Радогощь (СИ)
Елена Ляпина
Радогощь
Пролог
Они все мертвы, все… Лежат с закрытыми глазами, уткнувшись носами друг в друга, изогнувшись в неестественных позах, лица бледны, с легким синеватым оттенком, с темными веками, кожа покрыта ледяной изморосью. Хочется дотронуться до каждого, растревожить, заставить раскрыть глаза, но страшно даже прикоснуться.
Оглядываюсь в поисках помощи, но её неоткуда ждать, я здесь одна, никто не придет и не спасет меня. Возможно, скоро и меня ожидает та же участь, я тоже буду мертва, и меня тоже сбросят в колодец с мертвой водой.
Вдруг слышу шаги, оборачиваюсь, кто-то спускается по каменной лестнице, которую в полумраке я сначала даже не заметила, в страхе пячусь назад, и на светлую стену падает тень волка…
Глава 1. Дух реки
– Да ты подумай только – увидеть настоящий древний языческий свадебный обряд, это же вообще невообразимо круто! – в который раз уже уговаривает меня Олеся.
Она падает на мою кровать, где я сижу по-турецки, завернувшись в пушистый теплый палантин, читаю статью в ноутбуке, чтобы подготовится к завтрашнему семинару.
– Ну, не знаю, – неопределенно произношу я.
Я, правда, не знаю. Ехать непонятно куда в тьму-таракань, да ещё и на несколько дней. Может там связь вообще не ловит. И где ночевать?
– Мы можем курсовую об этом написать, будет здорово, тема не избитая, Николай Борисович наверняка одобрит. Он всегда поощряет, когда народ вживую выходит «в поля», чтобы проработать тему, а не сидит тупо в Интернете. Наберем материала и за месяц напишем, считай и пятерки у нас в кармане, и от курсака по-быстрому отделаемся. – Олеся пытается найти новые точки воздействия на меня. Заманчиво, но я уже догадываюсь по хитрому блеску в её глазах, что истинная цель поездки совсем иная. И она выдает: – Может подгляжу какие-нибудь моменты и для своей свадьбы.
Вот оно что. Закатываю театрально глаза. Это её идея делать торжество в виде древнего свадебного обряда меня раздражала. Вернее, такая стилизация прикольная, необычная, даже модная. Меня больше бесило её упорство делать свадьбу именно сейчас – выскакивать замуж, когда тебе едва исполнилось восемнадцать. По мне так это вообще полный бред. Можно же пока так пожить, необязательно сразу в загс бежать. Хотя, наверное, во мне говорил эгоизм: Олеся выскочит замуж, переедет к Антону, и я останусь одна.
Да ладно бы одна, по-любому подселят ко мне в комнату непонятно кого. А с Олеськой мы знакомы с детского садика, вместе учились в школе, вместе приехали в этот город, вместе поступили в университет на один и тот же факультет, попали в одну и ту же группу, вместе заселились в двухместную комнату в общаге. Одна я бы побоялась уезжать в другой город, училась бы в своем, а Олеся меня уговорила, сказала, что будем жить вместе. И вот – начало всего-то второго курса, а Олеся уже замуж выходит, к парню переезжать собирается, а меня бросает.
– С этого и надо было начинать, – вздыхаю я, – а то курсак… Николай Борисович одобрит…
– Да он, правда, одобрит, Дарина, вот увидишь, – машет массажной расческой Олеся, сползает с моей кровати и возвращается к зеркалу, её светлые волосы рассыпаются по спине.
Шикарные всё же у неё волосы – густые, приятного светло-русого оттенка, она их даже не красит, и длинные, почти до попы. Этим, наверное, и берет. Вьются вокруг неё парни, хоть плеткой отгоняй. Снова вздыхаю и возвращаюсь к статье в ноутбуке.
– Я ребят позвала – Игоря, Аню, Кирилла… – бросает между прочим Олеся, продолжая расчесывать волосы.
