Два брата-психопата (СИ)
— Я думала, ты уже почти излечился и стал нормальным, — прошептала я, когда мы сели на скамейку в парке, и стала жадно облизывать клубнично-банановый пломбир в рожке, вкус которого напомнил мне Сокчо. Надо признать, что туда мы не скоро вернёмся.
— Соник, я и есть нормальный, — усмехнулся парень, свободной рукой лохмача мои волосы. — Просто немножечко безумен, а это уже моя обыденность, — хихикнул он, и я улыбнулась ему в ответ, пытаясь понять его.
Он прав. То, что он странный, не должно делать его вечным пациентом психбольницы. Надеюсь, Хёну тоже это понял и хотя бы поверхностно простил его.
— Немножечко, — кивнула я, саркастично рассмеявшись.
— Совсем чуть-чуть, — поддакивал он. — Никто и не заметит.
— Я заметила, — я игриво показала язык, желая подразнить его.
— Ну мы все уже поняли, что ты одержима мною, — он спокойно пожал плечами, словно сказав что-то давно всем известное, и тем самым одним ударом победил меня в моей же игре.
— Нет такого, — недовольно буркнула я и обиженно провела мороженным по его щеке.
— Признайся, ты сумасшедшая сталкерша, — ухмыльнулся Джунён и не остался в долгу, испачкав мой нос своим пломбиром.
— Это ты меня везде преследуешь, — ответила я и нанесла удар по подбородку, игнорируя смеющихся в нашу сторону прохожих. — Даже в мою квартиру втихаря пробрался!
— Не ты ли пыталась подкупить нашу сторожевую Кан, чтобы попасть ко мне? — парень довольно закатил глаза, не давая мне и шанса на победу, и измазал мне губы мороженым, которое противно липло на кожу.
— Да, я схожу с ума по тебе! — прокричала я, официально признавая своё поражение без капли сожаления, и встала на ноги, поднимая невидимый белый флаг. — Я настолько обезумела, что готова связать тебя и не отпускать завтра обратно в больницу, — протараторила я в один вдох, реально подумывая о подобном плане, так как всё ещё боялась, что его лечение может затянуться.
Боён ещё утром признался мне в том, что каким бы вылечившимся не казался его брат, у него в любой момент могут начаться рецидив. И если врачи посчитают, что Джунён может быть опасен, они могут оставить его на долговременное лечение.
— Как же я люблю тебя, — ответил он после долгой паузы и с довольной улыбкой поднялся на ноги. — Мой синий ёжик, — прошептал он, смачно целуя меня в нос и слизывая следы мороженого. А потом, спустив губы ниже, стал медленно очищать мои губы от остатков пломбира. Я ответила ему тем же, целуя его в щёку. — Я вернусь, — проговорил он и, посмотрев в мои глаза, кивнул собственным словам. — Обещаю. В худшем случае, ты просто свихнёшься и сама переселишься ко мне, — хихикнул он, и я, усмехнувшись, оставила маленький след пломбира на его шее.
— Пойдём, — спокойно сказала я и пошла вперёд к остановке, откусывая вафлю рожка.
— Эй, а почистить? — недовольно пробурчал парень, подбегая ко мне, и я пожала плечами, протягивая бумажную салфетку.
— Хм, Бора смс послала, — проговорила я себе под нос, уткнувшись в экран телефона, и еле сдерживала улыбку, чтобы сделать вид, что игнорирую Джунёна, вытирающего салфеткой лицо. — Фрау Хаас послала письмо, надо его перевести.
— Ты же не будешь работать в воскресенье? — спросил парень, но его вопрос, кажется, был риторическим, так как в следующую секунду он уже отбирал у меня смартфон, обнимая за талию. — Даже директор не работает.
— Боён не на работе? — удивилась я. Настолько, что даже не стала просить телефон обратно.
— У него свидание с Хёсу, — ухмыльнулся он, но я ему не верила.
Конечно, была заметна симпатия между Боёном и доктором Хван, но никто из них не признался бы в этом. Тем более, Джунёну, которому дай повод поиздеваться на эту тему.
— Сказал, что типа идёт на ужин в «лечебных целях», — он показал пальцами знак кавычек, довольно хихикая, а я не могла не заметить упоения в его глазах.
Он был искренне рад, что личная жизнь его брата постепенно налаживается. А я мысленно ликовала, что Боён смог найти другой способ отвлечься от своих переживаний.
