"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ)

Естественно, все глаза в заведении сейчас обращены на сцену, и только Аня увидела, как сидящий напротив Иван почти мгновенно превратился в «Леху», улыбнулся ей «улыбкой дембеля» и снова стал самим собой, с восторгом следя за тем, что происходит на сцене. Вот еще одно странное проявление прошлых умений его возлюбленной, о которых он даже понятия не имел!
Еще минуту Альбина провела в непрерывном движении, волшебном полете, словно сумела упросить Землю перестать притягивать ее к себе. Вот она соскользнула на полметра вниз и мягко коснулась помоста, без видимых усилий завершая виртуозное вращение. Музыка смолкла, посетители начали аплодировать, и Альбина, смутившись, неуклюже поклонилась и поспешила поскорее убраться с помоста и вернуться за столик. Слишком много взглядов, и не все ей приятны, не все чисты…
- Умница, - похвалил ее Иван. – Так намного лучше, чем малолеток в пруд макать.
Она рассмеялась и снова полезла обниматься, на этот раз, забравшись к нему на колени. Ну, не сгонять же ее теперь? Хотя прошел уже год, а Иван так и не научился обходиться без искусственного гормонального контроля всякий раз, когда приходится обнимать ее, как сейчас… Потому что она почувствует его волнение, и какой может стать ее реакция, никто не знает. А тут еще одна пара блестящих темных глаз, совсем рядом…
- Ваше мороженое, пожалуйста, - деликатно произнес официант, ставя на стол полную розетку и стараясь сохранить нейтральное выражение лица.
- Спасибо! - радостно пискнула Альбина, перебралась на диван и улыбнулась совершенно счастливой улыбкой. И когда успела отправить заказ, интересно? Иван решил, что спорить бесполезно, да и поздно, встать между Ясной и ее мороженым он бы не решился. Но ведь она не только Ясная, но и добрая… И хорошо воспитанная, между прочим, поэтому она от души предложила драгоценное лакомство своей новой знакомой, а Иван подумал, что если Альбина сумела отыскать с аспиранткой общий язык, то и у него есть шанс искупить свою вину.
А еще через минуту все эти планы потеряли срочность, потому что произошло то, чего он ждал целый год. Ждал и надеялся, что вести будут добрыми, но пока что произошло лишь самое первое событие из длинной цепочки. Импульс метрики пространства, разорванной всплеском гигантского контролируемого выброса энергии.
Но для посвященных в Тайну все это буйство может стать всего лишь чередой цифр, смысл которых скрыт очень далеко среди звезд.
Ожидание закончилось.
  
Женева, май 2062 года
 
Под аккомпанимент короткой и ласковой майской грозы из ворот международного аэропорта Женевы выкатились три массивных и явно несерийных микроавтобуса и помчались по проспекту Жура в сторону зеленеющих гор, выстроившись в импровизированный компактный кортеж. Нельзя сказать, что черные машины совсем не привлекли внимание, но никаких полицейских сирен или почетных мотоциклистов среди них нет и в помине.
Пассажиры этих машин прибыли разными рейсами с интервалом в пару часов, но такие подробности уже никому не интересны. Мало ли, кто прилетает по делам в аэропорт, где недавно ввели в строй терминалы, восстановленные после десятилетий простоя. Воздушная гавань, одна из старейших и крупнейших в Европе, еще не достигла своей былой нагрузки, но явно устремлена к этой цели. Огромный комплекс теперь снова выглядит, как и в начале века, когда все еще благополучная Европа перегоняла через Женеву почти 15 миллионов пассажиров в год. А потом все рухнуло, хоть старый терминал заново открывай! Даже единственную полосу пришлось капитально восстанавливать, но справились же, в конце концов!
Машины промчались через Ферне-Вольтер, Орне и Ла Кюла, после чего прибавили ходу. Миновав Ле Гран Пре, кортеж внезапно затормозил у придорожного ресторанчика с длинным итальянским названием, а из головной машины выскочила пара дюжих молодцов, через пяток минут вернувшихся с объемистыми бумажными пакетами. Видимо, кому-то из пассажиров сильно захотелось кушать. Машины снова рванули с места.
 
