Элрик: Лунные дороги

- Многие возмутительно суеверны. Но если бы они не были такими, то я бы ими не правил.
– Так вы правитель Миренбурга?
– Не всего города, дорогая моя.
Пока мы шли, он рассказывал о том, как наслаждался дружбой моего прадеда в десятом колене и еще одного искателя приключений, его друга и известного воздухоплавателя шевалье Сент-Одрана.
– Вы знаете шевалье Сент-Одрана? Я вчера с ним познакомилась! – обрадовалась я, что у нас нашлись общие друзья.
– В самом деле? А не с его потомком?
– Только если его потомок тоже воздухоплаватель.
Он описал своего друга, который часто появлялся в Миренбурге. Это был мой Сент-Одран, до самых мелочей. Иногда он прилетал в компании двух других друзей, и я решила, что это почти наверняка Лобковиц и Фроменталь. У меня появилась надежда. Если шотландец смог прилететь на шаре в Инглетон, значит, и я каким-нибудь образом тоже смогу встретиться с родителями, и, наверное, шевалье Сент-Одран догадается, где меня искать. И, как это бывает с детьми, я решила не беспокоиться и по возможности наслаждаться приключением. Раз уж небольшая встряска земли завела меня в этот мир, то существует немалая вероятность, что другой толчок выведет меня обратно.
Оказалось, лорду Реньяру нравятся абстрактные идеи. В этом он походил на моего папу – вместо обсуждения чего-либо конкретного он начинал философствовать. Я часто теряла нить повествования и радовалась, когда лис прерывался, чтобы обратить мое внимание на восхитительный вид или рассказать о флоре и фауне окружающего мира.
Я начала уставать и уже проголодалась к тому времени, как мы увидели раскачивающиеся башни города Осенних Звезд, беспорядочно разбросанные высокие жилые дома, печные трубы, шпили и купола. Высоко в небе виднелись бледные, блеклые светящиеся точки, ржаво-красные и темно-желтые – вероятно, древние звезды. Смогу ли я найти в этом городе своего защитника, месье Зодиака?
Лорд Реньяр посоветовал мне смотреть под ноги.
– Вскоре мы будем дома, но тропинка тут коварная. – Он указал на очертания Миренбурга и пояснил: – То, что вы видите, это зеркальное отражение города на поверхности. Не спрашивайте, как появился такой феномен. Мне не хватит ума, чтобы объяснить. Но в некоторых точках верхний и нижний город соединяются и позволяют нам перемещаться из одного места в другое. Думаю, верхний город покажется вам более знакомым. Я не уверен, но не исключено, что он существует и в вашем измерении.
– В этом случае у них наверняка есть междугородний телефон, – сказала я. – И я смогу связаться с родителями.
Он скептически взглянул на меня и ответил не сразу:
– Наш Миренбург, то есть мой Миренбург, не слишком прогрессивный город, хотя в последнее время в нем прошли промышленные реформы, пусть и довольно скромные.
Когда мы спустились к городским стенам, тишину огромных пещер нарушил гулкий стук. Лорд Реньяр оглянулся и толкнул меня в тень громадной гранитной скалы. Он поднес лапу к морде, давая знак молчать. Вдали, на гребне скалы, в тусклом свете «осенних звезд» я увидела двух всадников. Лиц их было не рассмотреть, пока они не подъехали ближе. Я бы позвала их, если бы не совет лорда Реньяра. И, наконец их разглядев, обрадовалась, что не сделала этого. Это были таинственный гость и тот другой человек из сна – пуританин с бледным костлявым лицом. Клостергейм. Видимо, они искали меня.
Вскоре мы добрались до высоких стен Миренбурга. Это было холодное, довольно тревожное место. Я еще крепче сжала лапу лиса, пока он заводил меня внутрь сквозь неохраняемые ворота и объяснял, где мы сейчас находимся.
– Больший по размеру внешний город мы называем Мелким. Но мой народ обитает в самом центре этого места. В квартале, который называется Глубоким городом. Мелким городом правят севастократоры, потомки византийских рыцарей. Но я с ними почти не общаюсь. Они плохо образованны и утратили свою древнюю мудрость и старые навыки. Они никогда не выходят из города, и у них нет дел под землей, как у меня.
