Два брата-психопата (СИ)

— Я… меня зовут Сонхи, а не Соник, — сказала я, чуть помяв конверт в руке, и даже не думала отвечать на его внезапный вопрос.
— Да, но сейчас ты выглядишь, как ёж Соник, — Боён хихикнул и свободной рукой взъерошил мои недлинные волосы, еле касающиеся плеч.
Я не знала, как реагировать. Оказывается, мой сосед не просто странный, он супер-странный. И я даже жалела, что раньше не пыталась пообщаться с ним поближе. Может, его действия и детская улыбка не пугали бы меня так сильно. Но его, кажется, это совсем не волновало, и Боён спокойно вернулся к столешнице, всё сжимая нож в ладони.
— Так что насчёт готовки? Умеешь? — повторил он, с интересом посмотрев, и я неуверенно кивнула. — Отлично. Значит, поможешь, а то я тут задрался с этими овощами.
Он оставил нож и прошёл мимо меня в сторону двери.
— Ты куда? — спросила я, не совсем понимая, что он имел в виду, и, оставив письмо на полке, пошла за ним.
Он хочет, чтобы я ему приготовила? В этом вся его «большая проблема»?
— К тебе, — как ни в чём не бывало ответил он, засовывая босые ноги в домашние тапочки.
— Но… Что?! — возмутилась я, смотря то на Боёна, то в сторону кухни.
— У меня одни овощи, я не могу есть эту гадость, — спокойно сказал он, и я сморщила нос.
Мне казалось, что Боён — веган. Как же я мало и ошибочно знала своего соседа. Я не стала спрашивать его, почему он накупил себе одних овощей, раз не может их есть. Он был слишком странным, это и есть ответ.
— Может, закажешь себе еды? Зачем ко мне-то идти?
Он уже выходил из своей квартиры, и я еле успевала надеть босоножки. Боён был слишком решителен, чтобы позавтракать в моей кухне, и это не могло не пугать меня. Мы ж с ним не друзья, мы соседи, которые почти ничего не знают друг о друге. И если он так пытается наладить дружеские отношения, то делает он это слишком фамильярно.
— Хочу домашней еды. Ты же сказала, что умеешь готовить? Сделай куриный суп, давно его не ел, — сказал он, мило улыбнувшись, и я просто не смогла сказать ему «нет».
Я знала, что он не давит на жалость, ведь сама же думала о том, что он слишком занят. А значит, готовить себе или навестить родителей он не успевал. Я же могу приготовить соседу суп, это же Боён. Добрый Квон Боён, который иногда водит в квартиру бездомных котят, чтобы помыть и накормить их, а потом отвозит в приют для животных. Хоть и его просьба звучала не совсем как просьба, но эту малость я могу сделать. Да и замороженная курица покорно ждала меня в морозильнике, словно готовясь именно к тому, что из неё захотят сделать суп.
Обречённо вздохнув, я вышла из его квартиры, закрывая за собой дверь, и быстро вставила ключ в замочную скважину. Схватив рюкзак, я прошла внутрь, надеясь, что в доме не такой сильный беспорядок. Квартира Боёна выглядела уж слишком аккуратной, и мне не хотелось показаться неряхой. Мне не охота объяснять ему про творческий беспорядок и занятость на парах в институте, ведь сейчас летние каникулы.
— Маленькая квартирка, — проговорил парень, входя за мной и осматриваясь вокруг.
— На что хватает зарплаты и родительских денег, — ответила я, кладя рюкзак на кровать, и сразу же прошла на кухню, надеясь, что он последует за мной. Мне ещё не приходилось звать к себе кого-то мужского пола, и не думала, что это так сильно смущает.
— Стены давят, — сказал он, входя на кухню и без приглашения сел на стул. Фраза «чувствуй себя как дома» точно описывала его, но меня это уже не злило. — Зато не так светло и ярко, как у меня.
— Тебе не нравится? — спросила я, пытаясь на сонный мозг вспомнить, с чего начинается готовка супа.
— Нет, — он отрицательно покачал головой, хаотично двигая глазами по сторонам, и стучал пальцами об стол. — Надо покрасить стены во что-то тёмное.
— Почему не в розовое? — усмехнулась я, доставая кастрюлю, и, не услышав ответа, повернула на него голову.
