Безумный зов небес (СИ)

Выше леса, выше верхушек сосен возвышалась человеческая голова. Старик с лохматой седой бородой и безумным взглядом глаз цвета инея стоял над чащей, медленно осматривая её со своей недосягаемой высоты. То ли сошедший с ума Морозко, то ли леший, решивший проинспектировать свои зимние владения. Какая, в сущности, разница, учитывая то, что это великанское страшилище явно искало меня!
Прятаться было негде, разве что лечь и закопаться в снег, надеясь на лучшее. Но как только мне в голову пришла эта незамысловатая мысль, «леший» повернул голову и уставился прямо на меня. Над лесом раскатился низкий гул, когда чудовищный старик открыл рот, и оттуда начали выбираться другие монстры, поменьше. «Ледовики», «стукачи» и неизвестные мне твари появлялись из разверстого зева как насекомые, сползали вниз по его щекам и бороде и исчезали в лесу.
Я извинился перед страхом, что не послушал его раньше и любезно принял предложение панического бега куда глаза глядят. К удаче, один из обрывов, ограничивающих лес, оказался в паре минут бега. В какой-то момент земля под ногами просто кончилась, и я полетел вниз, в бесконечную темноту.
«ВЫ ПОГИБЛИ».
  
Глава пятнадцатая
 
— Сначала у нас были Пути по видеоиграм, а теперь по чему? Правильно. По песням «Короля и Шута!»
— Кого?
— Или «Агаты Кристи». Ну ты знаешь, там, где ночью по лесу идёт Сатана. Сказочная, мать её, тайга!
— Боюсь. Что не знаю.
— А надо знать! Классика, как-никак.
Я вздохнул и остановился около родника, чтобы выпить воды и умыться. Это возрождение, тьфу-тьфу, не сопровождалось никакими побочными эффектами кроме совершенно дерьмового настроения. Кёльколиуке вежливо молчал, ожидая, пока я успокоюсь. Я успокоился.
— Извини, нервы шалят. Это просто рок-музы… исполнители музыки из моего мира. Ты никак не можешь их знать.
— Я. Так и подумал.
Требовался новый план. Не то что бы срочно — я терял время только на перерождении, примерно по четыре часа на каждое. Ребятам понадобится порядка трёх суток, чтобы добраться до места первой Церкви — благо, Уилл успел переписать координаты для своей карты до того, как меня убили. Опять же, две смерти в Изнанке — не бог весть что, бывало и хуже, гораздо хуже…
Только вот этот конкретный Путь здорово меня напрягал.
Во-первых, ещё ни в одном предыдущем испытании не было столько опасных монстров, как тут. Сайлент Хилл запер меня с боссом в конце, но там хотя бы оставили возможность получить оружие. На уровне с небоскрёбами было полным-полно растительных зомби и турелей, но они не считались за минибоссов. Насчёт тайги же у меня росла уверенность, что любое из отродий «лешего» могло убить меня насовсем.
Во-вторых, следуя из первого пункта, у меня оставалось не очень много безопасных вариантов действий. Ночной поход по лесу исключался — даже если мне удастся заметить «лешего» раньше, чем он меня, и закопаться в снег. Потеря времени, потеря сил, гигантский риск быть обнаруженным и сожранным. Следовательно, оставались прятки в домике — как-нибудь так, чтобы чудовища не пробрались внутрь. Очень паршиво, очень рисково.
В-третьих, я думал об Эми — как и всегда, когда мозг не мог справиться с другими вопросами и возвращался на тему, которая висела в подсознании. Я снова боялся, что не успею. И всё из-за каких-то грёбаных теней, решивших резко задрать сложность в качестве повышенной оплаты за «проезд» через их грёбаный Путь.
Нет уж, сволочи, моя душа останется при мне, благодарю покорно. Вам придётся немного умерить своё желание поразвлечься.
Факел в полу, тень на стене, сиреневое марево портала.
«Путь сквозь тень».
— Нэсс! Нэсс, ты тут⁈
Что-то ткнулось мне в правую ногу сзади, и я вздрогнул от неожиданности. К счастью, это оказалось не подкравшееся чудовище, а всего лишь явившаяся на зов Нэсс, которая смотрела на меня немного виновато. Мол, подвела в тот раз, не справилась с угрозой. Я наклонился, чтобы почесать её за ухом.
— Не переживай. Ты умница и всегда мне очень сильно помогаешь. В этот раз мы покажем этим гадам, чьи в лесу шишки.
 