— Пойдём домой. Надо смыть с себя десерт, — проговорила я, крепко сжав парня за руку, а он опустил на меня пристальный взгляд. — Что? Я не собираюсь облизывать тебе шею, я же не пёс. Да ещё при людях, — тихо добавила я, нахмурив брови.
— Куда мы идём? — переспросил он, и улыбка стала медленно расширяться на его лице.
— Домой, — непонимающе ответила я, продумывая свои слова, и неуверенно добавила: — Ко мне, если тебе так лучше.
— Нет. Домой звучит идеально, — ответил он и смачно поцеловал меня в губы, застав врасплох.
Я улыбалась сквозь поцелуй, сама мысленно смакуя слово «дом», и пообещала себе цель, что отныне Джунён часто будет его слышать.
— Ты когда-нибудь начнёшь вести себя прилично? — строго пробормотала я, заливаясь краской, и отошла от парня, который, кажется, забыл, что мы ещё не дома, а в парке.
— Мороженным испачкалась, помогал почистить, — ухмыльнулся он женщине с ребёнком, проходящей мимо. — И вообще, — повернулся он ко мне, осуждающе покачав головой, — что значит, облизывать меня как пёс? Что бы на это сказала наша дочь? — Джунён выглядел слишком убедительным, отчитывая за мои неуважительные слова к собакам.
— Я обязательно извинюсь перед Хризантемой, когда мы вернёмся, — усмехнулась я, не веря, что не просто участвую в этом безумном театре, но и получаю от него удовольствие и даже боюсь, что скоро начну реально верить, что у нас с Джунёном есть дочь — валяная собака.
— Купим ей свинины, а ты её приготовишь, чтобы вымолвить у неё прощения, — парень хитро заулыбался и потянул меня за запястье в сторону остановки, не давая мне обругать его за то, что использует мои угрызения совести в личных целях.
***Я второпях пыталась впихнуть дорожный рюкзак, который отказывался умещаться в багажник машины. Но не из-за своих размеров, а из-за немыслимого количества ненужного барахла хозяина транспорта.
— Минсу, ну нафига тебе в машине рисоварка, зонт огромных размеров и… что это? Господи, это недосдувшаяся надувная женщина! — прикрикнула я на парня, сердито посмотрев на него.
— Ой, я думал, её выбросили, — довольно заулыбался тот, подбегая ко мне.
— Вам не кажется, что мы немножко опаздываем? — поинтересовалась Кэти, выходя из салона машины, и, прислонившись спиной к двери, окинула нас недовольным взглядом.
— Да ладно, Кэт, как можно опоздать на выписывание из больницы? Джунён подождёт чуток, куда денется, — отмахнулся от неё Минсу, пытаясь выдуть воздух из куклы, а я с трудом сдержалась, чтобы не продырявить её.
Ведь подруга права — а вдруг Джунён подумает, что мы забыли про него, и решит самостоятельно добраться до города.
— Вообще-то, я имела в виду, что мы можем опоздать на бранч, Минсу. Если ты не забыл, то твой отец устраивает сегодня встречу с акционерами. Он убьёт меня, если опоздаешь. А я в долгу не остаюсь, — сердито пробурчала она и вернулась в салон.
— Тебе очень повезло с ассистенткой, — тихо рассмеялась я, наконец, аккуратно уложив зонт, который мешал моей сумке уместиться в багажнике. — Даже если отец не поругает, она сделает это за него, — продолжила я, уже во весь голос надсмехаясь над парнем.
Несколько дней назад его отец решил повысить наследника до должности менеджера, а тот взял себе в ассистентки мою подругу, которая относится к этой работе намного серьёзнее, чем её начальник. И сегодня утром она никогда в жизни не поехала бы с нами к Джунёну, если бы не этот бранч, на который Минсу не хочет идти и может с лёгкостью найти повод, чтобы его пропустить.
— Смейся на здоровье, — он хитро улыбнулся мне уголками губ, что я резко перестала хохотать, и поторопилась сесть в машину.
В салоне было очень тихо, и я знала, что дело не в том, что Кэти и Боён не общались между собой. Хоть и подруга до сих пор скептично относилась к психическому состоянию моего соседа, мои рассказы о том, какой организацией управляет этот человек, изменили её представление о психически больных людях.