Птица обрела крылья (СИ)

Медленно шагая по ровной широкой дорожке, девушка с улыбкой на лице предвкушала момент, когда увидит дочь Джейн, и, тут и там, срывала яркие, широко раскрытые цветы.
— Миссис Уингтон! — вдруг услышала Вивиан едва слышный шепот, но, оглянувшись вокруг, не обнаружила ни души, и этот факт весьма удивил ее, ведь она была точно уверена в том, что кто — то обратился к ней! Кто — то, кто еще не знал о том, что миссис Уингтон стала леди Найтингейл. — Кто здесь? — потребовала ответа Вивиан.
— Это я! Люси! Люси де Круа! — было ей ответом. — Прошу, выслушайте меня! Мне нужна ваша помощь! Я не знаю, к кому еще обратиться!
— Господи, где же вы? Я не вижу вас! — с легким смехом сказала Вивиан, и через миг широкий, цветущий белыми мелкими цветами куст, растущий у высокого забора, слегка раздвинулся, и за ним показалось бледное, усталое лицо красавицы — француженки.
Люси с трудом удерживала упругие ветви куста руками, и на ее ладонях отсутствовали перчатки, а на ее голове не было шляпки, что тотчас подсказало леди Найтингейл о том, что эта девушка попала в беду.
— Что с вами? Почему вы не в постели? — мягко спросила Вивиан, вплотную подойдя к кусту. — И какой интересный способ общения вы выбрали!
— Я не больна, и все эти дни была заперта в моей комнате моими собственными родителями, — устало, но с обидой в голосе тихо произнесла Люси. И, видя, как округлились от удивления глаза собеседницы, поспешно продолжила: — Только прошу вас, Вивиан, не делайте шума! Никто не знает о том, что я здесь! Несмотря на строгий надзор и скудность пищи и питья, которые были у меня почти отняты в наказание за непослушание, сегодня мне удалось сбежать… Нет, ничего не говорите, но умоляю, помогите мне! — Девушка тяжело задышала и всхлипнула. — Мне нужно… Нет, мне просто необходимо сесть на корабль, который доставит меня во Францию, в любой порт! Но у меня нет ни цента… У меня не имеется ни плаща, ни шляпки… Ничего! Все осталось в доме, но я не могу вернуться туда! Мой отец… Он ужасный человек! Он желает моего брака с герцогом Найтингейлом, но мое сердце отдано другому мужчине… Мужчине, которого я считала погибшим в битве…
— Люси, вы говорите, что собственные родители истязают вас за ваше нежелание охотиться на герцога Найтингейла? — Душу Вивиан объял гнев на эгоистичных родителей этой бедной девушки. — И они отказывали вам в пище и питье? Какой скандал! Вам нужно добраться до Франции? Я помогу вам! Я дам вам денег, одежду и все необходимое. Вы правильно поступили, придя ко мне… Мне так жаль вас! И, Господь Всемогущий, ваш отец жестоко ошибается в своих планах! Герцог Найтингейл уже женат…
— Женат? — вдруг улыбнулась Люси.
— Именно! Надежный источник доложил мне о том, что недавно он тайно сочетался официальным браком с девушкой, ради которой разорвал помолвку со своей невестой, дочерью Адмирала, — улыбнулась леди Найтингейл. Она скрыла то, что счастливицей, ставшей герцогиней Найтингейл, была именно она, ведь это событие все еще оставалось тайной.
— Ах, какая прекрасная новость! — тихо воскликнула Люси. — Он женат! Надеюсь, теперь мои родители поймут, что он потерян для них… Но это ничего для меня не меняет: мне нужно в Париж! Помните, вы узнали о том, что до приезда в Англию, я была обручена с одним из приближенных Наполеона Бонапарта? Но я не просто была обручена с ним! Мы тайно обвенчались, но, по личным причинам, брак не был консумирован… Однако уже на следующий день его призвали на войну, и он покинул меня, а затем мне пришло письмо с новостью о том, что он пал в бою… И я дала отцу увезти себя в Лондон, где поклялась себе получить титулованного и богатого супруга. Именно поэтому я преследовала герцога Найтингейла, а в душе умирала от горя по моему погибшему Мишелю… Но где — то месяц назад подруга из Парижа написала мне о том, что Мишель жив! Он вернулся из шведского плена живым и невредимым! И он ищет меня… Когда я рассказала об этом родителям, они ужасно разозлились и обвинили меня во лжи… Им так важен мой брак с герцогом, что они и слышать ничего не хотят о том, что я уже замужем! Что я не вдова! Мне нужно в Париж, Вивиан! Помогите мне! Думаю, мой отец уже обнаружил мой побег и разыскивает меня…
 