Нэсс согласно наклонила голову, как бы подтверждая, что все шишки определённо наши.
Марш-бросок до заброшенного домика. Старый добрый камень, отпирающий окно. Ключ за картиной. Без колебаний я снова выбрал карту со щитом и через пять минут щеголял в нормальной тёплой одежде. Для старой одежды, кстати, я придумал применение — пусть и слегка попахивающее идиотизмом. Но сперва, пока не стемнело, надо было осмотреть окрестности.
Если бы я был материалами для баррикады, где бы я находился?
Спустя полчаса обхода с помощью Нэсс неподалёку от домика обнаружился сарай — неприметный, полуразвалившийся, наполовину засыпанный снегом. Мол, проходите мимо меня, ничего полезного внутри нет. Щаз. В отличие от хлама в самом доме, в развалинах сарая нашлись относительно крепкие доски, короткий ломик, заострённый с одной стороны, молоток без ручки и банка с гвоздями, лишь половина из которых проржавела насквозь. По меркам Изнанки, где всё что угодно приходилось получать за ключи или из карт, это было настоящее богатство.
Вечер почти превратился в ночь, но я успел вернуться в дом, кое-как починить молоток и сделать ряд других приготовлений. Затем я тщательно отделил годные гвозди от ржавых и заколотил выбитое окно изнутри. В ставнях и входной двери я был достаточно уверен, так что оставшиеся доски пошли на заколачивание прохода между спальней и гостиной — насколько хватило. Когда гвоздей и досок не осталось, окончательно стемнело, так что последние штрихи я заканчивал практически на ощупь. Без надёжного способа развести огонь в доме было очень холодно, но зимнее снаряжение со своей задачей справлялось.
— Есть шанс, — прошептал я Нэсс, устроившись в дальнем углу. — Есть шанс, что в первый раз нас нашли по дыму из трубы. Тогда зря мы потели и всё здесь заколачивали, а утром придётся ещё и отдирать. Но лучше перебдеть, чем недобдеть, правда?
Тварь теней была почти неразличима в темноте, но я чувствовал, что она со мной согласна.
БУХ. БУХ. БУХ. БУХ!
Что же, теория о демаскирующем дыме была неплохой. Жаль только, что не оправдалась. «Стукач» явился строго по расписанию и колотил во входную дверь с упорством, достойным лучшего применения.
БУХ! БУХ! БУХ!!
Если прислушаться получше, в промежутках между «бухами» можно было различить негромкое шкрябанье с противоположной стороны дома. Зуб даю, это «ледовик» или какая-то похожая гадина пробовала на прочность заколоченное окно. Из чего приходится делать вывод, что маскировка роли не играет — в дом будут лезть в любом случае. Что же, именно поэтому я выбрал самые крепкие гвозди.
БУХ!! БУХ!! БУХ!!!
Как и в прошлый раз, удары становились всё сильнее, пока от них не начинал дрожать весь дом. Если бы такое происходило в реальности, я бы сидел в уверенности, что дверь вот-вот слетит с петель. Но Изнанка, пусть и заставляющая меня регулярно откладывать кирпичи, подчинялась несколько извращённой, но отчётливо игровой логике. И если эту логику удавалось нащупать, паззл наконец складывался.
Сейчас я делал ставку на несколько вещей сразу. Лес — зона угрозы, дом — укрытие. Мои возможности по укреплению этого укрытия серьёзно ограничены, и по сути я использовал их все. Следовательно, за прочность остальной защиты ручается Изнанка, и если бы «стукач» мог выбить дверь простой долбёжкой, с тем же успехом двери могло не быть вовсе. Значит, дверь и ставни неуязвимы, либо имеют очень высокий запас прочности. Значит, страшные и очень громкие удары — чистой воды психологическая атака, чтобы заставить меня действовать опрометчиво. Однажды эта тактика уже сработала.
Что важнее, во всех известных мне «выживалках» с монстрами, что приходят по ночам, игроку требовалось всего лишь дожить до утра. Простая и понятная задача, прямиком из сказок и мифов, с первыми петухами, рассветом или банальным таймером чудовища отступают, прячутся, рассыпаются в прах. В некоторых играх монстры появлялись и днём, но в дом ломились только с наступлением темноты. Это правило было неизменным, от Майнкрафта до Дарквуда. Я его знал, а следовательно, знали и тени. Они могли его не придерживаться, но тогда в чём вообще смысл испытания?