Он серьёзно смотрел на меня, и я скривила улыбку, показывая, что шучу. Но он не менял взгляда, отчего мне стало не по себе. А когда Боён положительно кивнул, тихо прошептав: «Хорошая идея», я повернула голову к кастрюле. Может, сказать ему, что я шучу? На всякий случай.
 
Во время моей готовки Боён ни на секунду не замолкал. Я делала вид, что слушаю его, хотя мысленно ощущала себя в кровати и почему-то поедающей сладкую вату. Когда я поставила замороженную курицу в тёплую воду в ожидании её разморозки, я, наконец, села рядом с парнем и вслушалась в его слова. Он говорил о рисунке на скатерти, застеленной на кухонный стол. На секунду мне показалось, что я уже заснула, вижу сон наяву и этот разговор мне мерещится. Но ущипнув себя, я поняла, что мой сосед с настоящей серьёзностью обсуждает незабудку, нарисованную на чёртовой скатерти, которую подарила мне мама. Наверно, не я одна не спала всю ночь, раз Боён говорит такой бред. С трудом сдержав смех, так как он говорил, что цветок нарисован в слишком вольном стиле, словно разбирался в искусстве, я постаралась его перебить. Это оказалось очень сложно, так как парень отказывался останавливаться, чтобы послушать, что я скажу, но при этом продолжать смотреть на меня так, словно меня вообще волнует то, какого цвета фон, на котором нарисованы незабудки.
— Откуда в тебе столько энергии, чёрт побери, — пробормотала я себе под нос и встала на ноги рядом с ним. Его это не смутило, и он поднял на меня голову, не останавливаясь ни на секунду. — А татуировки настоящие? — спросила я, коснувшись цифры 14.09, набитую на плече.
Внезапно он заткнулся и крепко схватил меня за запястье, нахмурив брови. Несколько секунду он молчал, всматриваясь в моё лицо, и мне становилось не по себе, ведь хватка постепенно становилась болезненной. Я, наверно, «нажала» не на то тату, раз он так сердито на меня смотрит.
— Не трогай. Никогда, — проговорил он тихим голосом и медленно ослабил хватку, освобождая моё запястье.
Я сглотнула слюну, поглаживая больное место, и отошла к холодильнику, решив вытащить овощи для готовки. Чего это он? Сам же трогал мои волосы. Ему, значит, можно, а мне нельзя? Или его бзик на волосы не распространяется? Я не сильно обиделась на его злобный взгляд, ведь часто встречала людей, не любящих прикосновений, но обычно это были неразговорчивые и замкнутые в себе личности, которые вряд ли разрешили бы татуировщику «рисовать» на себе. И решила просто забить на это и постараться не забыть его «просьбу», а Боён снова начал разговор, к счастью, на другую тему.
— И когда суп будет готов? — спросил он спокойно, и я резко повернулась к нему лицом, удивившись, что он так быстро забыл про эти дурацкие незабудки.
Оказалось, чтобы он заткнулся, надо было лишь коснуться его татуировки. Парень зажигал сигарету, что я уронила морковку с двумя луковицами, которые пыталась удержать в одной ладони.
— Ты что делаешь? — спросила я ошарашено. Нет, я не запрещала курить в своей квартире. Сама этим не увлекалась, но разрешала подругам дымить у открытого окна. Меня больше удивило, что именно Квон Боён курит сигарету. — Ты же не куришь!
— Да вот решил начать, — безразлично ответил он, стряхивая пепел сигареты на тарелку, которую я положила для овощей. Ох, я слишком устала, чтобы злиться.
— Но как же рак лёгких, пассивное курение и озоновые дыры, о которых ты говорил? — возмутилась я, прекрасно помня наш разговор с ним несколько недель назад, когда после пижамной вечеринки, устроенной в моей квартире с подругами, я выбрасывала пачку Vogue одной из подруг в мусорный пакет, стоявший у моей двери в ожидании мусорщика. Он тогда на редкость разговорился, даже показался мне чересчур занудным.
— Я многое переосмыслил в своей жизни, — он пожал плечами, продолжая с наслаждением затягиваться.
Этот человек определённо заслуживает пост в моём блоге. Подожду немного и обязательно напишу о своём странном соседе, так резко изменившемся за несколько суток.
— Кажется, отпуск странно на тебя влияет. Надеюсь, тебе всё ещё важно глобальное потепление и война в Сирии, да? — поинтересовалась я, доставая новую тарелку для овощей.