а здесь общие спальни только у молодоженов, — сказал он, сев на край кровати.
— У нас тоже, — я потянула его к себе за рукав рубашки. — Потом вместе спят только самые бедные, у которых нет отдельных спален. А так муж приходит к жене, потом уходит. Но мне нравится эта лестница. Кто ее сделал?
— Не знаю, — он быстро разделся и откинул одеяло. — Наверно, тот, кому и через год хотелось оставаться с любимой женой до утра. Я привык, что ты спишь рядом. Еще когда была лисой. И если бы ты знала, как мне тебя не хватало, Ресс!
  
Эпилог
 
Три года спустя
Иресса, королева Алисанды
— Ресс!
Дверь спальни открылась, вошел Иттон.
— Не разбудил?
— Уснешь тут с вами, — проворчала я. — Один пинается изнутри, второй возится рядом, третий…
— Ломится в дверь, — он сел на край кровати, и Бирис тут же пополз к нему. Ему страшно нравилось гладить мой огромный живот, в котором ворочался его брат или сестра, но с отцом было все же интереснее.
— Извини, — одной рукой Иттон обнял сына, другую положил мне на живот и тут же получил в ладонь приветственный пинок. — Я, конечно, мог сказать тебе и вечером, но… подумал, что это важно.
Вытащив из кармана сложенный лист плотной бумаги, он протянул его мне.
— Только что привез тайный вестовой. Из Энигерны. От короля.
Вздрогнув, я развернула письмо. Арнис писал, что хотел бы приехать в Алисанду на следующей неделе для важного разговора, но просит, чтобы визит этот прошел скрытно.
— Вестовой ждет ответа. Я решил посоветоваться с тобой, Ресс. Хотелось бы мне знать, что ему понадобилось, да еще так секретно.
— Что толку гадать, — пожала я плечами. — Пусть приезжает, тогда и узнаем.
Иттон посмотрел на меня как-то странно, словно хотел что-то сказать, но не мог решить, стоит или нет. Вместо этого поцеловал меня и ушел. Бирис уснул, пригревшись рядом, а я хоть и привыкла спать после обеда, еще с первой беременности, так и лежала, глядя в потолок. Неожиданное известие встревожило, хотя я была бы рада увидеть Арниса.