Два брата-психопата (СИ)

— Ага, конечно, — услышала я позади и решила не обращать на какой-то беспечный тон парня. Не мог же настолько кардинально измениться. Просто сменил внешний имидж, иногда это очень полезно. Главное, не перебарщивать с этим.
  
2. Сладкая вата
 
Боён уплетал суп за обе щёки, и я даже не удивилась бы, если он попросил бы ещё одну ложку, чтобы быстрее есть. Меня охватила жалость к соседу. Если б знала, что он так давно не ел домашнюю еду, готовила бы ему раз в неделю. Странно, что раньше он не просил этого, раз сегодня ему не составило труда практически вломиться в мой дом.
— А твои родители… живы? — спросила я, на секунду задумавшись.
Он никогда не брал отпуск, иногда, конечно, улетал заграницу, но я никогда не слышала, чтобы Боён говорил, что едет к родителям.
— В разводе, — ответил он и проглотил последнюю ложку. — Добавки, — парень улыбнулся кошачьей улыбкой и протянул мне пустую тарелку.
Я должна была бы возмутиться такой наглости без «пожалуйста», но мне польстило то, что ему понравился мой суп. Так как моя основная работа была в интернете, я слишком много времени проводила дома, а значит, обедать в кафешках и фаст-фудами не привыкла. Да и считала готовку очень интересным и полезным занятием, поэтому часто приглашала подруг в гости на чай с выпечкой собственного приготовления.
— И ты их не навещаешь? — спрашивала я, наливая ему ещё, и села за стол, с трудом доедая свою порцию. Волосы парня возбудили во мне желание съесть что-нибудь сладкое, поэтому суп меня сейчас не сильно привлекал.
— Нет. Зачем? Пусть сами меня навещают. Хотя нет, не надо, — он говорил так быстро, что я еле разбирала его слова. Поэтому я не стала ничего спрашивать, заметив, что суп ему сейчас важнее, чем моё желание поддержать разговор.
В голове я уже продумывала историю Квон Боёна, самого молодого героя моего блога, ведь я обычно пишу про людей, имеющих за собой несколько десятков лет. Но то, чем занимался этот человек, его резкое желание поменять имидж и образ жизни, да и вообще, какой-то внешний шарм сильно привлекали меня, что у меня чесались руки что-нибудь напечатать прямо сейчас. И тут я вспомнила о переводах с немецкого, поэтому тяжело вздохнула. А ведь у меня ещё история рыбака. Несмотря на мой сидячий образ жизни и летние каникулы, я чувствовала больше нагрузки, чем на парах. Да и какая нагрузка в институте иностранных языков, когда ты учишься на переводчика с английского — языка, который я ещё в школе отточила чуть ли не до совершенства.
— Знаешь, я часто готовлю. И обычно приходится готовить слишком много, я как никак одна живу, даже кота нет, который ел бы всё, что я готовлю, — я говорила и почему-то чувствовала себя неловко, ведь никогда не думала, что смогу предложить Боёну это. — Хочешь, я иногда буду приносить тебе домашнюю еду? — спросила я и чувствовала, как смущённо краснею.
Боже, я словно предлагаю ему встречаться. Надеюсь, он не подумал, что я клеюсь к нему, раз он сменил причёску. Просто больно видеть молодого парня, фактически вылизывающего тарелку. Так как Боён занимается благотворительностью, накормив его, я буду косвенным филантропом, поддерживающим учредителя благотворительного общества.
— Отличная идея, Соник, — он радостно улыбнулся, и даже его глаза загорелись.
— Не называй меня Соник, это обижает, — буркнула я, пытаясь вспомнить этого ежа из видеоигры и нашу с ним схожесть.
— Почему? Хочешь, называй меня по-своему, я постараюсь не обидеться, — ухмыльнулся он, опустошив тарелку, и с наслаждением откинулся на спинку стула.
— Хм… — я задумалась, реально выискивая в голове прозвище, хоть и всё равно была против того, чтобы зваться именем ежа. — Розовое чучело? Тату-бой? Мистер «Сладкая Вата»? О Боже, всё бы отдала за сладкую вату, — пробормотала я, отталкивая свою тарелку с супом.
— Так чего сидим? — он широко заулыбался и резко встал на ноги. — Пойдём прямо сейчас. Я угощаю. Отплачу за суп десертом.
Я поразилась его предложению, но была готова без раздумий согласиться и выбежать из дома раньше него.
 
