Безумный зов небес (СИ)

Я сделал ставку и ждал, окупится ли она — пока по моему ненадёжному укрытию разносился нарастающий грохот самой смерти. Так проходили минуты, за ними, возможно, часы. Время от времени «стукач» затихал, делая вид, что оставил дом в покое, но затем возобновлял свой натиск с удвоенной силой. Шкрябанье и царапанье, доносящееся со стороны спальни, не прекращалось ни на секунду, и это вызывало у меня большие опасения, чем оглушающий стук. В отличие от входной двери, ставен и стен дома, окно в спальне заколачивал я сам. С точки зрения механики Изнанки эти доски явно имели меньший приоритет и прочность. Допустим, «ледовик» с ними не справится, но если «стукач» сообразит прийти ему на помощь, моим укреплениям несдобровать.
И всё же, пока что это был мой лучший вариант на прохождение Пути.
…удивительно, но мне удалось задремать — под адский грохот и на грани замерзания. А вот разбудил меня звук, выбивающийся из монотонной долбёжки последних часов. В общем-то, я ждал этого звука и подсознательно опасался с начала ночи, так что в моей реакции не было ничего необычного.
Это был треск ломающихся досок.
Я моментально оказался на ногах и встал наизготовку в своём углу, держа наперевес тяжёлый, пусть коротковатый железный ломик. Таким импровизированным оружием вполне можно было ушатать «ледовика», особенно с помощью Нэсс, но основную угрозу представлял «стукач». Одновременно с треском из спальни стук в дверь прекратился — как и в прошлый раз. По какой-то причине громила ждал, пока в дом проберётся монстр поменьше, чтобы последовать за ним.
БАХ. БАХ!
О, а это уже в дверь спальни, укреплённую лучше, чем в мою первую попытку, но всё равно довольно средне. Лучшие доски и лучшие гвозди пошли на заколачивание окна, и с ними уже расправились. «Стукачу» понадобилось не больше пяти минут, чтобы проломиться через мои укрепления. Он медленно вошёл в комнату, вращая единственным глазом — и тот быстро остановился на человеке в дальнем углу. Опираясь на огромные кулаки, чудовище рванулось к цели… и провалилось сквозь прикрытый тканью провал в полу, где ещё недавно находился люк в подвал. Старые приёмы — лучшие приёмы.
Я вышел из противоположного угла, отсалютовав чучелу возле спуска в подвал, одетому в мою старую одежду — джинсы, куртку и кроссовки. Голову и волосы пришлось кое-как мастерить из матраса и тряпок, но как я и подозревал, со зрением у «стукача» было не очень. При всей своей грозной силе, плавать он явно не умел, а подвал под домом оказался на удивление глубоким. Пару раз наружу вырывалась огромная рука, пытаясь зацепиться за край, но Нэсс была на страже и хлестала по пальцам щупальцами с такой силой, что те сразу разжимались и отправлялись назад.
Со стороны спальни на меня попёр оставшийся позади «ледовик», но получил несколько ударов острым концом ломика и схлопнулся в сиреневый туман. Вскоре через щели ставен начали пробиваться первые лучи рассветного солнца, и такой же сиреневый туман повалил из дыры, ведущей в подвал. Я подошёл к ней и пристально всмотрелся в тёмную воду.
— Нэсс, поможешь?
Шипастое щупальце бережно подцепило карту, плавающую на поверхности воды, и передало в мои руки. На удивление, она не пострадала, словно была сделана из пластика.
— Огонёк, — сказал я, демонстрируя рисунок Нэсс. — Жаль, не золотая.
Теневая «собачка» посмотрела на меня с сомнением.
— Да, ты права. Золотая будет если «лешего» завалим. Но согласись, где-где, а тут бы огнемёт нам пригодился.
Щупальце пододвинуло ко мне молоток с импровизированной ручкой, которым я заколачивал доски. Не огнемёт, конечно, но огнемётом бы я баррикаду не соорудил. Придётся захватить с собой, да и ломик тоже. Пусть лишняя нагрузка, зато меньше шансов потом кусать локти, осознавая собственную тупость.
Утром заснеженный лес выглядел совершенно потрясающе и абсолютно безмятежно. Какие ужасы, какие чудовища? Это же место для зимнего отдыха, лыж, посиделок у камина с чашкой глинтвейна… Ага, ага, разбежался. Ноги в руки, Ардор, и вперёд, пока световой день на твоей стороне. Если наберёшь хороший темп, то дойдёшь до портала уже сегодня и больше никогда не увидишь этот грёбаный расчудесный лес снова. Уж в чём можно было положиться на Изнанку, так в том, что пройденные испытания не повторялись.