Мы прошли по темным улицам без фонарей и добрались до широкого бульвара. Эту часть города освещал единственный шар света, издалека довольно тусклый. Шар был установлен на верхушке монолита из черного мрамора, эта плита стояла на другой гигантской плите и тянулась к базальтовым кубам.
 
– Дворец севастократора из нижнего города, – пробормотал лорд Реньяр. – Для нас он не представляет опасности.
Многие другие строения выглядели как общественные здания или жилье важных официальных лиц. Лишь изредка в окнах мелькал желтый свет. Высокие здания стояли очень кучно. Я сразу же вспомнила Нью-Йорк, но, в отличие от него, в этом городе царила странная тишина, словно все спали. Я побывала в Нью-Йорке лишь однажды, и меня поразило, что дорожный шум и полицейские сирены не затихали даже ночью.
Лорд Реньяр заметно нервничал и сказал, что плохо знаком с этой частью города.
– Мой квартал самый старый в городе, чаще всего его называют Кварталом воров.
– Воров?
– За респектабельного гражданина меня здесь не держат, – смущенно пробормотал он. – Всю свою жизнь я стараюсь учиться, чтобы быть цивилизованным существом, но, несмотря на это, люди, среди которых мне суждено обитать, все еще считают меня чудовищем. Многие тут чрезвычайно консервативны. Даже религия у них несколько старомодная. И лишь в квартале, куда не ступает нога достойнейших жителей города, я могу обрести покой и отдохновение.
Речь его показалась мне чересчур мелодраматичной. Лично мне говорящий лис казался классным. По-моему, если бы он переехал в Лондон, то стал бы звездой всех телевизионных ток-шоу. И я собиралась сообщить ему об этом, как только мы придем к нему домой. В конце концов, если он так легко путешествует по своему миру, то так же легко мог бы попасть и в мой.
Как только мы достигли района пристани на берегу то ли озера, то ли очень широкой реки, показались большие здания. Горизонт окрасился светло-розовым – начинался рассвет. Черная вода заблестела. Звезды над головой померкли. Лорд Реньяр провел меня по ступенькам вниз к самой воде, а затем, к моему удивлению, снова повел по ним вверх. Солнце поднялось у нас за спиной, Миренбург проснулся, готовый приветствовать новое утро. Это был тот же самый город, что мы только что покинули, но совершенно преобразившийся!
Кричали петухи, лаяли собаки, девушки переговаривались друг с другом через окна, разносчики зазывали покупателей, звонили колокола, и грохотали по мостовым телеги – жизнь кипела повсюду. Однако местные жители меня напугали, хотя и не выглядели зловещими. Скорее, наоборот, со свежими лицами, в большинстве своем круглоголовые и в прекрасном настроении. Только вот одеты они были как в другом веке. Улицы по спирали сбегались к центру, где возвышался огромный замок. И, судя по запахам, я явно попала в прошлое.
Теперь я по-настоящему забеспокоилась. С тревогой пробормотала:
– Лорд Реньяр, похоже, вы не собирались отвести меня к родителям. Я начинаю волноваться. Мне правда очень нужно попасть домой!
Лис остановился. Впереди виднелись высокие жилые дома, они раскачивались, словно в танце. Даже дымовые трубы подпрыгивали и дергались.
– Наши гости иногда умеют ходить по дорогам мультивселенной, – почти извиняясь, сказал он.
Я вроде бы не собиралась плакать. Но почему мне потребовалось столько времени, чтобы осознать, что произошло? Я понятия не имела, что случилось. Я заблудилась не только в пространстве, но и во времени, и как бы добр ни был лорд Реньяр, простого способа помочь мне он не знал. Меня, конечно, утешали его огромная лапа и подрагивающие от сочувствия усики, но этого было недостаточно.
Я взяла себя в руки. Князь Лобковиц и его друзья наверняка догадаются, куда я попала, и обязательно найдут меня. Я сказала себе, что у меня есть все шансы вернуться домой. Лис вздохнул с облегчением, когда я перестала плакать.
– Уже почти пришли, мадемуазель. И как только мы окажемся в моих покоях, обещаю, я тут же начну искать людей, которые сумеют вам помочь.