Два брата-психопата (СИ)

— Стоп, — остановила я его, всё никак не понимая, какие у нас с ним отношения. — Девушку?
— Да, мы ж вчера решили, забыла уже? — он нахмурил брови и уставился на меня требовательным взглядом.
Я лишь покачала головой, сжимаясь в кресло, и повернула голову к окну, надеясь, что он сейчас не видит, как сильно покраснели мои щёки. Мне хотелось глупо смеяться, но это было бы странно даже для Боёна.
— Так ты будешь открывать свой подарок? — поинтересовался он, доставая из пакета свою так заботливо охраняемую вчера коробку, и я повернулась всем телом к нему, поудобнее устроившись в кресле.
Я знаю, что там будет что-то необычное, и сильно удивлюсь, если это какая-нибудь статуэтка, но всё равно не знала, что именно такого там может быть, что Боён даже в бреду не выпускал коробку с рук. Я, положив её на колени, быстро подняла крышку и, увидев содержимое, громко закричала, прижимаясь всем телом к парню.
— Это собака! — орала я, сжимаясь его руку, и в то же время сильно ударяла кулаком по ней.
Я не думала о том, как он умудрился полдня продержать животное в коробке, но его жестокая шутка стоила мне нескольких лет жизней. Я уже начинала плакать, когда Боён быстро достал собаку и стал приближать её ко мне.
— Соник, успокойся, она ненастоящая, — говорил он тихим тоном, пытаясь схватить меня за запястье руки, не прекращающей свои удары. — Потрогай, она из валяной шерсти.
— Ненастоящая? — повторила я более тихим голосом и старалась привести дыхание в порядок, принимая на себе несколько пар любопытных глаз.
— Моя девушка обожает собак из валяной шерсти, — произнёс Боён, улыбаясь другим пассажирам, и я со всей злобой ударила его в последний раз.
— Я ненавижу тебя, Квон Боён, и твои шутки, — чуть ли не хныкала я, а парень продолжал направлять серую псину в мою сторону.
— Ну же, потрогай её, — сказал он и схватил моё запястье. — Соник, она не укусит, поверь мне.
— Я знаю, что не укусит, — ответила я, отрицательно качая головой, и брыкалась, так как всё равно боялась прикасаться к этому чудовищу.
— Погладь её. Кстати, это девочка, — он улыбался так, словно реально знакомил меня с живой собакой, и я просто не могла не вестись на это.
Рука дрожала, но всё равно робко тянулась к голове игрушки. Когда пальцы легонько коснулись жёсткой шерсти, я вздрогнула и смогла погладить макушку собаки.
— Смотри, ей нравится, — говорил Боён, заставляя меня смеяться. — Теперь почеши её под подбородком, они это любят. — Я послушалась и по-настоящему наслаждалась моментом, представляя, что мой шерстяной питомец реальный и точно меня не укусит.
— Ей и вправду нравится, — я по-детски улыбнулась, посмотрев на парня, и он довольно кивал мне, приобнимая за плечо.
— Я бы тоже хотел, чтобы меня почесали под подбородком.
— Всё равно ненавижу тебя, — прошептала я, но пощекотала пальцами его подбородок, упиваясь тихим скулежом Боёна.
— Как назовёшь нашего питомца? — спросил он, «усадив» её на своё колено, и медленно гладил ей спинку.
— Нашего питомца? — усмехнулась я, хоть мне и нравилось то, как звучат эти слова.
— Ты хочешь, чтобы я называл её нашей дочерью? Хм… почему бы и не…
— Хризантема, — перебила я его, пока эта мысль не до конца уселась в его голове.
— Хризантема, — повторил он и почесал ей за ушком. — Надеюсь, она быстро начнёт отзываться на свою кличку.
— Ты даже не спросишь, что означает это имя?
— А оно что-то означает? — удивился он, вопросительно посмотрев на меня.
— Конечно. У всего есть значение, — я укоризненно покачала головой, устало вздохнув.
— Я бы поспорил с тобой на эту тему, но мне интересно, что за значение, — произнёс он, и я лишь окинула его недоверчивым взглядом.
— Это один из символов города Сокчо, и на языке цветов означает нежную любовь, — на последних словах мой голос был таким тихим, что я от смущения с трудом слышала саму себя.
— Всё-таки моя вчерашняя чушь про то, что в коробке я ношу нашего ребёнка, имела какой-то смысл, — ответил он с поддельной задумчивостью, и я с улыбкой ударила его по голове картонной крышкой.
 
