Академия Кавальдэ (СИ)

Я следила, как крестный выпил одним глотком содержимое флакона и чуть сполз в кресле, устраивая голову на мягкой спинке. Сердце из булыжника превратилось в сачок с бабочками, которые порхали внутри, наполняя волнующими эмоциями: предвкушение, азарт, любопытства, легкий страх. В этот момент я и думать забыла о том, что мне недолго осталось находиться в академии.
Лорд ректор прикрыл глаза, глубоко вздохнул и окончательно расслабился. Заснул.
Я осторожно взяла в руку теплую безвольную ладонь и изо всех сил постаралась передать крестному образ родного дома. Белый каменный замок с четырьмя башнями. Рыцарская — моя любимая. Светлая гостиная в башне с цветными витражами мужественных воинов в доспехах. Сиреневая скатерть на столе и белая посуда с тонкой серебряной окантовкой.
Я сама не заметила, как крестный проснулся. Мягко сжал мои пальцы, выпрямился в кресле.
— Я видел, — просто сказал он.
А потом пояснил, что дар сновидцев один из самых редких. Всего пара слов, а меня до самого вечера не покидало волшебное чувство собственной значимости. Жаль, что занятия с ректором такие редкие и короткие. Но иначе Маркусу бы совсем не осталось времени на освоение своего дара.
"Остынь, Ники. Скорее всего это твое последнее занятие с крёстным!" — одергивала я себя и на несколько минут падала духом. Но вскоре снова окуналась в эйфорию, забывая не только про метку, но даже про тех гадов, из-за которых мне придется уйти.
— Нужно рассказать дяде Джею, Ники, — настаивал Марк.
Но я не могла. Представляла, как буду говорить о таких вещах крестному и тонула в смущении и гадливости.
— Расскажешь, когда я уйду, — попросила брата, и Марк позволил себя уговорить.
В тот вечер на ужин мы пришли всей группой и ушли вместе с Лайоном и Герардом. Старшекурсников не было.
"Вот и гадай — то ли ещё на занятиях, то ли затаились в темноте".
Но все обошлось. А на следующий день на завтраке я увидела Алекса. Взгляд невольно метнулся по подмастерьям, выискивая Вариуса, но блондина не было.
— Маркус мне рассказал, — Алекс сел между мной и Марком и осторожно похлопал меня по плечу.
Мои одногруппники посмотрели на нас с любопытством, но почти сразу вернулись к еде.
— Только не начинай, — попросила я.
— Что не начинать?
— Говорить, что, наконец, я поступаю правильно. Уже наслушался, — кисло пробормотала я, тщательно выверяя слова. — И прости меня. Я не хотел, чтобы ты из-за меня попал на больничную койку.
— Не стоит, — Алекс поморщился. Потом потёр скулу. Я проследила за его жестом и заметила подпаленные волосы и розовую кожу. — Нам обоим было полезно... выплеснуть эмоции. Надеюсь, теперь у Вара мозги встанут на место.
— Где он?
— Понятия не имею. Выписали нас вчера одновременно. Ладно, доедай, я провожу тебя на занятия. Хотя, будь моя воля, запер бы в комнате до отъезда.
— Хорошо, что воля не твоя, — буркнула я, убедившись, что никто не прислушивается к нашему разговору. Алекс рассмеялся. Новость о моем отъезде явно подняла ему настроение.
— Ладно, вредина, — старший брат снова хлопнул меня по плечу, — рассказывай, чему тебя научили, пока я валялся в больничном крыле.
Мне слишком хотелось похвастаться, поэтому я решила не дуться и продемонстрировала свою левую руку. Между пальцев, словно ластясь, скользила тоненькая змейка.
— Мастер Бенуа сказал, что пока я могу работать с водой в таком виде — ее легче сохранять в подвижной текучей форме, — повторила я слова преподавателя. — Шарик я хуже контролировала, а так почти не замечаю.
— Ммм... А в чем смысл? — осторожно спросил Алекс, — забавная игрушка, конечно, но...
— Вот в чем! — торжественно заявила я, превращая воду в узкий стилет и втыкая его в кусок сыра на тарелке. — Это у тебя магия всегда с собой, а мне придется иметь ее под рукой.
— Ладно-ладно, — Алекс развел руки, словно сдаваясь. С улыбкой проследил, как я возвращаю воде форму змейки. — Пойдем уже, воитель.
А ночью ко мне в дверь постучал Вариус. Я ещё не спала, даже не переодевалась ко сну, поэтому смело распахнула дверь, ожидая увидеть за ней Марка. И замерла, разглядывая парня. Если Алекс выглядел после больничного крыла здоровым, то Вариусу, казалось, самое время туда вернуться.
 