— Боён, мне надо работать и… спать, — нехотя пробормотала я, искренне завидуя энергии парня. Как жалко ею нельзя поделиться.
— Потом поработаешь, — он был слишком настойчив в своей идее, и мне казалось, что он хочет вату больше, чем я.
Боён взял меня за ладонь и стал тянуть, совсем не волнуясь о том, что может вырвать мою руку. И что он там говорил про то, чтобы его не трогали? Я не успела ничего подумать на эту тему, так как уже стояла на ногах и чувствовала лёгкий прилив силы, просто смотря на солнечную улыбку парня. Он слишком часто улыбается, и мне это безумно нравится.
Мы могли зайти в маркет через дорогу, но Боён настоял на том, чтобы пойти в парк и самолично посмотреть, как её делают. Ему нравился этот процесс, и он совсем не слышал моего отказа, ведь ближайший парк находился через два квартала. И самое мучительное, он отказывался садиться в автобус, чтобы быстрее добраться туда. Мне казалось, что этот парень просто не замечает меня. Он мог без остановки говорить, не требуя от меня комментариев. Но в то же время, интересовался моим мнением в конце своих монологов, и мне приходилось отвечать неловким «не знаю», ведь я просто не успевала слушать его слова.
— Что бы ты делала, если бы я не предложил сейчас поесть сладкую вату? — усмехнулся он, садясь рядом со мной на скамейке. Я думала, что не смогу засунуть в рот и кусочка, если срочно не сяду.
— Отсыпалась бы после утомительной дороги? — ответила я, ненароком улыбаясь тому, как Боён пытается сравнить цвет своих волос и цвет клубничной ваты, но длина чёлки не позволяла ему увидеть всю схожесть. — Дай телефон, я тебя сфотографирую что ли, — сказала я, пожалев парня.
— Я телефон дома оставил, — он спокойно пожал плечами, уже в который раз удивляя меня за утро.
— Ты? Телефон? Мне казалось, что мобильник — твой лучший друг. Ты же типа занят помощью всему миру, а значит, всегда должен быть на связи.
— У меня отпуск. Я отлепил телефон от уха и оставил его отдыхать, — ответил он и, чуть приблизившись ко мне, прошептал: — Мне даже кажется, что я ему надоел и он хочет завезти нового хозяина, — он говорил настолько реалистично, что я захохотала во весь голос, чуть не обронив пакет с ватой.
— Может, он сейчас закатил дома вечеринку, пока тебя нет, — хихикнула я и достала свой телефон, включая камеру. — Твои волосы выглядят аппетитнее, чем настоящая сладкая вата.
— Надеюсь, ты не потребуешь добавки, — усмехнулся он и приложил кусок ваты к своему лбу так, что она выглядел как чёлка.
— Боён, — сказала я после нескольких щелчков. Парень оказался на редкость фотогеничным. — С чего ты так резко изменился? Ты ж раньше таким смущённым был, когда мы виделись. А сейчас даже сладким угощаешь. Кто ты и где мой скромный и занудный сосед? — я наигранно нахмурилась, делая вид, что не верю ему, и случайно стала рассматривать его лицо, которое было как никогда близко.
— Говорил же. У меня начался отпуск, и я решил начать новую жизнь, — ответил он, засовывая последний кусок ваты. Из моего пакета.
— Эй! — прикрикнула я и протянула руку, чтобы взлохматить его волосы.
Но он резко схватил меня за запястье, останавливая ладонь в миллиметре от своего лба, что кончиками пальцев я чувствовала шелковистую прядь волос.
— Сонхи, сказал же, добавки не будет, — сказал он серьёзным голосом, и мне стало немного неловко от пристального взгляда, уставленного мне прямо в глаза.
— Ты съел мою вату, — пробормотала я, чувствуя, как сохнет во рту, — а ведь я первая её захотела.
— Ох, ты как ребёнок, — он закатил глаза, отпуская мою руку, и отдал мне свой пакет. Кто бы говорил вообще. Я робко взяла пакет, но не стала есть вату, всё думая о его бзике насчёт прикосновений. — Хочешь, чтобы я включил скромного и занудного Боёна? — спросил парень через минуту молчания. Он улыбался, хоть и казалось, что спрашивает всерьёз.