Академия Кавальдэ (СИ)

Губы Вариуса, напротив, всегда были насмешливо искривлены, зеленые глаза смотрели на окружающих с лукавым прищуром. Наследник Лотье был интересным рассказчиком, умеющим подобрать ёмкие нужные фразы и создать живые, яркие образы. Но изредка в его глазах загорался иной огонь — злой, страшный. Такого Вариуса я откровенно боялась. Впрочем, не только я. Вариуса избегали все. Кроме Дамиана и Александра. Ну, теперь и меня с Марком.
Младший брат пришел первым из одногруппников. Не успел опуститься на сиденье, как тихим, но грозным шепотом потребовал объяснений.
— Говори вслух, — вяло откликнулась я. — Тут все в курсе.
— Если так, — может, Марк и пытался скрыть неодобрение, но оно явственно прозвучало в каждом звуке. — Тогда и меня введите.
— Моя метка растет с пугающей скоростью, — неохотно сказала я, преодолевая как врождённую, так и воспитанную скрытность. Тяжело привыкнуть к тому, что некоторые запретные темы становятся предметом обсуждений. Но в то же время с каждым словом в душе затихал страх, и унималось вызванное им плохое настроение. — По словам лорда ректора каждый месяц больше, чем у большинства за год.
— Покажешь? — вновь спросил Вариус и, не дожидаясь ответа, отодвинул грязную посуду, закатал рукав и пристроил руку на столешнице. Остальные следили за его действиями с некоторым потрясением. И молчали.
Потом Александр выдохнул сквозь стиснутые зубы и повторил жест друга. С явной неохотой за ним последовал Марк. Тишина стала оглушающей, словно разом исчезли все остальные подмастерья, заканчивающие ужин за соседними столами. Дамиан неодобрительно посмотрел на друзей, затем на меня и медленно закатал рукав светлой рубашки.
— Покажешь? — в третий раз спросил Вариус. Я быстро провела языком по мгновенно пересохшим губам. Вид четырех рук, разрисованных темными линиями, потряс меня так, словно значил куда больше простой демонстрации. Словно это был жест доверия, который невозможно проигнорировать. И рядом с крепкими мужскими предплечьями легла моя рука.
Метки были разными. Небольшая, но четко очерченная у Марка. Ветвистая и прерывистая у Алекса. Хаотичная, извилистая, с острыми гранями — у Вариуса. Яркая, плотная, почти без просветов — у Дамиана. Мой рисунок действительно был большим, практически таким же как у старшекурсников. Вот только на тонком предплечье он казался ещё больше — словно на локоть повязали широкий отрез темного кружева.
Дверь в столовую открылась, пропуская моих одногруппников и мы, не сговариваясь, убрали руки со стола.
— Что это может значить? — спросил Вариус.
"Это они ещё про "кошку" не знают", — подумала я и подавила нервный смешок.
  
Глава пятнадцатая
 
Следующие несколько недель прошли относительно спокойно. Моя необычная метка, если и продолжала тревожить братьев, предметом обсуждений больше не становилась. Мысли всех парней оказались привязаны к предстоящему турниру, и мои братья не осталось в стороне от самого яркого события в жизни подмастерьев. А я старалась как можно меньше о себе напоминать.
Я продолжала видеть особенные сны. Несколько раз снился Дамиан, но я проворачивала кольцо и сжимала ладони сразу, как понимала, в чьем сновидении оказалась.
Однажды я попала в сон к Вариусу, и тут меня ждало потрясение. Вариусу снилась я сама, а такие сны сноходец обычно не контролирует. Но мне попался на глаза мой перстень, и после этого я со всей ясностью осознала, что сон не мой.
Мы сидели в просторной аудитории за последним столом, также как на занятиях мастера Вудса. Я что-то писала в альбоме и именно тогда заметила перстень. Замерла, растерянно огляделась. Вариус сидел очень близко, гораздо ближе чем в реальности. Его правая рука лежала на спинке моего стула.
— Ты сводишь меня с ума, — тихо сказал парень, склонившись ко мне. Теплое дыхание коснулось щеки.
— Что? — ошарашенно переспросила я, вместо того, чтобы провернуть перстень и прекратить странный сон.
— Такая хрупкая и такая сильная, — продолжил Вариус хрипловатым, глухим голосом. Я застыла, не решаясь развернуться и взглянуть блондину в глаза.
 