 
Я сразу набрал хороший темп и был настроен на победу. Пока что все ставки сработали, а это значит, что днём в лесу будет заметно безопаснее. Монстры, конечно, не исключены, но скорее всего калибром поменьше «лешего». Если придётся драться, у меня есть Нэсс. Врасплох нас никто не застанет.
Часа через четыре моя уверенность в быстрой победе поубавилась. В Изнанке не было полоски выносливости, тут я уставал обычным образом, как на Земле, и чёрт возьми, как же я устал за эти часы марша через снег! Я продолжил идти на чистом упрямстве ещё около часа, но затем просто привалился к ближайшему дереву и медленно сполз на землю. Вокруг был всё тот же лес, только солнце теперь пересекло точку зенита и ползло вниз. Укороченный световой день, да? Упираем на реализм?
— Нэсс, родная, далеко ещё нам? — с тоской спросил я, глядя на свою спутницу.
Та с сомнением посмотрела вдаль, затем на меня. Затем дёрнула ушами, словно что-то поняла и отступила, уставившись куда-то в сторону. Я тяжело вздохнул, поднимаясь на ноги — те ощутимо гудели и требовали отдыха, но отдыхать, сидя на снегу, в любом случае было посредственной затеей. Нэсс пошла вперёд, указывая путь, и я двинулся за ней — теперь уже в том темпе, который просто мог поддерживать.
Солнце потихоньку приближалось к горизонту, когда мы наконец дошли. Нэсс остановилась, очень гордая собой, а мне ничего не оставалось, кроме как назвать её умницей и почесать за ушами. Технически, мы действительно добрались до нужного места. Просто этим местом был не портал выхода.
Второй дом по сравнению с первым смотрелся, как тибетский мастифф против померанского шпица. Большое кирпичное двухэтажное здание с двумя башнями, возвышающимися по бокам, увенчанными куполами из голубого металла. Судя по ряду признаков, это когда-то была больница, хотя табличка у центрального входа стёрлась до такой степени, что надпись не читалась. Но за красотой и масштабом скрывались проблемы — и как только я их заметил, уже не мог смотреть ни на что другое.
Первый дом, пусть и неказистый, сразу предлагал солидную защиту в виде входной двери и ставен на окнах. Во втором почти все окна были огромными, ничем не прикрытыми и отчётливо стеклянными. Те, конечно, что остались целыми — то есть, около половины. Входная дверь у старой больницы попросту отсутствовала, а следы на косяке намекали, что её когда-то лихо сорвали с петель и утащили в неизвестном направлении.
А ещё изнутри раздавалось негромкое, но отчётливое царапанье. Монстры здесь днём всё-таки водились, просто предпочитали места потемнее.
Я сделал шаг вперёд, чтобы прислушаться получше и мои ноги намекнули, что ещё пять минут без передышки — и они уйдут искать себе хозяина получше, а я могу дальше передвигаться на руках, изображая «стукача». Пришлось снова отправлять Нэсс на разведку, а самому ковылять следом, осматриваясь в поисках чего-нибудь вроде стула. Пятнадцать минут отдыха — и снова за работу.
Первому «ледовику» почти удалось устроить на нас засаду, но он был вовремя обнаружен и повержен совместными ударами щупалец и ломика. Второй даже не пытался скрываться — он стоял, покачиваясь, в центре коридора и рванул к нам с неожиданной скоростью, пытаясь прорваться мимо Нэсс и вцепиться мне в горло рукой-клешнёй. Шипастое щупальце подставило ему подножку, а я вовремя отступил в сторону, так что цели он не достиг. Третий притворялся грудой мусора в одной из комнат. Когда мы отвлеклись, он бросился из тёмного угла и отсёк Нэсс одно из щупалец. Этого шустряка я колотил ломом с особым остервенением.
Прошло не менее получаса, пока шорохи и поскрёбывания не прекратились, а все их источники рассеялись сиреневым дымом. Мы с Нэсс не сговариваясь растянулись на дощатом полу в одной из комнат — она раненная, я попросту смертельно уставший. Старая больница была очищена от нечисти, да только дело уверенно двигалось к закату, а я даже не начинал искать материалы для баррикад. Более того, в этом громадном доме требовалось также подобрать подходящее место для обороны, поскольку на заколачивание всех окон у меня ушло бы около недели.