Вот горы придвинулись ближе, а за окнами замелькали поля, едва покрывшиеся зелеными всходами. Гроза уже ушла далеко, дождь перестал, и машины, сбавив скорость, свернули к комплексу приземистых невысоких зданий недалеко от шоссе, отгороженных глухим высоким забором и рядами колючей проволоки. Когда-то аббревиатура ЦЕРН часто мелькала в новостях, а теперь женевский научный центр предпочитает не привлекать к себе внимание прессы. Здесь, на пункте контроля, дорогу преграждает не простой шлагбаум, а бетонные блоки и автоматические барьеры, как на железнодорожных переездах. Охраняют территорию не пузатые отставники из какого-нибудь местного ЧОПа, а подтянутые вооруженные люди в полной выкладке, а чуть в стороне из-за кустов торчат стволы скорострелок и антенны системы глушения радиоуправляемых фугасов. Что поделаешь, наследие смутного времени.
Машины равнодушно проскочили мимо пустой уличной стоянки, и под ровное подмигивание камер наблюдения одна за другой нырнули в извилистый лаз подземного гаража. Наконец, движение прекратилось и машины замерли на выделенных площадках. Массивные дверцы распахнулись с журчанием электроприводов, и пассажиры начали выходить, приветствуя друг друга. Охрана почти сразу рассредоточилась по периметру, оставив своих серьезных подопечных наедине.
Эти люди выглядят очень по-разному, но есть у них одна общая черта: на всех лежит видимая невооруженным глазом печать властности и целеустремленности. Плюс породистый старомодный аристократизм, которого так не хватает большинству нынешних политиков.
- Давно мы не встречались по столь хорошему поводу, братья, - тихо сказал высокий господин с внешностью видавшего виды прусского дворянина. - Только кавалер Сарто никак не торопится к нам присоединиться.
- Ваша правда, барон, - пожал плечами еще один гость с удивительно холодным выражением лица, но с яркими живыми глазами. - Даже рыцари бывают голодными.
Костюм на этом человеке сидит столь идеально, что не возникает сомнений в том, что бронежилет он умеет носить не хуже.
- Прошу прощения, братья! - Кавалер Марцио Сарто запоздало выскочил из головной машины. - Я не мог не доесть то, что уже держал в руках.
Рыцари кивнули и сдержанно улыбнулись. В этот раз у итальянца нет никаких золотых запонок и экстравагантных аксессуаров, только строгий черный костюм с синим отливом. Среди братьев Ордена совсем иной кодекс поведения, и одежды это тоже касается.
- Добро пожаловать, - поприветствовал гостей невысокий, но весьма подтянутый человек лет пятидесяти, на котором очень странно смотрится простой лабораторный халат. Это выглядит почти как маскировочная накидка на поле боя.
- Ну, здравствуй, брат Максим! - голос высокого барона слегка потеплел. - Я вижу, ты неплохо себя чувствуешь в этом храме науки.
Несмотря на наличие некоего пафоса, в его голосе не прозвучало фальши.
- Увы, это лишь руины храма, брат Эрих, - мрачно ответил обладатель халата. - Очень многое разрушено и потеряно навсегда. Но с нашей помощью все очень быстро меняется.
Рыцари проследовали за Максимом к выходу из подземного гаража, свернули в пустой коридор и молча шли около пяти минут, изредка останавливаясь для автоматической проверки документов. Наконец, они оказались в обширной и совершенно пустой лаборатории, отгороженной от остального мира массивными герметичными дверями. Но, судя по массе включенной аппаратуры, комплекс живет своей сложной жизнью вне зависимости от наличия посетителей.
- Интересно, когда уже кто-нибудь сообразит, что курировать научные проекты можно и попроще? - проворчал ясноглазый рыцарь.
- Это пустяки, брат Филипп, - успокоил его Максим. - Здесь все под нашим контролем. А точнее, под моим. Научные исследования нынче не волнуют широкую публику, а следовательно, и распространителей сплетен здесь нет. А профессионалы почти поголовно на нашей стороне.
- Это «почти» и настораживает, - учтиво возразил Филипп. - Но вам, брат, виднее.