— Постойте здесь! Я сейчас же вернусь с нужными вам вещами! — с готовностью отозвалась Вивиан и, приподняв подол платья, побежала в дом. Вскоре она вернулась с большим чемоданом, который принесла в своих руках сама, не доверяя это дело лакею. Промежуток между решетками был недостаточно широким, чтобы впустить в сад грабителя, но вполне подходящим, чтобы, хоть и с трудом, но передать Люси чемодан. — Здесь все, что вам требуется… И вот, здесь около ста фунтов стерлингов! — Она протянула француженке небольшой шелковый мешок, полный купюр и монет. — Но, Люси, я советую вам добраться до другого города и сесть на корабль там, ведь, очевидно, ваш отец будет искать вас в порту Лондона и проверит каждый стоящий в нем пассажирский корабль и каждое рыбацкое судно.
— Я так и поступлю… Благодарю вас, Вивиан… — Люси тепло улыбнулась и протянула бывшей сопернице ладонь, которую та тотчас крепко сжала.
— Не стоит благодарности, дорогая Люси! Разыщите своего супруга и будьте счастливы! — от всего сердца, искренне пожелала Вивиан. — И, прошу, простите, что я испортила ваше любимое платье тогда, у Сэлтонов.
— Пустяки… Но мне нужно идти! Прощайте, моя добрая фея! — Мадемуазель де Круа разжала ладонь, и цветущий куст скрыл ее от глаз Вивиан.
С трудом веря в произошедшее, Вивиан продолжила свою прогулку по саду.
Через час в Гринхолл вернулись Джейн и мистер Смит. Дочери Джейн с ними не было, зато лицо самой горничной было красным от слез.
— Эта женщина отказалась отдать ее? — нахмурилась Вивиан, помогая подруге выйти из кареты.
— Я и не просила… Я не смогла… — Голос Джейн был полон боли, и болью была наполнена ее чистая душа. — Она живет в красивом большом доме и носит шелковые платья… Когда я появилась в холле дома, моя девочка играла там с куклой… Мой маленький ангел… А эта женщина появилась через несколько минут… И она не узнала меня… А когда она вошла, моя девочка кинулась ей на шею и закричала: «Мама!» А сколько любви было в ее глазах! — Джейн вновь заплакала. — И эта женщина прижала ее к своей груди, поцеловала… Они так любят друг друга, мисс Вивиан, так любят! Я поняла, что лучшей матери моей девочке не найти! И ведь с этой женщиной ее ждет хорошее будущее! Намного лучше того, что может дать ей горничная и статус бастарда! — Джейн кинулась в объятия подруги. — Она спросила, что мне нужно, и я солгала, что ищу новое место, а она сказала, что не нуждается в новой горничной!
— Ах, моя дорогая, как мне жаль! — Глаза Вивиан наполнились слезами.
— Ей будет лучше там! Эта женщина дала моей дочери жизнь, а я хотела утопить ее! Я не заслуживаю быть матерью этого ангела!
— Не говори так, Джейн! Это не твоя вина!
— Я смирилась, мисс Вивиан! — Джейн высвободилась из объятий подруги, и Вивиан увидела, что ее всегда светящиеся ранее глаза стали тусклыми и безжизненными. — Я смирилась.
  
Глава 34
 
Об исчезновении блистательной мадемуазель де Круа шептался весь город, и, как бы ни утверждал отец девушки, что сам лично отправил дочь во Францию, на лечение к родственникам, высший свет Лондона смаковал сплетни о том, какими подлыми и просто бездушными людьми оказались эти французы, которые довели родную дочь до того, что она сбежала из дома. Кто первым пустил эту сплетню, было неизвестно, и де Круа лишь бессильно гневались и старались не появляться на публике, а леди Найтингейл, нарочно обронив Шарлотте пару слов о том, что рассказала ей Люси, с довольной улыбкой наблюдала за тем, как мгновенно и уже навсегда погибла репутация этого ранее любимого многими французского семейства. Через две недели после побега Люси, ситуация для ее родителей обернулась настоящим грандиозным скандалом, и те, проклиная дочь и всех англичан, вынуждены были поспешно собрать свои вещи и сесть на корабль, уносящий их с английской земли в родную Францию.