Еще ближе (СИ)

Да, я успокаивала себя тем, что Снежный мир находится слишком далеко от границ вампирского сектора, что он Нулевой, а значит, перемещение туда запрещено, что, в конце концов, я жила шестнадцать лет в деревеньке на краю леса, да что я там могла видеть?
Лакс был вампиром. Терн был вампиром.
Если Ли-ра любила свою человеческую дочь так сильно, что едва нашла в себе силы жить после ее смерти, то мог ли чистокровный вампир?..
— Что это за штука? — спросила Сатри, и я вернулась в реальность.
Мы шли по летному полю, солнце ярко светило, теплый ветер перебирал волосы. Стоящая впереди нас машина странной конструкции заставила меня поежиться, хотя холодно не было.
— Это наша быстроходная машина, — сказал Дер. — Ваши самолеты быстры, но для нашего путешествия недостаточно. Мы перевезли свой.
Конструкция напоминала присевшего перед прыжком робота огромной величины. Пузатое тело, огромная голова, напоминающая Сферу. Кабина в «голове» была большой, я разглядела за стеклом несколько рядов кресел. Сзади у робота были прикручены две турбины, по бокам я заметила сложенные крылья, похожие на крылья самолетов. При нашем приближении робот приветливо загудел и выплюнул прямо из кабины металлическую лестницу.
— Это… прыголет, — переводчик запнулся, но справился со словом. — Забирайтесь в кабину, мы теряем время.
Дер махнул рукой, и мы по очереди поднялись по лестнице наверх, оказавшись внутри. В креслах пилотов сидели ангелы, увидев нас, они кивнули и повернулись к приборам. Никаких кнопок, тумблеров и рычагов. Все управление велось с помощью команд, отдаваемых с голографической панели. Ангелы надели очки, и лобовое стекло сразу покрылось сеткой координат и показаний.
— Усаживайтесь в кресла, — скомандовал Дер, не позволяя нам расслабиться.
Люк закрылся, лестница пропала. Мы расселись, пристегнули ремни, откинулись на спинки.
— Мы полетим на остров Санторини, — сказал Ирм’дал, когда ангелы начали предполетную проверку, и огоньки на голографической панели замигали, совсем как огоньки Сферы. — Лететь будем пару часов, так что есть время поспать, если кто желает. По приземлении вас покормят. Если захотите после такого перелета.
— Санторини? — переспросила я. — Это не там, где…
— Это там, — перебил Дер. — Все по дороге, проверьте ремни, готовимся к старту. Гигиенические пакеты на спинке впереди стоящего сиденья.
Ангел и вампир сели впереди, видимо, им пакеты не будут нужны. Я и Чим переглянулись, но все же проверили карманы на спинках. Да, все было на месте.
Ангелы дали сигнал, голографическая панель вспыхнула зеленым светом, и почти бесшумно завелся двигатель. Звук был приятный.
— Три, два, один. — Ангелы для нас озвучили появившиеся на панели знаки.
А потом мы прыгнули.
Сначала мне показалось, что прыжок вертикальный. Земля ушла из-под ног, тело вдавило в кресло с немыслимой силой, я буквально почувствовала, как сопротивляется разрезающему его куполу воздух. Не было слышно ни свиста, ни рева двигателя. Я чувствовала лишь свою многократно возросшую массу и понимала, что еще немного — и просто растекусь по креслу лужей крови и кишок.
Так же резко перегрузка исчезла. Медленно и плавно корпус развернулся на девяносто градусов, и голова робота стала смотреть вперед. Облака понеслись навстречу. Я почувствовала, как желудок медленно расправляется, и на всякий случай поднесла к губам пакет. Ощущение было ужасное. Просто ужасное.
— Набрали высоту, задаем координаты, — сказали ангелы. — Все в порядке, можно отстегнуть ремни.
Я уткнулась лбом в спинку кресла впереди и сглотнула. Кажется, о еде я сегодня думать не смогу. Чим и Берк уже выбрались из кресел и практически прилипли к стеклу, обмениваясь замечаниями, а мы с Сатри еще приходили в себя.
— Три с половиной тысячи лет назад на острове Санторини произошло извержение вулкана, — сказал Дер так, словно разговор и не прерывался. — В тех местах океаническая земная кора напрямую прилегает к мантии. Поток лавы вынес на поверхность то, что до этого мы считали невозможным на планетах с таким холодным климатом.
