Больше чем страсть
У дверей кабинета отца на страже стоял Томсон.
– Извините, мисс Уэстон, но вам туда нельзя.
– Я постучу!
– Не велено.
Пенелопа догнала сестру в тот самый момент, когда дверь кабинета открылась, явив их отца с лицом мрачным, как грозовое облако.
– Войди, Абигайль. Только Абигайль, – процедил он, когда Пенелопа попыталась прошмыгнуть следом. Абигайль одарила ее извиняющимся взглядом, прежде чем проследовать в кабинет за отцом.
– Мне следовало бы хорошенько выпороть тебя за вчерашние похождения, – сказал он, усевшись за свой письменный стол. – О чем, черт побери, ты думала?
Абигайль поспешила сесть на диван рядом с Себастьяном.
– Я люблю его, папа. Ты сказал, что я не могу выйти за него замуж, потому что он вор, так что нам пришлось доказать обратное.
– А если бы оказалось, что ты не права?
Абигайль улыбнулась, взглянув на Себастьяна. Он улыбнулся в ответ, и ее сердце воспарило. Никогда еще она не видела своего избранника таким счастливым.
– Я знала, что права.
– Мистер Уэстон пришел к такому же выводу, прочитав письмо лорда Стрэтфорда, – сказал Себастьян, прежде чем снова повернуться к ее отцу. – У вас есть еще возражения, сэр?
– Письмо лорда Стрэтфорда? – переспросила Абигайль.
Отец буркнул что-то неразборчивое и протянул ей листок, лежавший на его письменном столе.
– «Дорогой сэр, – прочитала она. – Я считаю своим долгом исправить ложное впечатление, которое могло сложиться у вас позавчера после нашего разговора. Я совершенно уверен теперь, что Себастьян Вейн не имеет никакого отношения к краже, имевшей место в Стрэтфорд-Корте. Стрэтфорд».
Абигайль подняла на отца полный надежды взгляд. Секунду-другую мистер Уэстон мрачно взирал на нее, затем вздохнул, проведя ладонью по лицу.
– Похоже, это тот случай, когда я должен признать, что ошибался, а ты была права, не так ли?
– У вас есть еще возражения? – повторил Себастьян. Его рука, лежавшая на колене, сжалась в кулак.
Мистер Уэстон вздохнул и отвел взгляд. Когда он снова посмотрел на Абигайль, с его лица исчезло раздражение, уступив место легкой печали.
– Только одно – я буду ужасно скучать по ней.
Абигайль, вскочив с места, бросилась отцу на шею.
– Спасибо, папа! – воскликнула она, а затем стремительно повернулась к Себастьяну. Он встал и заключил любимую в объятия.
– Подождите, пока я выйду из комнаты, – сухо заметил мистер Уэстон, поднявшись на ноги. – Но я буду за дверью. Имейте это в виду, Вейн!
Губы нареченных слились раньше, чем раздался щелчок закрывшегося замка. На мгновение они забыли обо всем, прильнув друг к другу, уверенные, что их больше ничто не разлучит.
– Неужели граф Стрэтфорд решился на такое письмо? – спросила Абигайль чуть позже, когда ее прическа лишилась нескольких шпилек, а галстук Себастьяна сбился набок.
Себастьян усмехнулся.
– Я удивился не меньше тебя. Бенедикт прислал его рано утром и попросил меня доставить его в Харт-Хаус. Видимо, он догадался, что я первым делом отправлюсь сюда… – Он приподнял подбородок Абигайль и снова приник к ее губам в поцелуе, таком долгом, что Абигайль чуть не забыла, о чем они говорили. – Он прислал еще одно письмо, – добавил он, посерьезнев. – Это записка от моего отца. Она была внутри сумки. Должно быть, он написал ее, собираясь оставить мне, а потом его рассудок помутился или он передумал. Там… говорится, что он собирается воссоединиться с моей матерью и оставить меня в мире и покое. Если бы той ночью он оставил письмо дома, я нашел бы его вовремя и…
Абигайль прижала палец к его губам:
– Не надо. Теперь уже ничего не изменишь. Ты должен простить себя.
Себастьян кивнул, затем нежно взял руку возлюбленной и прижался губами к ее запястью, где пульсировала жилка.
– Лучше мне подумать о будущем.
– О будущем? – переспросила Абигайль. Себастьян одарил невесту обжигающим взглядом из-под полуопущенных век, приподняв в улыбке уголки губ, и у нее захватило дух.
– О свадьбе. – Он снова поцеловал будущую миссис Себастьян Вейн. – О том, что у нас с тобой впереди целая жизнь.
Абигайль вздохнула, обвив руками шею любимого:
– Как и было предначертано.