Неожиданно теплые и сильные пальцы коснулись подбородка, потянули к себе.
"Он меня поцелует!" — метнулась испуганная мысль, возвращая способность двигаться. Поворот кольца, укол и вот я в темноте своей спальни.
На завтраке я смущённо отводила глаза от шестекурсника, но тот улыбался мне в своей обычной, чуть ироничной манере.
"Не помнит", — облегчённо выдохнула я и постаралась выкинуть сон из головы.
За это время я дважды обновила метку и трижды имела возможность наблюдать зверушку. Очень скоро сообразила, что существо появляется после кошмаров. Словно сильное потрясение выкидывает магию источника из моего тела.
С каждым разом зверушка становилась крупнее и увереннее. И больше не торопилась возвращаться на кожу. В последний раз мне пришлось уйти на завтрак, оставляя "кошку" в спальне. Но перед занятиями я всё-таки вернулась. Существо нашлось на узком подоконнике — крупная такая зверушка — размером с рысь.
Но я не испугалась. Даже подумала, что хорошо бы иметь метку вот так — отдельно, а не на собственной руке. Особенно с тех пор, как рисунок "дополз" до запястья и скрывать его стало все сложнее. Оставалось только благодарить предстоящий турнир, который занял все мысли не только моих братьев и товарищей, но и мастеров.
Вечерние разговоры в столовой были посвящены исключительно будущему действу. У семикурсников отменили все занятия, кроме боевой магической подготовки. Для последнего года это был своего рода выпускной экзамен по одному из даров — тому, который более приспособлен для поединка. Для шестого курса — проба сил.
Но, если среди парней росло нервное возбуждение, во мне вдруг поселилась неясная тревога. Предстоящего турнира я ждала с заметной опаской. И с радостью пропустила бы событие, но глупая и наивная надежда, что я смогу чем-то помочь участникам, среди которых были Алекс, Дамиан и Вариус, привела меня в огромную подземную залу вместе со всеми подмастерьями.
Неприятные ощущения усилились. Низкие потолки подземелья и широкие арочные колонны, образующие свод, действовали на меня угнетающе, а при виде подготовленной для турнира площадки я нервно сглотнула. Но все равно сделала несколько шагов к ней, потянув за собой Маркуса.
Между колоннами был установлен квадратный деревянный помост высотой до середины моего бедра. Четверо магов, среди которых я сразу заметила мастера Бенуа, занимались тем, что возводили между колоннами водяные щиты. Это меня отвлекло, и несколько минут я завороженно следила за работой магов воды. Но когда тонкие, прозрачные щиты были установлены с трёх сторон из четырех, беспокойство вернулось.
Зала заполнялась людьми. В этот день, единственный на моей памяти, в академии отменили занятия, поэтому все младшие курсы, кураторы и преподаватели собрались, чтобы наблюдать за турниром. Мастеров было много. Я сбилась на шестом десятке и оставила ненужную затею. Никого из старших годов не было.
Мы с одногруппниками оказались оттеснены к одной из стен, но вид на возвышение открывался с любой точки залы.
— Как-то я отвык от такого количества людей, — негромко сказал Тадеуш. Я услышала только потому, что одногруппник стоял совсем рядом.
— Я тоже, — призналась в ответ.
Шум в подземелье не был громким — скорее плотный, почти осязаемый гул. Угрожающий, как гнездо потревоженных шершней. Но когда заговорил лорд ректор, подземелье накрыла оглушающая тишина, разрываемая лишь четким голосом крестного. И стало ещё страшнее.
— Из академии Кавальдэ выпускаются лучшие маги континента, — лорд Джейсон говорил, стоя на деревянной площадке для боя, и его голос чуть искажался водяными щитами. Зато никому не приходилось тянуть шеи, выискивая ректора в толпе. — Мы прилагаем все усилия, чтобы так продолжалось и дальше. Победивший здесь, победит везде. Пять минут боя, уверен, выдержит любой старшекурсник. В ином случае, ему придется вступить в поединок с одним из мастеров перед выпуском".