На имени «Кирилл» мое сердце на миг подскакивает и делает сальто, и дальше я уже не слушаю. Мой взгляд не ползет по-прежнему по строчкам, а замирает на одной точке. Кирилл… Как же давно он мне нравится, с начала первого курса, но Олеся даже не догадывается об этом. Я полгода молча носила в себе эту тайную влюбленность, считала праздником те мгновения, когда случайно видела его в универе, а Олеся в середине весны просто как-то хоп и запросто сошлась с той тусовкой, где обитал он. И ребята её приняли, враз посчитали за свою. Ну и благодаря ей, я стала видеть его чаще. Кирилл учился на третьем курсе, у него уже была девушка Анна.
– И что они, согласились? – стараясь придать своему голосу равнодушный тон, спрашиваю я, поднимая на неё глаза.
– Конечно, – кивает Олеся.
Так и хочется уточнить – а Кирилл точно поедет? Зачастую, когда Олеся говорила, что ребята идут на какую-нибудь тусовку, то бывало, что Кирилла с ними не было, и тогда я очень жалела, что соглашалась пойти. Мне всё казалось скучным и пресным, и ребята бесили. Но я молчу об этом.
– А твой Антон?
– Он не сможет, у него работа, – отмахивается Олеся.
– Когда ты меня уже с ним познакомишь? – спрашиваю я.
Лучшие подруги, называется. Только и слышу о нем с начала лета, когда Олеся познакомилась с ним в какой-то своей поездке, но я так его ни разу и не увидела. То он домой уезжает, то работает, то ещё что-то. На неё-то он всегда время находит. Начинаю подозревать, что Олеся боится, что я уведу у неё парня или сильно раскритикую. Есть у меня такой большой косяк – многие ребята мне не нравятся. И, конечно, мне вообще не нравится эта идея с её свадьбой всего-то через пару месяцев после их знакомства.
– Да скоро, Дарина, скоро, – ерзая отвечает Олеся.
Всегда, когда я завожу о нем речь, она начинает нервничать.
Пожимаю плечами и возвращаюсь к статье. Взгляд отлепился от точки и пополз дальше по строчкам.
– Ну так что? Погнали давай, – через некоторое время решительным тоном зовет меня Олеся.
– Ладно, – наконец сдаюсь я. – Только если Николай Борисович утвердит, – добавляю я в надежде, что наш преподаватель не одобрит такую идею.
Но он одобряет.
– Какие вы молодцы, девочки, и где вы только раскопали? – удивляется Николай Борисович, когда после его пары мы подходим к нему и излагаем суть своей курсовой работы.
– В Интернете нашли, – хвастается Олеся. – Вот.
Она вынимает из кармана смартфон и быстренько находит нужный сайт, показывает Николаю Борисовичу ту статью про свадебный обряд. Колонка небольшая, пара пестрых фотографий – жених и невеста в простой белой одежде на фоне старого высохшего дерева, и совсем немного текста про то, что проходит когальская свадьба по древнему обычаю с 19-е по 25-е сентября на Вырае у реки Иречь близ села Неклюдовское Окаевского района. Приглашаются все желающие, вход свободный, питание и проживание по скромной стоимости.
– Вам несказанно повезло – когалы народ скрытный, никого к себе не подпускают. Живут обособленно, чужаков не любят. Они немногочисленны и иногда для продолжения рода им всё-таки приходится жениться на девушках не из своего племени. И вот тогда они устраивают открытую свадьбу, приглашают разделить хлеб и радость людей из мира, то есть нас с вами. Выезжают на большую поляну, расставляют шатры, празднуют громко, с размахом. Это крайняя редкость попасть на когальскую свадьбу и увидеть своими глазами древний ритуал, которому они следуют испокон веков. В Интернете навряд ли найдете описание обряда, держат они его в тайне.
– Ага, – кивает Олеся. – Я пыталась что-нибудь поконкретнее узнать, но ничего толком не нашла, только пара упоминаний о том, что когалы относятся к вымирающему народу.
Я тоже пыталась что-нибудь про них раскопать, но нашла лишь небольшую статейку, где говорилось, что когалы – народ давно вымерший и о нем ничего не слышали уже более двухсот лет. Один из ученых археологов предположил, что они владели тайным знанием и перешли в другое измерение. Я показала это Олесе, но она лишь посмеялась, сказала, раз они проводят свадьбу, значит, они не все вымерли, ещё существуют. В общем, сложно разобраться, где тут правда.
– А где они живут? – спрашиваю я Николая Борисовича.