— Ты несёшь чушь двадцать четыре часа в сутки, — сказала я, поглаживая его макушку, и показала взглядом на пакет госпожи Пак. — Ты сегодня будешь меня кормить, а?
  
13. Перевод
 
Приехав на маршрутке к дому, я сразу ощутила всю тяжёлую усталость за два дня. Или может, это всё мысли о предстоящей работе над переводом так резко начали грузить меня, что я с трудом держала рюкзак на плече, когда мы заходили в подъезд. Боён, заметив моё медленно плетущееся к лифту тело, молча отобрал у меня рюкзак и впихнул в руку Хризантему. Мне ещё нужно будет привыкнуть к этому чудищу. Когда мы зашли в кабинку лифта, голова неосознанно легла на плечо Боёна, и тот тихо усмехнулся, нежно сжав мою ладонь.
— Чем займёшься? — спросил он, погладив макушку Хризантеме.
— Душ. Приму. Душ, — пробормотала я, хотя была уверена, что сразу плюхнусь в кровать, не переодеваясь.
— Звучит заманчиво, — он загадочно улыбнулся, и я несильно ущипнула его за палец, чтобы не смел думать ничего пошлого. — Не забудь покормить нашу дочь, — сказал он, рассмеявшись. — Кстати, она любит свинину, — добавил он, когда дверь лифта открылась.
Я освободила руку, чтобы легонько ударить его по плечу за издевательский тон, но представший перед нами Минсу заставил меня быстро убрать голову с плеча Боёна и отойти от него к стенке кабинки.
— Воу, а я вас ищу два дня! — радостно воскликнул блондин, разводя руками по сторонам.
Хоть мы и неплохо поладили в тот вечер у него в квартире, играя в приставку, мне не хотелось, чтобы он был в курсе наших отношений с Боёном. Но мой парень, кажется, не понял моего желания, поэтому крепко сжал мою ладонь и потянул из кабинки лифта.
— Вы двое, где были? — поинтересовался сосед сверху, пока я всеми силами пыталась выпутать ладонь из руки Боёна. — Вы встречаетесь что ли? — Минсу не смог не проигнорировать наши сплетённые ладони и с сильным удивлением в глазах указал пальцем на них.
— Ага, — довольно улыбнулся Боён, не замечая моего смущённого взгляда. К тому, что я встречаюсь со своим соседом напротив, тоже нужно привыкнуть.
— А, ну тогда Сонхи тоже приглашена, — тот лишь пожал плечами и собирался уже направиться к лифту.
— Куда, Солнышко? — спросил Боён, и я тихо усмехнулась в макушку валяной собаки от слова «солнышко», думая, что пора ревновать к подобному обращению.
— Если бы ты дал мне свой номер, то получил бы общую рассылку. У меня завтра вечеринка, — ответил он, и не успела я закатить глаза, как сразу добавил, — повод есть: я устроился на работу, — безразличный тон парня говорил о том, что сама работа ему не важна, но вечеринку в честь этого всё равно устраивает.
— Да, мы придём, — кивнул Боён, не дав мне шанса подумать.
Я недовольно посмотрела на него, но тот, кажется, опять пытался насильно затащить меня туда, где я обычно чувствую себя некомфортно.
— Только без подарков, прошу вас. Меня тошнит уже от вида галстуков, которыми меня задаривают последние два дня, — он тяжело вздохнул и, нажав на кнопку лифта, зашёл в кабинку, даже не попрощавшись.
— Я не пойду, — сердито буркнула я, наконец, отцепляя ладонь, и, стянув рюкзак с его плеча, молча подошла к двери своей квартиры.
— Конечно, пойдёшь, — ответил он и, пока я пыталась отыскать ключ, обнял меня со спины, взяв у меня из-под локтя Хризантему, мешающую в поисках. — Ведь там буду я.
— Я не пью, не танцую и не особо жалую Минсу — будь там хоть двое тебя, я не пойду, — бормотала я, не поднимая головы.
— Двое меня, — усмехнулся он, так же мешая в поисках, так как одна его ладонь поглаживала живот, а дыхание щекотало шею. — Ну один раз пойдём, что мне для этого сделать? Хочешь, потру тебе спинку, когда ты сейчас будешь принимать душ?
— Ни в коем случае, — категорично ответила, стараясь не выдавать свою смущённую улыбку, и достала из рюкзака дурацкий ключ.