— Здравствуй, мышка, — улыбка блондина выглядела жуткой и жалкой одновременно.
— Что ты хотел? — нахмурилась я. За порог комнаты Вариус не переступит, поэтому сейчас я совершенно не боялась его.
— До меня дошли слухи, что ты попала в неприятную ситуацию, мышка.
— Попал, — холодно поправила я. — Но это не твое дело. Уходи.
— Знаешь, в больничном крыле у меня было время подумать, — Вариус сделал шаг вперёд и замер у самого порога, — и я вспомнил, что сестру Марка и Алекса зовут Доминика. Ники. Забавное совпадение, правда?
— Не такое уж редкое имя, — я старалась говорить твердо, но в голос прокралась неуверенность. — Уходи!
— Просто скажи мне, Ники. Скажи! — Вариус поднял обе руки и вцепился в корни растрёпанных волос. — Скажи, что я не сошел с ума!
— Уходи, Вариус! — почти выкрикнула и, неожиданно для самой себя, выставила перед собой водяной стилет. Лезвие замерло в паре сантиметров от беззащитного горла.
Вариус медленно отпустил руки. Жутко улыбнулся и качнулся вперёд. Лезвие пропороло кожу, и в прозрачную воду тонкими нитями поползла кровь.
— Что ты наделал? — потрясённо прошептала я, разглядывая стилет, который на глазах менял цвет.
Потом опомнилась, отшатнулась, теряя контроль над силой. По мокрой светлой коже парня потекла тонкая красная струйка, впитываясь в светлый воротник рубашки. — Зачем?
Лотье молчал.
— Что ты хочешь услышать? — придушенно выкрикнула я. Кровь все не останавливалась — видимо, лезвие задело венку.
— Правду.
— Зачем тебе это все?! Почему ты ко мне прицепился?!
— Мне нужно знать, что я не схожу с ума..., — Вариус неосознанным движением растер кровь по шее. — Что то, что испытываю... Это нормально... Естественно... Я не выдам твоего секрета, обещаю...
И мне стало его жаль. Где тот красивый нагловатый парень, которого я встретила в первый день? Вариус выглядел измождённым, причем не только внешне, но и внутренне. Бледная кожа, нездоровый румянец на скулах, лихорадочный блеск в глазах и сухие обветренные губы. Неужели он сам довел себя до такого состояния?
"Мне все равно уходить... Может, узнав правду, он успокоится?"
— Хорошо, — медленно произнесла я, переставая уродовать голос. — Ты угадал. Меня зовут Доминика, а Александр и Маркус мои родные братья. Полегчало?
Вариус прикрыл глаза. Я настороженно наблюдала за ним, застыв в нескольких шагах от двери.
— Я не выдам твоего секрета, — снова сказал парень, поймав мой взгляд.
— Скоро это станет не важно, — зачем-то ответила я.
Вариус ушел почти сразу. А уснуть мне удалось только через пару часов. Меня мучили сомнения — правильно ли я сделала, открывшись чужому человеку? Потом я вспоминала лицо Лотье. Наверное, так выглядит лицо приговоренного, которому вдруг объявили о помиловании.
"Уже поздно сожалеть. Спи, Ники!"
  
Глава десятая
 
Ночью мне снова приснился старый кошмар. Я шла к источнику. Кралась, едва касаясь стен кончиками пальцев. И слышала, как он зовёт меня — тихо, но очень настойчиво. И от этого зова веяло таким отчаянием, что в груди замирало дыхание и вырывалось только вместе со всхлипами.
Проснулась задолго до того, как нагрелся побудный камень, и некоторое время лежала, прокручивая в голове остатки сна. Подняла руку и попыталась разглядеть метку. В темноте кожа казалась равномерно серой.
Зажгла свет, побродила по комнате. Села было писать доклад для мастера Дюваля, потом вспомнила, что сдачу он назначил через две недели, и отложила карандаш.
"Меня здесь уже не будет".
На душе было муторно. Даже если бы я внезапно передумала и решила остаться, о моей метке знает крестный. И он больше не позволит мне попасть к источнику.