 
— Кристалл? — уточнила Сатри.
Я подняла голову и посмотрела на Дера, который тоже подошел к стеклу, но глядел не облака за ним, а на нас.
— Да, — кивнул он. — Эта планета слишком мало времени была горячей, она очень быстро остыла. Демонические планеты «тушатся» на медленном огне миллиард и больше лет, потому там и образуются Кристаллы. Наверняка Кристаллы есть и в полужидких ядрах таких планет, как Земля, но искать их — слишком трудоемкая задача. Сейчас у вас — достаточно развитая цивилизация. Ковыряться в плюмах — значит, с большой вероятностью провоцировать новое вымирание, а у вас и так их было достаточно. Мы не хотим. С Санторини нам повезло. По историческим меркам извержение случилось совсем недавно, и у нас был шанс найти Кристалл неповрежденным.
— Что такое «плюм»? — спросила я.
— Восходящий поток расплавленной породы от ядра к поверхности, — пояснил ангел. — Нарыв в толще коры, который набухает и периодически прорывается извержением. Они есть практически на всех планетах такого типа, как эта. Только на самых холодных мы их не находим.
— Очень обнадеживающе, — заметил Чим.
Ангел пожал плечами.
— Извержение на Санторини было настолько сильным, что всколыхнуло более глубокие слои мантии. Такое бывало и раньше, но задолго до того, как здесь появилась цивилизация и задолго до того, как мы начали следить за этим сектором галактики. Может, ты слышала про сибирские траппы и супервулканы, Нина.
Я покачала головой. Заставив себя подняться с кресла, я прошла по чуть вибрирующему под ногами полу и остановилась рядом со стеклом. Вид открывался потрясающий. Мы летели над облаками, над нами было безбрежное голубое небо. Тень робота казалась чудовищем, бегущим за нами по белоснежной гряде облаков. Солнце было ближе и ярче.
— Было время, когда Земля чуть не вымерла, — сказал Дер у меня за спиной. Я повернула голову и увидела, что он стоит рядом с ангелами, управляющими полетом, и смотрит сквозь голограмму куда-то вдаль. — Под тектоническими плитами ожили траппы — это источники магмы, они изливаются быстро и сильно, потому что в тех местах собираются в кучу несколько десятков, а то и сотен плюмов, о которых я говорил. Сначала проснулись малые траппы в Китае, а потом к ним присоединились траппы в Сибири. Они изливались и изливались, и изливались. Солнце затмила пыль, температура повысилась, воздух наполнился копотью и дымом и ядовитыми газами. Океаны нагрелись. Вымерла практически вся жизнь, которая существовала на планете в то время. Это было 252 миллиона лет назад, и наверняка тогда на поверхность тоже выносило Кристаллы. Но мы тогда не знали о них. Сейчас, хоть и знаем, это знание уже бесполезно. Кристаллы живут очень мало. Пять-десять тысяч лет, а потом они просто пустеют и становятся обычным куском камня. Санторини — наш шанс.
— Но вы сами уничтожили ту планету, — сказал Берк. — Потому что решили, что они слишком опасны, если я правильно помню. А теперь сами ищете эти Кристаллы, зачем?
— Мы вынуждены были так поступить. Все эти годы мы разрабатывали способ управлять Кристаллами безопасно. Кристалл Дэлакона нам очень помог, но срок его жизни уже на исходе, а нам нужен новый источник энергии Мы планируем в обозримом будущем экспедицию в большое скопление галактик с миллиардом звезд — вы называете его Скопление Девы. Оттуда недавно получен неопознанный радиосигнал, мы думаем, что с нами кто-то выходит на контакт. Но сигналу уже около ста миллионов лет. Еще сто миллионов лет нам понадобится, чтобы достичь источника сигнала.
Я попыталась представить себе это, но не смогла.
Сто миллионов лет назад кто-то послал из космоса свой привет. Ангелы получили его вчера, для них этот «привет» существует здесь и сейчас, но на самом деле даже планеты, откуда был послан сигнал, может уже и не быть на карте Вселенной. Сто миллионов лет назад человечества еще даже не существовало. Мог ли какой-то сигнал издалека достичь нас тогда… и пропасть без следа, потому что тогда его просто некому было поймать и прочесть?